В моем конце - ты мое начало

      Так прошла неделя наших встреч с Джокером, по результатам которых, я так и не могла узнать ничего важного для меня, а он все больше и больше узнавал обо мне. И я никак не могла ничего изменить.       — Что ты ела на завтрак? — спросил Джокер.       — Яичницу с кофе. Какое ваше настоящее имя? — спросила я.       — Оно такое скучное, что я и забыл. Почему ты работаешь здесь? Ты сюда совсем не вписываешься.       — Я буду работать здесь, пока не найду более подходящее место.       — О нет. Я не выдержу расставания с тобой, если ты уйдешь, и мне придется выбираться отсюда, — иронично ответил Джокер.       Меня и вправду напугали эти слова. Я часто думала, что все мои пациенты когда — нибудь могут сбежать, и тогда я точно не смогу спокойно выходить из дома.       — Знаешь, а может завтра прогуляемся? — спросил Джокер.       — Завтра я занята, как-нибудь в следующий раз, — парировала я и начала собираться.       — Тогда в другой раз, моя девочка.       — До свидания.       Я вышла из кабинета. Уже прошло больше недели, и я начала привыкать к нему. Теперь я не испытывала такого страха ни к нему, ни к другим моим пациентам.       Мне даже начала нравиться эта работа. Но все равно, я каждый день проверяла все вакансии. Я понимала, что нельзя долго оставаться здесь, иначе я и сама начну сходить с ума.

***

      На следующий день:       — Знаешь, я думаю, мы были бы прекрасной парой.       — Сомневаюсь, — ответила я с милой улыбкой на лице, — какие были у вас отношения с родителями?       Джокер погрустнел на секунду, а в следующую принял свое обычное выражение лица.       «Впервые что-то изменилось».       В этот момент произошел взрыв в дальнем крыле лечебницы.       Меня сразу пробрал сильный страх. Вот этого я всегда и боялась.       Посмотрев на Джокера, я увидела только его улыбку. Может, это его рук дело?       — Не бойся, моя девочка, пока ты со мной, ты в пооолной безопасности.       Боже, эти слова меня пугают даже больше, чем взрыв. Посмотрев через окно кабинета, выходящего в коридор, я увидела, что охранников нет.       «Надо уходить отсюда».       Джокер уже стоял за моей спиной и проговорил шепотом:       — Боишься?       — Как ты развязался? — со страхом в голосе спросила я.       — Ты не ответила на мой вопрос.       В этот момент я услышала движение за окном, там бежали те братья — террористы с широкими улыбками на лице. Значит это они.       И бежали они как раз в мою сторону.       Я присела, чтобы меня не было видно из окна. А Джокер даже с места не сдвинулся и помахал рукой тем братьям.       — А мне они нравятся, — сказал он, посмотрев на меня сверху вниз.       Сейчас он не улыбался, его лицо не выражало никаких эмоций. Будто он раздумывал, что ему делать. Я встала и посмотрела на него. Наши глаза были на одном уровне.       В этот момент в кабинет зашел другой пациент, которого я до этого никогда не видела. Его взгляд сразу приковался ко мне, и в нем была огромная похоть.       Да уж. Как говорится из двух зол, выбираешь наименьшую.       Я спряталась за спиной Джокера, обхватив руками его спину.       — Мне она нравится. Я соскучился по женщинам, — сказал тот пациент, ухмыляясь. И медленно пошел к нам.       — Не думаю, — сказал Джокер ему. Я не видела его лица в данным момент, но его голос был очень серьезным.       — Да ладно. Если хочешь, будь первым. Не будь таким жадным, Джокер.       Я начала трястись. Мне казалось, что в любой момент я потеряю сознание, и тогда со мной точно случится что-то плохое. По моему лицу потекли слезы, и я вплотную прижалась к Джокеру.       «Все, завтра же я увольняюсь. Пойду хоть уборщицей, но никогда не вернусь сюда».       А Джокер все молчал, будто обдумывая, что ему делать с «любимым» доктором.       — Ну что, согласен, Джокер? — спросил тот.       — Я не буду повторять дважды, — ответил Джокер, и от этого голоса, по моему телу прошла сотая волна мурашек.       Похоже, это напугало того придурка. Все-таки нельзя спорить с Королем преступности Готэма. И он вышел из кабинета, судя по звуку закрывающейся двери.       А я так и не могла оторваться от Джокера, и не видела, что происходит вокруг.       Внезапно Джокер пошел по направлению к двери, а мне пришлось идти за ним. Мои руки больше не слушались меня. Так мы шли уже десять минут. Думаю, ему было совсем неудобно, таща за собой огромный живой портфель. Но за всю дорогу он не проронил ни слова. Мои слезы остановились, и я перестала дрожать. Но оторваться и осмотреться мне не хватало сил. Мне нравилось просто идти и не думать, что будет дальше. Еще через 5 минут я почувствовала сильный холод, и поняла, что мы уже снаружи.       Тогда Джокер впервые дотронулся до моих рук и отодвинул их от себя.       Он повернулся ко мне. Я боялась на него смотреть, и поэтому смотрела на его грудную клетку, которая поднималась очень медленно.       «Да его совсем не беспокоит эта ситуация».       В этот момент на дороге просигналила машина и Джокер, развернувшись, пошел к машине.       А я так и продолжала стоять, смотря ему вслед.       Через секунду машина уехала, и сразу приехали машины пожарных, полицейских, скорой. Ко мне подбежал полицейский и спросил, что произошло и все ли со мной в порядке.       Затем пришла очередь врачей, которые осмотрели меня и посадили в машину, укутав в одеяло.