В моем конце - ты мое начало

      — Значит, вы утверждаете, что никак не связаны с Джокером?       — Так и утверждаю.       Я уверенно смотрела в глаза человеку, сидящему напротив меня и нервно стучащему пальцами по столу. Комиссар Гордон внимательно рассматривал меня, будто пытаясь найти какие-либо признаки Джокера на моем теле. Он постарел за эти три года. Седых волос стало намного больше, глубокие мешки под глазами, исследуемый взгляд через очки.       — А я знаю, что Джокер живет именно в вашем доме, или вы ему комнату сдаете?       — Я живу в этом доме одна.       Гордон недовольно покачал головой.       — А можно личный вопрос?       Я кивнула головой.       — Судя по бумагам, вы последние три года нигде не работали. Так откуда же у вас деньги платить за такой шикарный дом, охрану?       — Судя по бумагам, — я повторила его фразу, сказав это скучающим тоном, — вы должны знать, что мне принадлежат несколько крупных фирм. Вот откуда у меня деньги.       — А точно, эти фирмы. Самое интересное, что ранее они все принадлежали Джокеру. И внезапно, они стали вашими. Как раз, как вы начали встречаться.       — Еще раз повторяю, я никак не связана с Джокером. Когда эти фирмы перешли ко мне, ни в одном договоре не фигурировало имя Джокера.       — А откуда у обычного неработающего психолога появились деньги купить такие крупные компании?       — Мой возлюбленный подарил мне эти компании.       — И как зовут этого, — он показал руками ковычки, — возлюбленного, вы конечно же не скажете.       — Это очень влиятельный человек. Если я вам расскажу, могут пойти слухи. А вы, наверное, заметили в каком я положении, — он опустил взгляд на мой живот, — я бы не хотела читать неприятные статьи обо мне и ребенке.       — Смотрите, чтобы не появилось статей о вас и Джокере.       Я громко и правдоподобно засмеялась.       — Неужели вы думаете, что я стала бы жить с психопатом, перебившем половину жителей Готэма.       — С психопатом, который убил мою жену и почти уничтожил мою дочь.       В этот момент по телу будто прошел заряд тока и я легонько дрогнула, что не укрылось от взгляда комиссара.       «Он ничего не понял. Просто испугалась из-за его семьи», — успокаивала я себе, наблюдая, как Гордон громко встает со стула.       — И когда я докажу, что вы его укрываете, — Гордон привстал, нависая надо мной через стол, — я с радостью посажу вас, Анна Милс.       Прийдя в себя, я быстро заговорила:       — А я еще раз повторю, что никак не связана с Джокером.       — Тогда расскажите с кем вы связаны, и возможно я вас отпущу. Вы же не хотите провести ночь в грязной холодной камере?       — Брюс Уэйн, — уверенно ответила я.       — Кто? — удивился Джеймс, услышав знакомое имя.       — Брюс Уэйн, — повторила я.       Теперь смеялся Гордон, пока дверь не открылась и в комнату допросов не зашел неизвестный мне мужчина, а за ним и сам Брюс Уэйн.       — Ничего ему не рассказывайте, — сказал неизвестный мне человек. Похоже юрист Брюса, — мы хотим увидеть все документы по делу Анны Милс.       Комиссар ошарашелся, передавая документы юристу.       Быстро пролестав все бумаги, юрист недовольно покачал головой.       — Никаких прямых доказательств, чтобы обвинять мисс Милс, у вас нет. И вы не имеете права задерживать ее здесь более.       Брюс подошел ко мне, подавая мне руку и помогая встать со стула.       — В будущем, если вы еще раз захотите ворваться в дом к моей невесте или тем более задержать ее в участке, задумайтесь еще раз. А лучше позвоните мне.       Гордон непонимающе хлопал глазами.       — И я надеюсь, что ничего не выйдет за пределы этой комнаты.       Приобняв меня за талию, Брюс повел меня, выводя из комнаты.       — Я слышала, у тебя были проблемы? — тихо спросила я Брюса.       — Как видишь, решил, — Брюс так и придерживал меня, ведя по полицейскому участку, под надзором нескольких сотрудников.       Выйдя наружу, я улыбнулась Брюсу.       — Большое спасибо.       — Я же сказал, обращайся в любое время. Как понимаю, старые привычки взяли вверх, — Брюс осмотрел меня с ног до головы, остановившись на моем животе.       Я улыбнулась, кивнув головой.       — Тебя подвезти?       «Представляю лицо Джея, если он меня отвезет»       — Нет, спасибо. Меня уже ждут, — я махнула рукой на машину с Михаилом, Максом и еще одним охранником.       Попрощавшись с Бэтменом и еще раз поблагодарив его, я села в машину, где начался допрос со стороны Михаила с Максом. Рассказав все, я попросила Миха позаботиться о Динчике, и мы поехали к Нику с Мари.       Подходя к дому, я неуверенно схватилась за ручку двери.       «Он же не разозлится? Даже не посмотрел на меня, когда уходил через тот подземный ход. Только сжал губы и быстро исчез»       Глубоко вдохнув, я зашла внутрь, попав сразу в объятья Мари.       — С тобой все хорошо? — встревоженно спросила она.       — Да, — я обняла в ответ Мари, — он злится на меня? — я спросила про Джея, пока мы еще не прошли дальше.       Мари ничего не ответила, опустив глаза.       «Блин, блин, блин»       Зайдя в гостиную, я увидела Джокера. Он спорил с Ником, нервно двигая руками. Но увидев меня, снова сжал губы, сразу отвернувшись.       — Привет, — очнулся Ник, — как все прошло?       Присев рядом с Джокером, я начала рассказывать всю историю, постоянно поворачивая голову к Джокеру. Но он так и не смотрел на меня. А когда в историю приплелся Бэтмэн, я услышала, как Джокер тихо прорычал на выдохе.       «Даже не смотрит на меня», — мое сердце сжималось. Рассказав уже всю историю, Ник с Мари начали ее обсуждать. А особенно их интересовало, откуда я вообще знаю Брюса Уэйна, ведь они не знали, что он и есть Бэтмен. Повернувшись уже лицом к Джокеру, я ждала, когда он посмотрит на меня. Но он уже час разглядывал ковер, не поднимая головы.       — Джей, — тихо сказала я, и на последней букве мой голос дрогнул. Как бы я не старалась не плакать, мне было все тяжелее. Этот тяжелый день, плюс он меня игнорирует. Теперь я уже жалела обо всем. О том, что не послушалась его. О том, что попросила Бэтмена помочь. Обо всем жалела. Поняв, что я почти на гране, Джокер все же поднял на меня взгляд. Недовольный взгляд. Взглянув на мои дрожащие колени, Джокер обхватил мою руку, перекрещивая наши пальцы. Мои руки тоже дрожали, и Джокер чуть успокоившись, начал медленно двигать своим большим пальцем по моему, разглядывая наши скрещенные руки.       — И что дальше? — спросил Ник уже во второй раз, но мы ничего не слышали. Джокер из-за злости, а я из-за переживаний, — эй, вы вообще слышите нас?       — Ничего, — впервые подал свой голос Джокер, вставая с дивана, так и не отпуская моей руки, — пошли, — это уже сказал он мне и потянул за собой, заставляя встать и идти за ним. Мы шли быстро и молча. Открыв дверь гостевой комнаты, Джокер пропустил меня вперед и зайдя за мной, громко захлопнул дверь, отчего я дрогнула.       — Джей? — тихо спросила я, обхватившись обеими руками за его шею.       Джокер убрал мои руки, обхватив их своими и опустив на них свой подбородок, смотря на меня.       — Не смей плакать, не манипулируй мной, — рычит он.       — Я не манипулирую, — отрицала я.       Джокер на несколько секунд прикрыл глаза.       — Ты пошла к Бэтмену, — Джокер сверлил меня глазами, — к моему врагу, — по слогам говорил он, — пошла просить помощи у моего врага. Это предательство Анна, предательство.       Мои глаза все равно наполнились слезами.       — Но все же закончилось хорошо, — шептала я.       — Очень хорошо. Просто замечательно, — огрызнулся он, — ты встречаешься с Бэтси, ждешь от него ребенка, да? Судя по твоим словам.       — Ну, а что я должна была ответить?       — Ты должна была сделать так, как я говорю. Должна слушать своего мужа, поняла?       — Я же хотела, как лучше.       — Молодец, дорогуша, молодец, — острит он.       «Дорогуша?»       — Джей, — тихо начала я.       Он кладет к моим губам свой указательный палец в знак молчания.       — Ни слова, — также шепчет он, — ни слова, Анна.       Развернувшись и опустив мои руки, Джокер вышел из комнаты, снова громка хлопая дверью и оставляя меня совсем одну в гостевой.       Присев на кровати, я снова начала жалеть обо всем.       «Козел», — теперь я злилась. У меня три недели до родов, а он кричит на свою беременную жену. Мне вообще нельзя волноваться.       Через пару минут дверь тихо постучали. Джокер бы так тихо не стучал. Значит.       Мари неуверенно зашла в комнату.       — Эй, ты чего? — она присела ко мне, положив руку на плечо.       — Он сказал, что я предала его. Накричал и захлопнул дверь. Он внизу?       — Он куда-то ушел, ничего нам не сказав.       — И куда он ушел? — мои губы сжимались.       — Охладится и вернется, не переживай. Тебе нельзя. А лучше поспи давай, а он скоро вернется. И вы помиритесь.       Кивнув головой, я улыбнулась Мари.       — Тогда посплю, — мило ответила я.       Но Джокер так и не вернулся. А я все же не смогла уснуть. Всю ночь звонила ему, но он не отвечал. Набрав его номер уже в двадцатый раз, я снова не услышала его голос, все больше и больше расстраиваясь.       «А вдруг со мной что-то случилось, а он не отвечает»       Обратно залезая под одеяло, я снова набрала его номер.       «Не отвечает»       Не ответил и на следующий день. И не вернулся. Я просила и Ника позвонить ему несколько раз, но Джокер, будто понимая, почему он ему звонит, также не отвечал.       Уже был полдень, а он так и не вернулся.       — Если он не вернется до вечера, я уеду к родителям. И плевать на все, — мы сидели на кухне с Мари, выпивая теплый чай.       — Он вернется.       — Вчера мы также думали, и где он? Неизвестно где и с кем?       — Ты чего? — пыталась меня успокоить Мари, — все наладится.       Вечером я уже сидела у родителей, радостно улыбаясь и рассказывая о малышке Дженни, которая была такой активной, постоянно двигалась, а иногда было чувство, будто и смеялась вместе со мной. А родители были просто счастливы, что я решила пару дней пожить у них. А может и не пару дней, кто знает, когда вернется этот дурак.