Ты мне не нравишься.

Я не помню, во сколько мы уснули, но за окном в тот момент уже было довольно светло. Разбудил меня внезапный звонок телефона, который валялся где-то на полу рядом с кроватью. Это были ужасные ощущения. Мне показалось, что я не поспала, а просто моргнула. Закрываю глаза и слышу вибрацию, а затем эту надоедливую мелодию, которую уже давно пора бы сменить. Я попыталась дотянуться до телефона рукой, но Костя крепко обнимал меня сзади, поэтому мне пришлось немного его потревожить. Тихое сопение у меня над ухом дополнилось недовольным, но очень милым мычанием сквозь сон, которое моментально вызвало у меня улыбку. Немного поворочавшись, Мэл нехотя выпустил меня из объятий и отвернулся в другую сторону, а я наконец смогла ответить на звонок. — Алиса, при всем моем уважении… Не охренела ли ты часом? — громкий голос Дениса быстро помог мне проснуться. Я подорвалась с кровати и, натянув пониже Костину футболку, вышла на балкон. — Доброе утро, — сказала я, щурясь от яркого солнца. — Что-то случилось? — Утро? Ты на часы смотрела? Я глянула на экран телефона и с ужасом для себя обнаружила, что время уже подошло к двум. «Ох, черт», — мысленно четырхнулась я. Как же не хотелось подносить телефон обратно к уху… — Алиса, это уже ни в какие рамки не входит, — напряженно продолжал Денис. — Я дал тебе пять выходных дней, так? — Так, — хмуро ответила я и запустила пальцы в волосы на затылке. — И попросил сообщить, если тебе потребуется больше, если помнишь. Мало того, что ты меня не предупредила, так ты еще и трубку не берешь весь день. — Да… Извини, вчера совсем не было времени. — Не было времени? Две минуты, Алиса. Две минуты на то, чтобы объяснить ситуацию. Хотя бы по телефону, — я слышала, как Денис начинает нервничать, и поняла, что разговор будет непростой. — Денис, успокойся. Я просто замоталась, были кое-какие дела. Если нужно срочно что-то сделать, я это сделаю. Давай ближе к делу, пожалуйста, — я старалась говорить как можно спокойнее и вежливее, но что-то явно пошло не так. Денису мой ответ совсем не понравился, о чем говорила продолжительная пауза в разговоре. Возможно, я немного перегнула палку, но… черт возьми, я терпеть не могу, когда на меня кричат. — Ты уволена, Алиса. Я больше не слышала ни его голоса, ни шумного пения птиц вокруг, ни гула машин. Ничего кроме коротких гудков. Состояние, которое пришло ко мне после завершения звонка нельзя было назвать ни грустью, ни радостью, ни даже безразличием. Я еще не осознавала до конца, что сейчас произошло и, если честно, совсем не хотела осознавать. Простояв на балконе еще около минуты, я тихо шагнула обратно в комнату и села на кровать. На глаза попалась беспорядочно разбросанная по полу одежда, которая мгновенно напоминала о том, что случилось сегодня ночью. Утопая в приятных воспоминаниях, я с легкостью выбрасывала из головы напряженный разговор с Денисом, но, к сожалению, длилось это забвение недолго. В один момент я осознала, что из-за какой-то своей отвлеченности и легкомысленности я вот так просто лишилась работы. Я лишилась перспектив, лишилась надежной опоры и возможности реализовать свои планы. Нет, мне не составит труда найти новый способ заработка, но с этой работой меня связывало кое-что большее, чем просто жажда денег. С ней меня связывали мои давние мечты. — Тупая, — еле слышно произнесла я на выдохе и, поставив локти на колени, закрыла лицо руками. — Зато красивая, — вдруг послышалось сзади. Я хотела обернуться, но Костя успел быстро повалить меня на бок и накрыть одеялом, заключая в свои сильные объятия. — Что у тебя уже случилось в такую рань, м? — добавил он, целуя меня в щеку. Придумывая ответ, я поняла, что мне совсем не хочется разговаривать, и настроение у меня максимально дерьмовое. Даже несмотря на то, что прямо сейчас меня обнимает человек, ради объятий которого я готова пожертвовать многим в своей жизни. Вот только ему об этом было совсем не обязательно знать, иначе на голове появится вторая корона и с моими нервами можно будет попрощаться. — Рань… Вообще-то уже два часа дня, — сказала я, пытаясь вырваться из его рук. — Пусти, нам нужно вставать. — Зачем? Ведьме нужно бежать по своим ведьмачьим делам? — покрепче прижав меня к себе, сказал юноша и губами припал к моей шее. — Мне нужно покормить Персика, — из-за непрерывной череды поцелуев, плавно спускающихся от шеи к ключицам, мой голос еле слышно дрогнул. — Дай мне еще час. Твой кот не умрет, — вернувшись к моему уху, полушепотом сказал брюнет и запустил руку мне под футболку. — Меня уволили, — тут же не выдержала я. — За то, что я на некоторое время решила забить на работу. Просто… — Не понимаю, что мешает тебе так же забить на это и сейчас, — спокойно произнес Костя, медленно ведя рукой по изгибу моей талии вверх и задерживаясь на груди. Он сказал это так, словно совсем не удивлен моим словам. Возможно, даже ждал от меня подобных новостей. Я недовольно фыркнула и оттолкнула его от себя, тут же поднимаясь с кровати. Мэл не поймет того, насколько важно мне было продолжить работу именно на М1, и как сильно меня расстроило это увольнение. Все усугубляло еще и то, что причина злости Дениса была невероятно тупой. И как после такого не разочаровываться в себе? — Попробуй научиться не перебивать и выслушивать до конца, — буркнула я, снимая футболку Кости и натягивая на себя свою одежду. — Что с тобой творится? Я найду тебе работу в сотни раз лучше этой. Слышишь? — еще немного заспанным голосом произнес Мэл и тоже вылез из постели. — Только не уходи одна. — Нет. Если мы уйдем вместе, я испорчу тебе настроение, — я поправила волосы и сунула телефон в задний карман джинс, приготовившись покинуть номер. — Ты мне и так его вечно портишь, — фыркнул юноша, но тут же улыбнулся, увидев мое недовольное выражение лица. Пойдя поближе, он взял меня за руку и нежно поцеловал в лоб. — Я шучу. Не расстраивайся, что-нибудь придумаем.

Спустя три месяца.

Знаете, только на двадцать первом году жизни я поняла одну простую вещь. Если судьба подбрасывает вам то, что делает вас счастливыми — хватайте это обеими руками и никогда больше не отпускайте. Не бойтесь слушать зов своего сердца, следовать своим желаниям и выпускать свои эмоции наружу, даже если они негативные. До определенного периода жизни я пропустила тысячи уникальных шансов начать жизнь, о которой я мечтала еще с детства. По собственной вине потеряла несколько замечательных людей, которые готовы были остаться со мной навсегда и безвозмездно давать мне свою поддержку. Не осмелилась сделать то, что могло бы вмиг перевернуть мой мир с ног на голову, при чем в самом хорошем смысле этих слов. Не сказала то, что следовало бы сказать прямо здесь и прямо сейчас. Каждый раз мне словно чего-то не хватало. — Ты прекрасно выглядишь, давай быстрее. Опоздаем на самолет, — суетился Костя, перетаскивая чемоданы в коридор. — Не опоздаем. Я вызвала самого быстрого таксиста в мире, — улыбнулась я, глядя на него через отражение в зеркале. — Боже, — устало выдохнул брюнет, усевшись на одном из чемоданов. — Почему во время переезда мне казалось, что у тебя намного меньше вещей? — Потому что в тот день я тащила их сама, пока ты общался с риелтором, — буркнула я и продолжила красить ресницы. Костя подошел ко мне сзади и, мягко опустив руки мне на плечи, сделал глубокий вдох. — Твой новый парфюм сводит меня с ума. Что это? Сложно представить, сколько сомнений прошло через меня за всю мою жизнь. Самых разных сомнений... Чего хочу именно я, а не кто-то другой. Поступать ли мне так, как будет лучше для меня или так, как этого от меня ожидают другие. Поддаться ли обстоятельствам, либо пойти вопреки всему. Действуя в ущерб себе, я искренне считала, что так будет правильнее всего. Все мои желания оставались где-то позади. Я всегда их недооценивала. — Если бы у тебя не было меня… — Я бы нанял какую-нибудь симпатичную переводчицу и не парился, — усмехнувшись, перебил Костя и закрыл дверь нашей квартиры на ключ. — Кто еще кроме меня полетит в Европу на целых… семь дней с таким невыносимым человеком? —издав легкий смешок, съязвила я. — Не знаю. Почему-то Артем согласился сразу. — Артем твой директор, он просто вынужден лететь с тобой. — Алиса Дмитриевна, можно поменьше болтовни и побольше работы? У нас вообще-то важное мероприятие намечается, — сказал Костя, пытаясь выглядеть серьезно. Получалось у него, откровенно говоря, плохо. — Прошу прощения, хозяин, — лукаво улыбнулась я, подтягивая к себе чемодан и открывая дверь подъезда плечом. Один опрометчивый шаг в бездну помог мне встретить человека, который полностью меня изменил. Который стал для меня глотком свежего воздуха. Моей прохладой в летний зной. Все его дерзкие слова и смелые действия вызывали во мне сотню противоречий, ощущение постоянного дискомфорта и рождали в моей голове бесконечный поток вопросов к самой себе. Я постоянно спорила со своим эго и пыталась убедить себя в том, что не имею права жить по-другому. Этот человек разжег во мне чувство ненависти, но со временем я поняла, что ненавижу исключительно себя. Он видел меня насквозь, и это не давало мне покоя. Он точно знал, каким будет каждый мой шаг, отчего я чувствовала себя до невозможности предсказуемой. И он разглядел во мне то, что я так тщательно скрывала даже от самой себя. — Иди ко мне, — едва слышно сказал Костя, когда мы оба оказались на заднем сидении машины. Я подвинулась поближе и положила голову ему на грудь, утопая в его нежных объятиях. — А Артем? Он уже там? — тихо спросила я, наблюдая за размашистыми движениями таксиста. — Наверное. Если Вика вдруг не решила продлить поездку и уговорить его остаться в том отеле еще на день, — усмехнулся брюнет. — Он же не сможет отказать, ты знаешь. — Думаешь, все настолько серьезно? Они, кстати, обещали не увлекаться и вернуться сегодня утром, — посмеиваясь, сказала я. — Это шутка, Алис. Артем слишком ответственный человек, чтобы забить на переговоры о туре. Тем более о таком. Благодаря этой ненависти, я наконец услышала свой внутренний голос и дала ему право говорить. Мне больше не хотелось быть похожей на такую себя. Мне не хотелось идти только по тому пути, который казался мне самым легким из всех. Общаться только с теми людьми, которые никогда не создавали мне лишних проблем. Показывать свои эмоции только тогда, когда это не будет иметь последствий. Делать так, как будет проще. Благодаря этому человеку, моя жизнь превратилась в сумасшедшие американские горки. Я безумно их боялась, постоянно противилась и отговаривала себя, но очень быстро они стали моим наркотиком. Тем, что дало мне возможность чувствовать себя живой, а значит — счастливой. — Устала вчера? — заботливо убирая волосы с моего лица, спросил Костя. Я лежала у него на коленях, а он периодически наклонялся вниз, чтобы меня поцеловать. До аэропорта оставалось ехать еще около двадцати минут, а мне жутко хотелось отключиться хотя бы на пару часов после сегодняшней бессонной ночи. — Да. Организовать конференцию с такой кучей человек оказалось сложнее, чем я думала. Денис тоже понервничал, когда я растерялась. Хорошо, что все обошлось, — вздохнув, я прикрыла глаза и в очередной раз почувствовала прикосновение его губ сперва на правой щеке, а потом на левой. — Люблю тебя, ведьма, — приглушенно сказал он, отстранившись. — Не называй меня так! Сто раз просила, — я рассмеялась и разомкнула веки. — Не могу говорить, что люблю тебя, пока ты в очках, — шутливо добавила я. Костя не смог сдержать улыбку и поднял очки, выжидающе глядя на меня. Я больше не ненавижу смелых людей, которым нравится стирать рамки и смотрю на них с восхищением. Я больше не ненавижу себя. Я себя слышу. Моя жизнь сейчас — это то, о чем раньше я могла только мечтать. И я не собираюсь сворачивать с намеченного пути, возвращаясь к старым привычкам. По крайней мере он мне точно этого не позволит. — Я тоже тебя люблю.