Благодарность

      «Очередная сова рискует сломать себе шею в такую ночь», – подумал новый директор Хогвартса и взмахнул палочкой, приоткрывая окно ровно настолько, чтобы птица средних размеров смогла протиснуться. Они прислали ухоженного серого филина, который сначала с достоинством стряхнул капли воды, попавшие на перья, и только потом протянул Снейпу лапу с письмом. Северус взял конверт и отложил на край стола, не вскрывая. Письмо пришло из министерства, чьи бюрократы, казалось, были абсолютно неистребимы. Даже после стольких репрессий, проверок чистоты крови и лояльности к высшей власти, там каким-то невероятным образом сохранились ценители «документов ради документов». Именно из-за них Снейпу приходилось проводить за столом едва ли не в половину больше времени, чем в лаборатории, не говоря уже о преподавании. Первоначально у него были планы продолжить вести ЗОТИ, но на это теперь банально не хватало времени. Его вообще было недостаточно ни для чего, даже ежемесячные визиты к Лорду по каминной сети редко занимали больше суток – Хогвартс был одной из ключевых точек власти в магической части соединенного королевства, его не следовало оставлять надолго.       Северус отложил перо и поморщился – с самого утра он пытался найти приемлемое решение для проблем Алекто Кэрроу и кучки детей из «хогвартского сопротивления», как иногда называл их ее брат. Снейп продолжал ужасаться чудовищной глупости людей. Он не мог понять, в чем логика, например, Лонгботтома, который мало того, что остался, являясь открытым сторонником Поттера, так еще и привлекает внимание к недовольной новой властью части учеников. Северус на его месте притворился бы абсолютно незаинтересованным и, не попадаясь лишний раз на глаза преподавателям, продолжил бы собирать информацию. Но Невилл был гриффиндорцем, и ничто не могло заставить его поступать разумно. Директор потер переносицу двумя пальцами, он все еще не знал, где происходят собрания. А без этой информации не мог оградить детей от обоих Кэрроу.       Снейп тяжело выдохнул и решил закончить сегодняшнюю работу – сосредоточиться все равно не получалось. Однако стоило ему выйти из-за стола, как в комнату влетел сине-белый росчерк патронуса и хриплый голос Алекто рассказал, что Поттер был замечен в Хогсмиде.       На то, чтобы собрать студентов, ушло меньше пятнадцати минут, они уже привыкли к новому режиму и даже не особо удивились внеплановому собранию. Зато новость о прибытии мистера Поттера их тронула, отметил Северус, продолжая рассказывать о том, что станет с помощниками юному магу. Директор проходил между рядами учеников, видел их ненавидящие взгляды, снова и снова гадал, что пришло в нездоровую голову Поттера, если он решился на визит в Хогвартс. Снейп надеялся, что ему хватило ума спрятаться понадёжнее. Но когда Поттер оправдывал его ожидания? Мальчишка решил сразу заявить о своем присутствии, рассказать о смерти Дамблдора, обвинить Северуса в трусости, в общем, сделал все то, чего так давно желал.       Появление ордена Феникса, ну или остатков ордена, все же стало для него сюрпризом. Снейп доверял защите Хогвартса, некоторую часть которой даже разрабатывал самостоятельно, и не видел прорехи достаточной, чтобы провести столько людей. Он вытащил палочку и направил ее на чужаков – сражаться все-таки пришлось.       «Ты так и не простила мне его смерть, Минерва? – думал Северус, с трудом отбивая атаки Макгонагалл так, чтобы не задеть учеников. – Может, те слухи были правдивы?» Он начал пятиться к окну в конце главного зала. Отступать было обидно, но ему было понятно, что он не справится с таким количеством магов в одиночку. Даже если бы ему и удалось это, было бы крайне наивно рассчитывать на милосердие со стороны учеников. Снейп уже давно не питал иллюзий по поводу человеческой природы, поэтому выбрал единственно верный вариант – отразив очередное нападение завуча в сторону Кэрроу, он позволил своему телу раствориться в окружающей энергии.       Вихрящийся столб дыма, бывший еще мгновение назад директором Хогвартса, рванулся вперед, сквозь стекло витража и вырвался наружу. Вслед ему доносились выкрики «Трус!» и одобрительные аплодисменты.       Этому заклинанию его пару месяцев назад научил Волдеморт. Северус тогда возился с новой формулой яда, который в будущем должен был быть способен отравить даже великана, просто попав тому на кожу. Идею подал сам Темный Лорд, на досуге принесший несколько старинных фолиантов о травах и грибах. Снейпу нравились натуральные яды. Они как будто бы были созданы для великанов, на которых почти не действовала традиционная магия. Волдеморт неожиданно проявил интерес и приказал готовить при нем, что Северус с радостью и выполнил. Он знал, как выглядит, когда занимается тем, что любит. В своей лаборатории для зельевара не было невозможного, он чувствовал себя практически всемогущим, что отражалось на предельной точности жестов Северуса, на том, как гордо и независимо он держался в окружении препаратов. Как оказалось, Темный Лорд был не прочь понаблюдать за таким Снейпом.       – Расскажи мне о Хогвартсе, – сказал он, заметив, что Северус уже закончил с приготовлением и теперь просто ждет, пока жидкость остынет.       Снейп оторвался от помешивания отвара и поднял глаза на Волдеморта.       – Хогвартс остался таким же, как и во времена моей учебы в нем, – зельевар пожал плечами, – очень величественным и полным идиотов. Я не уверен, что неспособность трезво оценивать ситуацию оправдывается тем, что они еще дети. В конце концов, я тоже был подростком, но это не помешало мне выбрать достойную жизненную цель, – он смущенно улыбнулся и снова посмотрел на зелье. – В то время как интересы остальных ничуть не изменились: все те же квиддич и волшебницы, совсем не оригинально.       Снейп горько усмехнулся, вспомнив, как в свое время его не интересовало ни то, ни другое.       – Квиддич? Что не так с квиддичем, Северус? Разве тебе не нравилось летать во время учебы? – в голосе Лорда проскользнул легкий интерес.       – Я не слишком люблю полеты, мой Лорд. В Хогвартсе мне так и не довелось научиться как следует, а потом я смог аппарировать и больше не возвращался к метле.       Отчасти он сказал правду, в школе ему было не до квиддича и летных тренировок. Вот только… однажды он действительно захотел попробовать и наткнулся на Поттера с компанией, которые не отказали себе в возможности высмеять его новое начинание. Мимолетное желание «полетать, как все» после этого больше не приходило.       – Метла, – презрительно проговорил Волдеморт и слегка сдвинул брови, – я могу научить тебя летать, Северус.       – Мой Лорд?       – Так же, как я. Никаких метел и прочей ерунды. Думаю, у тебя как раз хватит сил.       Он подошел к зельевару, взял его за предплечье и подвел к краю террасы.       – Полетаешь со мной, Северус? – Снейп мог поклясться, глаза Лорда смеялись.       Зельевар кивнул, не отрывая взгляда от Волдеморта. Он почувствовал, как Повелитель прижался к его спине, обхватил за плечи, Снейп ощутил дыхание, щекочущее его шею. Темный Лорд говорил едва слышно, удерживая его, против обыкновения, очень мягко, почти бережно:       – Главное – расслабиться, заклинания как такового нет, это, скорее, вид медитативной техники. Просто постарайся прочувствовать все до малейших деталей и в следующий раз сможешь сделать это сам.       Северус слегка отклонился назад, всем телом опираясь на поддерживающие руки Лорда. Он вдруг почувствовал, что теряет себя. Нахлынула непереносимая легкость, заставляющая откинуть все мысли и просто наслаждаться искристыми пузырьками, разбегающимися от позвоночника по всему телу. Зельевар понял, что теперь ощущает мир по-новому, и дело было не только в улучшенном зрении или ярких чувствах – он будто бы распадался на миллионы самодостаточных частиц. Они перемешивались, сталкивались между собой, и с каждым мгновением Снейп узнавал все больше об окружающем его пространстве. Он знал теперь, что рядом с ним есть нечто великое, такое же, как он по своей природе, только опытнее, могущественнее. Оно обхватывало его, не давало полностью раствориться в окружающем хаосе.       Северусу внезапно стало смешно. Все проблемы стали казаться ничтожными, надуманными, вопросы преданности больше не смущали его – он не представлял, как можно не быть верным этому прекрасному существу, чью суть он сейчас ощущал лучше, чем когда-либо прежде.       Снейп услышал смех, глухим эхом вторящий его собственному.

***

      Северус и сам не заметил, как оказался в Визжащей хижине прямо посреди битвы. Только что отражал очередной незамысловатый ступефай от третьекурсника, и вот он уже стоит перед старой рассохшейся дверью. Вызов Лорда стал настоящей неожиданностью для профессора. Снейп прошел по пустынным коридорам здания до гостиной, изредка стряхивая налипающую на одежду паутину, и обнаружил Волдеморта, который внимательно всматривался в собственную палочку, вращая ее в руках.       Что-то в его осанке, в мелких, суетливых, таких не свойственных Темному Лорду жестах, заставило профессора остановиться у входа, ничем не выдавая своего присутствия. Он, закусив губу, смотрел на то, как Волдеморт в раздражении махнув рукой, выбросом магии отшвырнул массивный дубовый стол на пару метров от себя.       Северус вздрогнул, выждал еще немного и переступил порог.       - Подойди, - сухо приказал темный маг.       Северус не спеша приблизился. Он все еще не слишком понимал, зачем его вызвали сюда посреди сражения.       - Да, мой Лорд? - Снейп поклонился ниже, чем обычно, всей кожей ощущая напряжение, исходящее от темного мага.       Волдеморт слегка сжал подбородок слуги и потянул его вверх, заставляя Северуса распрямиться. Он всмотрелся в лицо мужчины, очертил большим пальцем контур его щеки и твердо сказал:       - Ты же все понимаешь, Северус, я обязан сделать это, иначе все будет напрасно.       Темный Лорд смотрел ему прямо в глаза, и от этого взгляда делалось зябко. В нем не было чувств. Вообще. Снейп уже наловчился определять оттенки настроения повелителя по мельчайшим деталям, по тому, как он держался, по тембру его голоса, по тому, что мог уловить в алых глазах. В этот же раз там было абсолютно пусто. Как если бы Волдеморт и правда был той бездушной машиной для убийства, которой его считали. Снейп встряхнул головой, отгоняя неприятные мысли. Он не верил в то, что это может быть правдой.       - Я... Северус, я не хочу этого. - Волдеморт снова опустил взгляд. - Никогда не думал, что ради достижения цели мне и вправду придется пожертвовать кем-то, кто мне дорог. Я вообще не предполагал, что кто-то все еще может быть мне дорог. - Темный Лорд криво улыбнулся, оценив иронию сложившейся ситуации, все еще стараясь не встречаться взглядом со слугой.       - Ты был таким преданным, Северус. Иногда мне казалось, что ты готов отдать мне свою жизнь, просто потому что таковым было мое мимолетное желание.       Он отвернулся от Снейпа, который все еще неверяще смотрел в лицо Волдеморта, безуспешно пытаясь поймать его взгляд, сделал круг по комнате, резко остановился, повернулся и посмотрел прямо в глаза ожидающему зельевару.       Голос мужчины сделался еще мягче, его можно было бы даже назвать нежным. Лорд подошел ближе, положил руку на плечо Северусу и начал рассказывать:       - Понимаешь, мой зельевар, сущность бузинной палочки такова, что вся ее сила подчиняется только магу, убившему ее хозяина. Я ведь приказывал Драко сделать это. Малфою, жизнь которого не значит ничего.       Северус нащупал в кармане мантии палочку и крепко сжал ее. Он раздумывал над тем, стоит ли извлекать ее, когда Волдеморт обернулся, сделал резкий взмах рукой, и в профессора понеслась, причудливо извиваясь, серебристая молния. Снейп на чистых инстинктах увернулся, скользнув вправо, и направил на Темного Лорда свою палочку. Частое дыхание Северуса рассеивало тишину. Волдеморт снова атаковал, на этот раз зельевар блокировал знакомое заклятье и попытался напасть, но повелитель с обидной легкостью отразил направленную на него магию. Они замерли на мгновение, а в следующую секунду пространство комнаты вновь раскрасилось множественными вспышками заклинаний. Северус почувствовал, как его способности подбираются к верхнему пределу и в очередной раз поразился мощи, исходящей от Волдеморта. Очередной удар Лорда Снейп пропустил. Его швырнуло о стену и приложило головой, он почти потерял сознание, но нашел в себе силы открыть глаза. Волдеморт стоял напротив, зажимая пальцами правой руки рану на предплечье, и улыбался. Северус внутренне содрогнулся от боли, наполнявшей эту улыбку.       Волдеморт притянул безучастно стоящего Снейпа вплотную к себе и продолжил:       - Как будто бы я недостаточно жертвовал! Как будто бы я недостоин чего-то личного! Как будто бы я недостоин тебя, Северус…       Он шептал это так тихо, что зельевар едва мог разбирать звуки, сливающиеся в шелестящее шипение. Волдеморт не видел, как удивление в глазах Снейпа сменялось пониманием, а потом и сочувствием.       - Мой Лорд, - голос Северуса дрогнул, - мне очень жаль, что так вышло, Мой Лорд.       Зельевар чувствовал горечь, прожигающую его грудную клетку изнутри. Она шумела осенним штормом в голове, пыталась выиграть гонку с Лордом и убить профессора первой.       Волдеморт, не позволяя Снейпу отстраниться, прошипел в тишину заброшенного дома: "Нагайна".       Северус не почувствовал самого укуса, ему просто стало тяжело стоять, мысли сделались бессвязными, дыхание сбилось. Снейп попробовал удержаться, схватившись за подставленные руки Волдеморта, но все же неуклонно сполз вниз. Сам ход времени вдруг изменился. Не было больше привычных часов и минут. Мгновения были теперь всем, что еще оставалось у зельевара. И Северус почувствовал себя чертовски жадным до этих секунд в объятиях своего повелителя. Он не смог бы определить, сколько пролежал на руках у Темного Лорда, прежде чем через силу вытолкнул из себя слова, показавшиеся единственно правильными в тот момент:       - Мой Лорд... Т-том... Пожалуйста, прости меня.       Последним, что запечатлелось в затуманенном сознании умирающего зельевара, были бледные губы Волдеморта, эхом повторяющие его последние слова:       "Прости меня".