Все равно не дам

      …Харли снова приходит к Уэйду. Побитая как собака. Приходит, чтобы отлежаться, пожаловаться, поплакаться, немного пососаться.       Они ложатся на его старый продавленный диван, из которого пружины в жопу впиваются. Ложатся в обнимку. Включают романтическую комедию, от которой Уилсон постоянно зевает, а Квинн пищит как воробушек, и теснее жмется к Дэдпулу.       - М-м-м, - мычит Красный, - я знаю, телочки такое любят. Может, поцелуемся, киса? – он приподнимает свою маску, облизывает пересохшие губы.       - Ну, Уэ-э-э-йд, - тянет Харли, - ты же знаешь, что у меня есть парень…       - Ага, тот зеленоволосый мудила, который бьет тебя словно боксерскую грушу, когда у него не получается присунуть свой огрызок Бэтфлеку, - Уилсон неожиданно переходит на шепот: - Прости, Джаред, ничего не имею против тебя, ты очень красивый мужик, - он снова поворачивается к Квинн, - ну, не ломайся, детка, здесь же нет твоего парня. Мы так, немножко палубы друг другу отдраим. Он не узнает.       - Ты такой смешной, Уэйд, - хихикает Харли, и наклоняется к лицу Дэдпула.       Пачкает его губы помадой, облизывает языком. Снова хихикает. Кусает за подбородок.       - М-м-м, вишневая, - снова мычит Красный, слизывая помаду со своих губ. Пользуетесь с папиком одной губнушкой? - Квинн не отвечает, и Дэдпул меняет тему: – А «приятеля» моего поцелуешь? – голос снова переходит на шепот: - Может раскручу ее наконец присесть на мой конец. А то так давно не трахался, жуть. Да и попка у дамочки зачет.       Харли хитро улыбается. Нагибается к паху мужчины. Тянет за потайную молнию.       - Да, детка, - Уэйд в предвкушении закладывает руки за голову, - наконец-то уговорил…       Но в следующую секунду девушка резко застегивает молнию назад, попутно прищемив Уилсону хозяйство.       - Мать твою за ногу, Автор, за что?! – кричит Красный.       Клоунесса подскакивает с дивана, и хохоча произносит:       - Догони меня. Накажи меня, - Харли показывает Дэдпулу язык, и выбегает за дверь, закрывая ее за собой.       - Сейчас кого-то тут буду драть как Билли Руссо Дину Мадани! - выпаливает Красный, спрыгивая с дивана и делая сальто. – Черт, гребанный остеохондроз, - хрипит Уилсон, держась за спину. - Боже, Бен Барнс настолько красив, что хочется плакать, - бормочет что-то неразборчивое себе под нос Пул.       Мужчина подходит к обшарпанной двери ванной комнаты. Ну, как комнаты, ее подобию, за которой спряталась Квинн, и заговорщицки произносит:       - Обожаю, когда Марвел трахает DC. Например, как Мстители: Война Бесконечности выебали Лигу Справедливости. Ну, или как Тор поимел Чудо-женщину – читал тут намедни фанфики одного Автора, - Красный строит недовольную гримасу. - Влажные сопливые истории, как у пятнадцатилетней девочки. Акстись, Автор, тебе тридцать два! Пиши что-нибудь посерьезней. Кровь, кишки, расчлененка, и все такое… Хотя, тут надо отдать должное мускулам Криса Хемсворта – такие же твердые и упругие как утренний стояк. Видимо они и вдохновляли… - мужчина мечтательно закатывает глаза и массирует воздух руками. - Слишком много болтаю.       Красный резко дергает дверь за ручку, но та не поддается.       - А вот и папочка, - кричит Дэдпул, срывая дверь с петель.       Он заходит, и видит, как Харли, задрав свою футболку, рассматривает синяки, оставшиеся у нее после побоев. На ней нет бюстгальтера, и это безумно радует глаза мужчины.       - Красивые дыньки у тебя, детка, - Красный пристраивается сзади, кладет руки ей на груди и сминает их.       - Ты считаешь меня красивой? – Квинн дует губы. – Даже с этими синяками? – она касается одного из них, довольно крупного, пальцами.       Девушка кривится от боли, тяжело вздыхает.       - Куколка, они тебя только украшают, - подбадривает Харли Уэйд, не прекращая наминать ее выпуклости. – Ты словно платье в горошек. Миленькое такое, которое так и хочется задрать. Двусмысленно я загнул, да? – мужчина ухмыляется.       Эти слова заставляют девушку смеяться.       - Ты такой добрый Уэйд, - она откидывает голову, и упирается затылком в предплечье Дэдпула.       - Ага, я такой. Прям мать Тереза. Не то, что твой зеленоволосый мудила. Ох, надавать бы ему ремнем по жопе за то, что слабых обижает.       - Ты мой защитник, - Харли отрывает ладони Уилсона от своей груди, и разворачивается в объятиях мутанта.       Виснет на нем. Целует в щеку.       - Все равно не дашь, - скорее утверждает, а не спрашивает Красный, расстроенный тем, что его лишили новой игрушки.       Мягкой, округлой игрушки с торчащими сосками.       - Все равно не дам, - она широко улыбается, и целует Уилсона в часть щеки, которую не скрывает задранная на пол лица маска.       - Это видимо мне месть от Автора за ту мою шутеечку, что ей пора писать что-нибудь посерьезнее, чем влажные фантазии про Тора и Чудо-женщину, которая сперла мою фишку. Ну или я ее у нее спер, - он усмехается. – У нас в Канаде это называется «одолжил».       Улыбка сходит с его лица перед тем, как он снова начинает говорить:       - Ну прости меня Автор… Ну прости-и-и-и, - тянет Дэдпул, пытаясь изобразить раскаяние.       Но у него выходит плохо. Да и маска, натянутая до носа, не позволяет ему состроить щенячьи глазки.       - Все равно не дам, и не проси, - Харли высвобождается из объятий мужчины, направляясь назад в зал, к драному дивану.       - Эх, не прокатило…       Понурив голову, Дэдпул тащится за Клоунессой.       - Давай еще немного полежим и посмотрим кино, - жалобно просит Квинн. – А то мне скоро домой. Папочка будет недоволен.       - Ага, Бэтфлек же не дает, - ворчит Уэйд, - вот и недоволен.       Он усаживается на диван рядом с Харли, и та кладет ему голову на грудь.       - Давай посмотрим «Предложение»? – писклявым голосом просит Квинн. – Ну, пожалуйста…       - Это с красавчиком Райаном Рейнольдсом в главной роли? – усмехается Дэдпул.       - Ага, он такой милый, - Клоунесса кивает головой.       - А ему бы дала? – спрашивает Красный.       - Ему - да, тебе – нет, - коротко отвечает Харли, и начинает заливаться смехом.       - Черт, как жаль, что я не счастливчик Райан Рейнольдс, - наигранно вздыхает Уэйд. – Ему все дают. Скарлет Йоханссон (Черная Вдова, благо, голову не откусила), Блейк Лайвли (угораздило девочку влюбиться в чувака в зеленом анимированом костюме), Эндрю Гарфилд (хештег СпайдиПул)… С таким личиком и мне бы давали.       - Не-а, - Квинн отрицательно качает головой, - ты слишком чудной.       - Ах, - слишком картинно вздыхает Красный, откидывая голову немного назад и прикладывая ко лбу тыльную сторону ладони, - ты меня обидела. Пойду с горя вышибу себе мозги, - мужчина пытается подняться с дивана, но девушка его не пускает.       - Ну, Уэ-э-э-йд, - тянет Харли, - не уходи! Мне скучно одной.       - Нет тебе прощения, - Дэдпул продолжает разыгрывать королеву драмы.       Он отвернулся от Клоунессы, и сложил руки на груди.       - А если мы немного поцелуемся? – прищурившись спрашивает Квинн, прекрасно зная, что ее предложение сработает.       - Давай, - Уилсон резко разворачивается к девушке.       Его маска все еще задрана на пол лица. Харли снова пачкает его лицо своей размазанной еще с прошлого раза красной помадой. Прикусывает губы. Лижет лицо, словно щенок. Хихикает мужчине в рот.       - Ну, - хриплым от возбуждения голосом интересуется Красный, - а теперь дашь?       - Не-а.       Квинн громко смеется. Отстраняется от мужчины, и снова ложится к нему на грудь.       - Не простила, - недовольно бубнит Уэйд, имея в виду ту, что строчит эту ахинею. – Ну что ж, придется смотреть на то, как Сандра Буллок пытается жениться на Райане Рейнольдсе. У ее героини здесь явно стальные яйца. Но соль в том, - Уилсон заговорил наигранно-эпичным голосом, - что даже на бабу со стальными яйцами всегда найдется не менее стальной конец.       - Что ты там бубнишь, Уэйд? – недовольно спрашивает Харли. – Помолчи хоть немного, дай кино посмотреть…       - Это тебе, Автор, иди спать! – приказным тоном произносит Красный. - Куколка хочет смотреть кино!       «Заткнись, Уэйд!»