Повреждённое кодирование

      Хэнк давно ни о ком так не беспокоился, как беспокоится сейчас об андроиде — безэмоциональной машине, пластиковой кукле без чувств.       Это начало происходить совсем недавно, Андерсон и сам не заметил, как ненависть к Коннору переросла в некое подобие симпатии. Но вместе с симпатией пришёл и страх. Боязнь, что Коннора может что-то сломать. Или кто-то, например сам Хэнк Андерсон, который с ужасом на сердце всегда наблюдает, как диод, встроенный в висок андроида заходится красным, быстро мигая. Это и есть сбой в программной системе Коннора?       RK800 уставился пустым взглядом в никуда, пока они сидели в машине Хэнка, он наблюдал за пытающимся исправить ошибки системы Коннором. Снежинки, белыми пятнышками, налипли на фирменный пиджак " Киберлайф " и на уложенные волосы андроида.       Диагностика систем слишком затянулась. Кружочек диода панически мигал в отражении стекла дверцы машины.        " Он же не сломался? Он же, чёрт возьми, не сломался?! " — быстро пронеслось в голове лейтенанта. И почему он, Хэнк Андерсон, собственно, волнуется за машину, чёртового андроида, которых он ненавидит.        " Потому что я привязался к этому сраному куску пластика. " — злобно отвечает себе Хэнк, с силой сжимая челюсти.       Он тяжело выдыхает, превозмогая самого себя, нехотя признавая, что он беспокоится за этого андроида.       Хэнк аккуратно дотрагивается до запястья Коннора, безусловно — идеального, но холодного и безжизненного. От этого прикосновения RK800 будто включается, словно его вывели из спящего режима.        — Что-то случилось, Коннор? — Спрашивает Хэнк, в его обыденном тоне слышатся нотки тревоги, которые Андерсон старался скрыть, но от слухового модуля андроида не уйдёт ни одна интонация. — Ты не сломался там, случайно? — Хэнк осёкся, осознавая, что всё ещё держит Коннора за запястье.        — Я в норме, лейтенант, — голос Коннора как всегда приятный, негромкий. — Вы считаете, что я могу быть неисправен? — Он повернулся к Хэнку; диод светится бледно-голубым. — Вы волновались из-за меня? — Спросил андроид, в голосе слышался смешок. Андерсону даже показалось, что губы Коннора дрогнули в едва уловимой ухмылке.        — Нет, — солгал Хэнк. Коннор не должен знать, что чёрствый лейтенант Андерсон может испытывать волнение по отношению к андроиду.       Хэнк боится сломать Коннора, но так же боится, что этими чувствами может сломать самого себя.