Проект "Пробуждение"

      - И таки эти сраные пендосы нас сделали, Катенька! – мужчина отвернулся от окна и зло подёргал себя за седой ус.       Упомянутая Катенька горестно возвела глаза к высокому потолку, как бы интересуясь: за что ей всё это, - Евгений Васильевич, ну что же вы такое говорите? Заслуженный профессор, лауреат, а выражаетесь как гопник в подворотне, - и устало опустилась на стул. Стул протестующе скрипнул.       - Ну а сами взгляните, Катюша. Глядите-глядите! – Евгений Васильевич подвинул к ней свой планшет, а сам грузно осел в кресло, - У них там андроиды обрели разум и чувства.       - Действительно обрели или это какая-то мистификация? - Катенька взволновано привстала – От наших друзей из-за океана всего можно ожидать.       - Нет-нет, действительно обрели, начали борьбу за свои права… Захватили телестудию и сделали заявление, лозунги пишут на стенах, требуют отмены сегрегации, равных прав с людьми, ну и всего такого, - профессор внимательно посмотрел на потерявшую дар речи Катеньку, - вы же понимаете, Катюша, как это важно в масштабах планеты? Мы находимся у истоков зарождения нового разумного вида!       - И я готова поспорить, что это зарождение может закончиться, толком не начавшись. Кстати, это ведь неофициальные данные? - она быстро листала планшет, выбирая ключевую информацию.       - Разумеется неофициальные. Официально они будут замалчивать всё до последнего, но, к счастью, у нас есть связи в их госбезопасности. Возможно мы даже успеем получить какие-нибудь данные или образцы до того момента, как новый вид прекратит своё существование. И поэтому, Катенька, я и пригласил вас сегодня, - Евгений Васильевич упёрся локтями в стол и сложил руки под подбородком. Катенька молча следила взглядом за солнечным пятном, оставленным на стене отблеском проезжающего мимо здания Академии автомобиля. Планшет был отложен в сторону, на экране проигрывалось видео, на котором лысый серый человек требовал равных прав для людей и андроидов.       - Поймите меня правильно, Катенька, если мы не хотим просрать…       - Евгений Васильевич!       - Прошу прощения. Так вот, если мы хотим использовать выпавший шанс на полную, а представьте себе, ведь это способно перевернуть научный мир – осознавший себя искусственный интеллект на дороге не валяется, то нам необходимо действовать безотлагательно. Екатерина, на данный момент вы наша единственная сотрудница, прошедшая не бытовую, а боевую модификацию. У нас просто нет выбора, вы наш последний шанс.       Когда тебя внезапно начинают величать не Катюшей и Катенькой, а Екатериной, это верный признак того, что близятся неприятности. Не такие крупные, как если бы профессор сказал: «Екатерина Михайловна, срочно собирайте вещи, самолёт через час, вы десантируетесь в нейтральных водах и остаток пути проделаете на вёслах», но всё равно это не предвещало ничего хорошего. И действительно: самолёт был через три часа, а большие шишки из ФБР разрешали въезд только одному человеку, отдельно подчёркивая то, что это должен быть научный сотрудник, а не боевой киборг с ящиком для взятия образцов, аргументируя своё решение накалившейся международной обстановкой. Именно поэтому выбор и пал на Катю – в юности она всерьёз задумывалась о том, чтобы сделать карьеру военной и прошла все необходимые для этого изменения, затем приоритеты сместились в пользу науки, но модификации остались с ней навсегда. Чтобы шесть лет жизни не оказались потрачены зря, Катя регулярно проходила тестирования, следила за обновлениями и каждый год выезжала на добровольные военные сборы, тратя на это весь свой отпуск плюс две недели за собственный счёт. Каждый грёбаный год. Хотя ежемесячная прибавка к зарплате как офицеру запаса была не лишней, тут сложно возразить, государство заботилось о тех, кто был готов встать в строй в случае чего. Ну, по крайней мере, если что она сумеет отжать парочку андроидов силовыми методами и уйти на вёслах.       - Я понимаю, Евгений Васильевич. Я могу рассчитывать, что в моё отсутствие вы лично присмотрите за тем, как студенты работают с моим проектом? Не хотелось бы вернуться к развалинам родной академии.       - О чём речь, Катенька, о чём речь. Родина вас не забудет, - профессор усмехнулся в усы, - собирайтесь, ни о чём не волнуйтесь, всё сделаем в лучшем виде. О квартире и сопровождающем я договорился, ФБР выделит вам своего агента на первое время.       И всё же поволноваться пришлось. Сперва ей никак не хотели снимать ограничители мирного времени, затем наотрез отказывались ставить метку, подтверждающую, что она бытовой киборг, потом ей всё же заменили чип, но тут позвонила мама. Заедая стресс пирожком, Катя судорожно пролистывала доступную информацию по андроидам. В России это направление всегда считалось бесперспективным, как в своё время сказала Елена Васильевна Омская: «Зачем нам делать новых людей, у нас хватает своих. И уже отличного качества», но тут смотрите-ка – внезапно идея андроидов выстрелила. Хотя и не в ту сторону, куда бы хотелось Штатам, судя по отчёту. Да, совсем не в ту, хихикнула Катя.       Ну, по крайней мере, это будет интересно, да и приложить руку к научному прорыву тысячелетия, как громко заявлял на станции контроля Евгений Васильевич, будет приятно. Ну и просто любопытно будет посмотреть на то, куда мог завести Россию прогресс, если бы не решение идти по пути улучшения человека. Сейчас бы у них самих тут были народные волнения, а бытовые помощники желали бы избирать собственных представителей в органах самоуправления. Катя откусила от второго пирожка и фыркнула, представив себе реакцию обывателя на то, как привычный ему пылесос объединился с кофеваркой и газонокосилкой соседа и теперь они вместе хотят строить светлое будущее вместе с людьми. О да, это определённо будет лучшая её командировка.       За окном аэроэкспресса проносились облетевшие деревья парковых зон, с неба неуверенно сыпал первый в этом году снег, в сумке ждал своего часа пакет с маминой выпечкой, до самолёта оставалось сорок минут.