Глава 12
11 июля 2018 г., 07:48
Россия, Санкт-Петербург, продолжение ночи.
— Так, вроде, на сего… на эту ночь всё! — Обрадовал девочек Даниэль и с видимым облегчением убрал учебник по истории, которую не любил учить никто из присутствующих.
— Ура! — Разнеслось по залу. Акустика там благодаря каменным стенам и такому же полу была великолепная, но посторонних в соседних помещениях не было, поэтому впечатлиться ею мог ограниченный круг людей.
Девочки выдохнули: больше над ними сегодня издеваться не будут, а русский и японский (кому что нужно) языки они и так выучат. Благо, остальные предметы были на порядок интереснее. Та же физика, к примеру, хотя с куда большей охотой девочки позанимались бы химией. Увы, наставницы были другого мнения и, от греха подальше, убрали из зоны досягаемости все учебники, где можно найти инструкции по приготовлению чего-либо по химии. Остались только не представляющие опасности учебники, где нельзя было найти сколько-нибудь интересные рецепты. Единственным неучтённым фактором здесь было то, что наивно со стороны девушек надеяться и верить, будто девочки при такой скорости развития не смогут через года три по интернету самостоятельно найти всё интересное, вот только в таком случае проконтролировать их не удастся. А учитывая их братьев, точнее братьев Рины в основном, сомневаться не приходится: весело будет всем, когда девочки додумаются, что химия может многое (ну, Рина плюсы обычного снотворного успела оценить…).
К детям на диван моментально перебрались Бельфегор и Тсунаёши, выглядевшие чуть бледнее обычного. Бельфегор всё-таки смог объяснить Ёши тему по математике так, чтобы она всё запомнила и поняла, и даже, как ни странно, получилось пройти ещё пару тем, чем эти двое очень гордились: Бел — своими талантами преподавания, а Ёши — тому, что не безнадёжна. Правда, это стоило принцу душевного спокойствия, но результат того стоил. Однако это не значило, что Бел морально готов продолжить обучение.
— Ши-ши-ши, как можно не понимать такие простые темы? — Нервно засмеялся Бел, проводя рукой по лицу. Раньше он никогда не мог допустить мысли о том, что быть учителем — настолько трудная и требующая терпеливости задача! — Придётся набраться терпения, оно у меня такими темпами через недели три станет ангельским.
— Я правда стараюсь, просто точные науки — это не моё! — Тихо возмутилась Ёши, но сразу успокоилась. Всё же, до неё действительно медленно доходило, так что слова были вполне справедливыми. — С изучением языков проблем нет, русский язык я немного знаю!
— Стоп! Бел… Ты что же, собираешься продолжить помогать Ёши с учёбой? — Заинтересованно глянула на принца Рина, откидываясь на спинку дивана и с наслаждением разминая шею. Бел обречённо кивнул. — Класс! А почему, кстати, если это для тебя так сложно?
— Не так сложно, да и не бросать же это на самотёк, раз уж взялся учить? — Вздохнул мальчик и рассеянно огляделся. Вопросов по поводу оформления зала и наличия в нём тронов никто не задавал, как ни странно. — Вы сами-то как?
— Да ничего, живые. Но если бы я могла видеть сны, то я бы сказала, что даты по истории будут мне сниться в кошмарах, — честно ответила Рина, а Киоко активно закивала, подтверждая: снились бы, и ещё как!
— А теперь, Тсунаёши-тян, можешь объяснить, откуда это ты знаешь русский? — Вкрадчиво спросила Рина. Шатенка искренне улыбнулась и подмигнула.
— А вы бы на месте Шизуо-сана выдержали два часа уговоров и хождения за ним хвостом? — Задала Ёши встречный вопрос. У Рины открылся рот от удивления: за последний разговор с Изаей он неоднократно упоминал некоего «Шизу-тяна», и были у девочки подозрения, что Шизуо и Шизу-тян — это один и тот же человек. На этом моменте интуиция решила пожалеть нервы хозяйки и не выдавать больше никаких выводов.
Услышав неподалёку сдавленный кашель, дети как по команде обернулись, при этом Бел машинально достал стилет и приготовился к броску. На меткость ему жаловаться не приходилось, хотя по движущейся мишени он попасть не пробовал. Промахи пока что случались, но техника ещё была недоработана. Одна из девочек, разглядев визитёра, аккуратно одним пальцем отодвинула стилет в сторону и укоряюще посмотрела на Бельфегора. Тот ничуть не смутился и спокойно убрал оружие, после чего вновь перевёл более нейтральный взгляд на внезапно решившего навестить их Джотто. Примо на действия Бела предпочёл внимание не обращать, будучи в данном случае нематериальным: всё равно нанести ему вред мальчик не сумеет.
— Развлекаетесь? — Весело поинтересовался старший блондин у детей.
Те сначала промолчали и выразительно посмотрели на валяющиеся на столе в известном только девочкам порядке тетрадные листы с конспектами и решениями задач, а также лежащие рядом аккуратной горкой (не стопкой, а именно горкой) учебники. Рядом лежали карандаши и цветные ручки, ластики, степлер и, почему-то, ножницы. Что ими разрезали, не понятно, дети бы и сами теперь не вспомнили. Потом перевели столь же выразительный взгляд на соседний стол, за которым прежде сидели Ёши и Бел. Там была не менее удручающая картина, только учебников было меньше. Потом все почти одновременно хмуро посмотрели на Примо, который начал тихо посмеиваться. Развлечёшься тут, когда домашку даже во сне проверяют. Дожили, а в шесть-семь лет большинству из них ещё и в школу идти, а там тоже домашку через какое-то время задавать начнут. Ну хорошо, им стыдно будет не справиться с заданиями первых классов. Ладно, Бельфегор, он может отделаться домашним образованием, а вот остальным придётся терпеливо отсиживать уроки, когда они уже самостоятельно ушли далеко вперёд. «Не сдашь ведь экзамены за несколько классов сразу, первокласснику это просто не позволят, скорее всего», — с сожалением думали Рина и Киоко во время обучения.
— Да, вот, отдыхаем. Видишь, как нам хорошо с учебниками отдыхается? — прежде остальных прокомментировала Арианна. — Джотто, блин, это не смешно! — кажется, Рина обиделась на отсутствие сочувствия со стороны взрослых. И не только она.
Джотто примиряюще поднял руки, всё ещё продолжая посмеиваться над обиженно надувшимися девочками (мальчики реагировали более сдержанно, потому что уже знали пройденные темы и не страдали от этого так сильно.).
— Я буквально на несколько минут, с сообщением. Тсунаёши, — повернулся в её сторону блондин. — Во-первых, твой отец завтра вечером уезжает, так что Изая-кун будет вас навещать. Лучше ему на глаза твоему родителю пока не попадаться. Во-вторых, я, уж извини, не могу сделать тебе нормальный подарок на твой завтра… Уже сегодняшний День Рождения, точнее, мог бы, была бы ты постарше. Но, думаю, могу попробовать помочь тебе с освоением пламени Посмертной Воли. В том, что у ты Небо сомневаться не приходится, но лучше, чтобы о наличии у тебя пламени знало как можно меньше людей. Сейчас, по крайней мере, для твоей же безопасности, — серьёзно закончил Примо.
Девочка с улыбкой кивнула, и блондин исчез (без всяких спецэффектов, в отличие от девушек), напоследок услышав слаженный крик Рины и Киоко:
— У тебя День Рождения, и ты молчала?! — Ёши смущённо кивнула и, не успев ничего добавить, чуть не была задушена бросившимися её обнимать подругами.
Следующий час они отмечали День Рождения, как могли, потому что Рина не могла лично поздравить Ёши в реальности. Странно, они совсем недавно познакомились, а уже считают друг друга лучшими подругами. Когда оставалось всего ничего до утра, когда нужно будет просыпаться, дети устали и улеглись прямо на полу зала, сотворив себе большой пушистый ковёр бежевого цвета, на котором приятно было лежать. По бокам от Рины расположились оба мальчика, напротив неё полулежала Киоко, опираясь на один из стульев, а чуть сбоку лежала Ёши.
— Дэн, — Рина посмотрела на отчего-то грустного мальчика и, не дождавшись реакции на свои слова, пощёлкала пальцами перед его лицом и позвала громче, — Даниэль, ау!
— А, что? — Выплыл медноволосый из своих мыслей, скорее всего, нерадостных. В прошлую их встречу это было не так заметно, потому что внимание было сконцентрировано на совершенно других вещах.
— Ты чего грустишь? Что-то случилось? — Встревоженно спросила девочка. Дэн наклонил голову ниже, пряча взгляд и избегая смотреть в глаза остальным.
— Да он последние полчаса такой. Вроде и веселится со всеми, а в глазах тоска… — Отметила Киоко, осуждающе покачав головой. Она тоже задумывалась о причинах такого поведения, но к каким-то определённым выводам прийти не успела. Рина же мысленно всерьёз обиделась на Дэна, хотя вроде бы и не на что. Знакомы они недолго, пообщаться толком не успели, да и делиться проблемами друг друга не спешили.
— Да ничего не случилось, — отговорка не сработала, теперь Ёши села и тоже начала сверлить его подозрительным взглядом. Бельфегор пока не стал присоединяться, предпочтя не вмешиваться в личные проблемы Даниэля. Да и какие у него в шесть лет могут быть личные проблемы? — Правда! Просто… сложные отношения с семьёй.
— У меня тоже сложные отношения с семьёй, но я по этому поводу особо не переживаю, ши-ши-ши. — Всё же присоединился к разговору принц. — Можешь конкретнее объяснить, что не так?
— Зачем? — пожал плечами Даниэль. — Исправить или изменить я ничего не могу.
— Выговорись, легче станет, — тихо предложила Тсунаёши.
— Извините, но это не то, о чём я хотел бы говорить, — виновато ответил мальчик и девочки решили не выпытывать дальше. Давление здесь бы, может, и помогло, только вот как бы успокаивать потом не пришлось; да и нормально надавить, чтобы он рассказал о проблеме, тоже не получилось бы: опыта и умения нет. Дети помолчали, думая каждый о своём.
— Ладно, давайте дальше праздновать! — Преувеличенно бодро сказала Рина, и праздник продолжился, а дети сделали вид, что забыли об этом коротком разговоре.
Преимуществом сна было то, что можно было оформить зал так, как душе угодно, не ограничивая себя в средствах. Разноцветные шарики, конфетти, небольшой столик с тортом и пирожными, разные виды сока на том же столике, изящные стулья, негромкая музыка и много чего ещё. К тому же, в таком сне можно было есть и пить, хотя на реальное состояние организма это никак не влияло.
Во время праздника девочки успели не только снова развеселить Дэна, но и поделиться друг с другом рассказами о своих родственниках, заодно узнав у Бела, что имел ввиду он под сложными отношениями с семьёй. После разговоров девочки загорелись идеей познакомиться с его братом-близнецом, к которому Бельфегор не так уж и хорошо относится, хотя в целом — нормальное соперничество; но Бел осадил их, напомнив о возрасте и невозможности некоторых перемещаться в пространстве, а родители бы их не отпустили в гости. Приглашать же Расиэля сюда Бел не стремился, поэтому девочкам пришлось смириться с тем, что познакомятся они не скоро.
За пятнадцать минут до пробуждения Рина и Киоко резко вспомнили о том, что забыли в этот раз поискать информацию, которая может им помочь в разработке ритуала или вообще в поиске тех, кого они собирались найти. Бел проявил благородство и предложил свою помощь, чем поднял мнение Рины о себе пунктов на десять единовременно, а оно и так было высоким. Дэн и Ёши решили не отставать от друга и тоже пошли в местную библиотеку. Точнее, побежали, а впереди бежала Рина, потому что только она и Киоко знали дорогу. Собственно, за те полминуты, потраченный на дорогу от зала до библиотеки, Рина каким-то образом успела обрисовать друзьям проблему и то, что им нужно найти. Увы, но ничего подходящего так и не было найдено за следующие десять минут, что несказанно огорчило девочек.
— Ребят, я, кажется, нашёл что-то! — Послышался громкий крик Дэна из противоположного от Рины угла библиотеки. Девочка чуть со стремянки не свалилась от неожиданности, хотя Киоко её предупреждала, что лучше летать, раз уж здесь всё можно, чем рисковать навернуться с лестницы. Очень удачно внизу стоял Бельфегор. Ну, для Рины, безусловно, удачно, а вот для него — не очень. К счастью, во сне они друг друга покалечить не могут, так что Бел отделался неприятными ощущениями вместо перелома (стремянка упала сверху, но он вовремя успел перевернуться так, чтобы она упала на него, а не на девочку). Вот атаки с воздуха он ожидал меньше всего, наверное.
Все дети рванули к Дэну, который стоял рядом с одним из высоких стеллажей и черкал что-то на вырванном из черновика листочке. Увидев, что все подбежали, он помахал этим листочком и развернул его так, чтобы всем было видно.
— Кажется, вот это должно сработать! Я не уверен, но, думаю, если прочертить эту линию не вот так, а вот таким образом, — мальчик показал на листочке соответствующий чертёж с многочисленными пометками. Судя по всему, расчёты он делал самостоятельно, поэтому в некоторых местах стояли восклицательные знаки и стрелочки.- И если ещё капнуть крови, то, по идее, получится если не призвать, то увидеть нужного человека. Только я не знаю, сработает ли это вообще на духах, или кто они там…
— А мы пока что Первое поколение звать и не собираемся, да и там способ попроще должен быть. Джотто ведь как-то приходит. Мы надеялись попробовать узнать, кто остальные мои хранители, — улыбнулась Рина, создала мел и уселась чертить прямо на полу в библиотеке, благо места было предостаточно.
Оставалось четыре минуты, но дети об этом не знали. Когда осталось одна с половиной минута, девочка закончила рисовать и аккуратно уколола палец иголкой, после чего выдавила целых три капли крови в центр небольшой пентаграммы.
— А ничего, что сюда максимум один человек поместится? — Присел рядом с небольшой пентаграммой Бел, стараясь не задеть линии и не стереть ничего. Осторожно потрогал пальцем одну из линий, та в ответ сверкнула и выпустила сноп красных искр.
— А ты думаешь, что у нас и впрямь получится кого-нибудь вызвать? Максимум — изображение, — резонно ответила блондинка и на пару секунд замолкла. — А что, если капнуть кровь двух человек? — Девочка переглянулась с подругами, и Ёши, разделяя интерес подруги и её желание поэкспериментировать, тоже уколола палец и капнула своей крови. Пентаграмма засветилась и в центре действительно начало формироваться чьё-то изображение. Перед тем, как проснуться, дети увидели свечение и мальчика примерно того же возраста, что и девочки, может на год старше, с зелёными волосами и флегматичным выражением лица, а затем появилось ещё одно изображение: светловолосый и синеглазый мальчик, тоже примерно их возраста, только он вот появился в голубом свечении. Следом появилось жёлтое свечение и изображение мальчика чуть старше них с короткими светлыми, даже белыми, волосами. Цвет глаз был, вроде, серым.
— Хранитель Дождя, у нас получилось! А у Ёши — Солнце. Интересно, а что за первый мальчик? — подумала Рина, просыпаясь. У Киоко были схожие мысли, но она уже поняла, что первый мальчик точно не является их хранителем. К тому же, в последнем мальчике Киоко узнала своего старшего брата, а цвет свечения, если они ничего не напутали, ясно указывал на пламя Солнца, причём, если судить по очерёдности, то он хранитель Ёши.
— Вот так повезло, если и остальные хранители хоть у Ёши окажутся жителями Намимори, то будет и вовсе замечательно! — думала Киоко, спускаясь завтракать.
Бел и Дэн ни о чём не думали, просыпаясь, потому что им хватило общения с подругами, а в успехе задумки они и не успели усомниться. Обоим предстояло продолжить учиться: Бел пошёл вначале отрабатывать метание стилетов, а Дэн опять засел в своей комнате, обложившись книгами. С родственниками Дэну видеться не хотелось.
— А первый мальчик мне понравился, — со смущением пробормотала Ёши, садясь на кровати в своей комнате и прижимая ладони к лицу. — Вот бы с ним познакомиться… Ой! — руку словно обожгло огнём и на ней появилась зелёная татуировка с тёмно-синими элементами узора. Пояснения о значении узора излишни, Тсунаёши вскоре рассказали на всякий случай о таких татуировках. Однако её татуировка оказалась не как у большинства — на всём предплечье, а аккуратно обернулась вокруг плеча красивым браслетом, только нарисованным. В переплетении линий буква по какой-то причине отсутствовала, что впоследствии поставило девочку в тупик: упоминаний о таких случаях найдено не было, хотя в принципе информации о татуировках такого типа было немного.
Если бы она знала, что будет твориться уже через год-два, то это было бы последним, что её волновало… Впрочем, пока нервничать было рано, дети могли наслаждаться спокойной жизнью. Но меньше, чем через полтора года спокойствие закончилось, а проблемы стали сменять друг друга, как в калейдоскопе.
***
Россия, Санкт-Петербург, следующий день. — Повторяю: согласно закону Гука деформация, возникающая в упругом теле, пропорциональна приложенной к этому телу силе. Записываем формулу… Да, Волков? Извините, можно выйти? — Виктор встал и, дождавшись разрешения, почти бегом вышел из класса и направился направо по коридору, по пути доставая телефон из кармана и набирая знакомый номер. Можно было и подождать до конца урока, но новости его так удивили, что он не выдержал и решил уточнить, всё ли у него в порядке со зрением. Уже забежав в туалете в одну из кабинок, благо все остальные ученики были на уроках и услышать не могли, он вслушался в гудки. Вскоре Изая ответил на звонок. — А ничего, что я на уроке был? — Насмешливым тоном осведомился брюнет, ушедший на время разговора на крышу. Была у него такая нездоровая тяга к высоте, появившаяся сравнительно недавно. Не в этом году точно, по крайней мере. — Так я тоже, — недовольно фыркнул Тор. — У меня всего один вопрос. — И какой же? — Усмехнулся Изая, уже предполагая, что именно интересует Тора. Долго он, конечно, тянул: Изая считал, что до Тора раньше дойдёт посмотреть настоящую фамилию сестры. — Как так получилось, что у Рины именно эта фамилия в свидетельстве о рождении?! — Тор вцепился от волнения пальцами в раму находящегося рядом окна. — Ха, а ты не знал? — Наигранно удивился Изая. — Впрочем, мне тоже не сразу стало известно, за кого вышла средняя сестра моей матери. Удивлён, правда? — Ага… А родной отец Рины знает о её существовании? — А это уже второй вопрос, — рассмеялся брюнет. — Подумай сам! Если бы он знал, была бы она здесь? И если он знает, то почему она здесь? — Звонок сбросили, а Тор так и простоял оставшиеся три минуты до звонка, молча уставившись в чёрный экран телефона.
