***
В этот момент в банке была установлена бомба, и Джокер продолжил свою речь: — Через десять минут бомба взорвется, и кто хочет жить, может начинать бежать. При этом группировка Джокера закрыла все входы в банк, оставив открытую только одну небольшую дверь. И все люди начали мчаться туда, расталкивая всех вокруг, кто-то падал, и их затаптывали другие. Все любыми возможностями пытались выбраться из этого банка. А Джокер наблюдал за всем этим и смеялся над каждым человеком. Ему нравилось наблюдать, на что готовы люди, чтобы спасти свою жизнь. Услышав шум на улице, я до сих пор лежала на холодном асфальте. Кое-как поднявшись и оглядевшись, я увидела, что на улицу вываливаются люди. Медленно я пошла к ним, слыша, как они кричат что-то про бомбу. «Где моя сумка???? Черт, черт, черт. Она там, в туалете. И что делать, бомба может взорваться в любую минуту, но в этой сумке все: документы, кошелек, ключи от квартиры, телефон. Я и так почти бедствую, что же делать?». Я посмотрела на окно, мне никак туда не допрыгнуть. Оглядевшись по сторонам, я опять увидела мусорные баки (теперь железные), подставила к стене. И обратно полезла в окно. Засунув голову, я посмотрела, что никого нет, и увидела мою сумочку, одиноко лежавшую на раковине. «А она не так далеко», — подумала я, пытаясь дотянуться до нее рукой, но мне не хватало сантиметров двадцать. Пришлось дальше лезть в окно и, в этот момент появился шум около двери. Я полезла обратно, и почувствововала, что я застряла в этом долбаном окне. -Чеееерт, — тихо и обреченно простонала я. В газетах напишут: «Она умерла, спасая свою сумочку». В эту секунду дверь открылась, и Джокер зашел в туалет. — Забыла попрощаться? — раздраженно спросил он. Я помотала головой и посмотрела на свою сумочку. Он, проследив за моим взглядом, снова тяжело выдохнул. — Дееевочка, разве эта сумка важнее твоей жизни? — спросил он. Я опустила глаза. — Давай, вылезай оттуда, — сказал Джокер, быстро подходя ко мне. Я молчала, а он вопросительно посмотрел на меня. — Ну, что такое. Неужели ты застряла? — спросил Джокер с наивным лицом, начиная смеяться, — таких как ты называют «ходячая катастрофа», — сказал Джокер, резко схватив меня за руки и потащив на себя. И так же резко я вылетела из окна, полетев на него, и мы оба упали на жесткий кафель пола туалета. — Блять, — тихо сказал Джокер, ударившись головой о пол. Мое падение было очень даже щадящим, угодив в его объятья. Джокер крепко прижимал меня к себе, и я чувствовала, как быстро бьется его сердце. Я начала подниматься, но он снова прижал меня к себе и посмотрел в мои глаза. — Когда-нибудь ты умрешь из-за своей глупости, — тихо и серьезно сказал он. Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, после чего я снова начала чихать. «Блин, именно в этот момент», — я смущенно посмотрела на него, когда он резко поднялся и поставил меня на ноги. — Да, да, давай, еще зарази меня, — сказал Джокер, накинув на меня свое темно-фиолетовое пальто и, схватив за локоть, потащил в главный зал. — А кто-то у нас проспал все шоу, — показательно громко сказал Джокер, когда вся группировка посмотрела на меня, — у тебя только минута, чтобы бежать очень — ооочень быстро, — сказал Джокер и толкнул меня к выходу. Я побежала со всех ног из банка. На улице стояли полицейские, которые сразу схватили меня и отвели в безопасное место. Я стояла среди других людей, и в этот момент прогремел взрыв, который разнес сразу половину строения. Все испугались, начали бежать в разные стороны, и я тоже непонятно куда начала бежать. Так я добежала до самого дома, и, поднимаясь по лестнице, вспомнила про свою сумочку. «Я точно «ходячая катастрофа». Как мне попасть домой?». Подойдя к своей двери, я увидела, что на ручке висела как раз моя сумка. Достав ключи и войдя домой, я упала на пол, пытаясь прийти в себя после этого сложного дня.7 глава
9 июня 2018 г., 08:49
На следующее утро, позвонив в кафе, я попросила поставить мне вечернюю смену и отправилась в банк. На улице становилось все холоднее и холоднее, казалось, что на мне и нет никакого пальто.
Банк находился в двадцати минутах от моего дома, но двигаясь против ветра, моя прогулка продлилась все сорок минут.
«Кажется, я заболеваю», — подумала я после пятого чиха.
Зайдя в банк, я наконец-то расслабилась. В банке было очень тепло, и я сдала свое пальто в гардероб. Получив билет в электронной очереди, я присела на диван и ожидала своего времени.
Через десять минут в банке начался шум. Забежали люди в разнообразных масках и начали угрожать всем вокруг.
— Спокойно, спокойно, спокойно. Мы никому не навредим, может быть, — с улыбкой на все лицо сказал Король Готэма, летящей походкой подходя к кассе, — а теперь все на пол!
Все посетители и сотрудники сразу повалились на пол и стали молиться о быстрой смерти. Зная, как проходит каждая прогулка Джокера, все уже чувствовали, что обречены.
Большинство подручных Джокера начали собирать деньги в сумки, оставшиеся — снимать драгоценности с посетителей.
Сам Джокер уселся на диван и стал оглядываться по сторонам, восторгаясь страхом и беспомощностью людей.
В этот момент я хотела, чтобы он снова спас меня, чтобы увидел, ведь это может спасти меня, если его амбалы решат пострелять. И будто услышав мои мысли, он посмотрел прямо в мои глаза, остановив свой взгляд и тяжело выдохнув.
Так он и продолжал раздраженно смотреть на меня около пяти минут, пока один из подручных не отвлек его, спрашивая про установку бомбы.
Поднимаясь с дивана, Джокер снова посмотрел на меня и махнул головой в сторону двери туалета, рядом с которой я лежала.
Развернувшись, Джокер пошел с подручным устанавливать бомбу, а я поползла к двери туалета. Одни амбалы были заняты деньгами, а другим Джокер приказал устанавливать бомбу. Люди, лежавшие по соседству, округлили глаза от страха, думая, что я сошла с ума. Никто не смеет ослушаться Джокера.
Медленно открыв дверь, я быстро заползла в туалет и думала, что делать дальше.
«Он опять мне помогает».
Я быстро осмотрелась и увидела маленькое пластиковое окошко, почти у самого потолка. Поставив сумочку на раковину, я перевернула пустое мусорное ведро и поставила около стены. Теперь я доставала до окна, и открыв его, я потихоньку начала вылезать, понимая, что придется полетать два метра.
«Хорошо хоть мы на первом этаже», — подумала я, упав на холодный асфальт и почувствовав сильную боль.
Так я полежала там пару минут, понимая, что жива. Но при этом меня мучила совесть, что все другие не могут этим же похвастаться.