Ловушка разума

Его день начался так же, как и сотни предыдущих: проснулся, встал, сходил в душ, оделся, выпил чашечку кофе, листая газету, а потом – уроки. Он тщательно проверил каждую пуговицу на своем сюртуке, пытаясь потянуть время. Часы показывали, что у него есть еще две минуты до начала первого урока. Этот год будет другим: Темный Лорд мертв, МакГонагалл стала директором, а он снова просто профессор. Не нужно больше служить двум хозяевам, рискуя жизнью и свободой. Альбус Дамблдор подал в отставку сразу после Битвы, обосновав это тем, что школа больше не нуждается в его защите. Уехал к черту на кулички. И поддерживал связь с Минервой только через министерских сов. Кингсли Шеклболт занял пост министра и отлично выполнял свои обязанности. Его кабинет был открыт для всех. Он запретил произносить слово «грязнокровка» и принял законы, которые получили отклик у многих, кто пережил войну, и, что удивительно, даже у Люциуса Малфоя. Тот утверждал, что находился под Империо, когда служил Темному Лорду. Конечно, он лгал, о чем явно свидетельствовал звон в карманах членов Визенгамота. Большинство ненавистных Снейпу студентов решили вернуться в школу на специально созданный для них курс. Продвинутые зелья посещали Золотое трио, Драко и Лонгботтом. В такой небольшой класс как-то умудрился попасть самый неуклюжий студент. Как мальчишке удалось это сделать, оставалось тайной. Стрелки на часах отсчитывали оставшееся до начала урока время. Собравшись, он пошел в класс. *** Когда Гермиона вместе с друзьями искала и уничтожала осколки души Волдеморта, она и не думала о возвращении в Хогвартс. Она изменилась. Из-за войны все стали другими. Война, хоть и не напрямую, но лишила её родителей. Глупо было надеяться, что в Австралии они будут в безопасности. Совсем недавно Гермиона узнала об их гибели: нелепая смерть – парашюты просто не раскрылись. Всю дорогу до Хогвартса Грейнджер молчала, слушая разговоры и смех, и надеялась, что боль войны больше никого не коснется. Праздничный ужин ничем не отличался от множества предыдущих. Гермиона принимала участие в разговоре только тогда, когда к ней обращались друзья. А потом рано легла спать, чувствуя себя по-настоящему уставшей. Проснувшись на следующее утро в гриффиндорской спальне, Гермиона почувствовала, что снова дома. Улыбка озарила ее лицо впервые после того, как она узнала о смерти родителей. Грейнджер оделась, собрала волосы в хвост и пошла на занятия. Но на полпути к классу зелий поняла, что забыла на кровати учебник. Она бросилась назад и, схватив книгу, побежала на урок. Остановившись у кабинета, девушка постаралась отдышаться. Занятие уже началось, и, скорее всего, ей назначат отработку за опоздание. Осторожно приоткрыв дверь, Гермиона не увидела в классе Снейпа. Она тихо скользнула за парту к Невиллу и приготовилась варить зелье Сна без сновидений. *** Снейп, как обычно, ворвался в класс, сказал, какое зелье предстоит готовить студентам, и написал на доске рецепт. Сегодня все было не так уж плохо. Ученики уже установили оборудование и тихо сидели, глядя на профессора. Северус заметил пустующее место – Грейнджер отсутствовала. Хм… опаздывает? Не лучшее для неё начало учебного года. Он уже собирался сесть за стол, но увидел, что закончились чернила – придется ненадолго оставить студентов одних. Снейп вздохнул. – Продолжаем, – сказал он и стремительно покинул кабинет. Когда же Северус вернулся в класс, то увидел, что Грейнджер все-таки соизволила присоединиться к ним. Он открыл было рот, чтобы отчитать её, но вдруг заметил, как Невилл собирается добавить в зелье неверный ингредиент. – Лонгботтом! – рявкнул он. *** Гермиона заметила ошибку Невилла и уже протянула руку, чтобы предупредить его, но тут раздалось громкое «Лонгботтом!», парень вздрогнул, и ингредиенты посыпались из его руки прямо в кипящий котел. Гермиона резко оттолкнула Невилла. Вскрикнув, тот упал на пол. *** О нет… Пытаясь очистить котел заклинанием, Снейп бросился вперед, но не успел – раздался взрыв. Зельем окатило и его, и мисс Грейнджер. А в следующий миг все вокруг поглотила тьма. *** Профессор Снейп рванулся к ним, но тут взорвался котел. Видимо, один из осколков попал Гермионе в грудь, потому что она начала задыхаться, перед глазами все поплыло. Рядом кто-то закричал. Девушка попробовала заговорить, но почувствовала привкус крови во рту и потеряла сознание. *** Она очнулась, услышав, как кто-то плачет. С трудом разлепив веки, Гермиона увидела лишь туман. Она встала и прикоснулась к голове, предполагая, что где-то на затылке непременно должна красоваться здоровая шишка, но ничего подобного не обнаружила. Грудь тоже не болела, что казалось странным. Пожав плечами, Гермиона пошла вперед, пытаясь найти того, кто плакал. Но сколько бы она ни всматривалась в туман, так ничего и не увидела. *** Северус лежал на земле. В голове прояснилось, а тело было расслабленным, словно после хорошего сна. Он вздохнул и потянулся. Кто-то подергал его за рукав. Повернув голову, Снейп увидел маленькую девочку с длинными густыми каштановыми волосами. На вид ей было не больше семи лет. Она смотрела на него, и ее карие глаза выражали одновременно любопытство и отчаяние. – Мистер, они идут! Вы должны мне помочь! Он узнал её – этот голос был ему знаком. Северус снова потянулся и встал. Он удивился, когда девочка схватила его за руку. Она испуганно смотрела куда-то в туман, окружавший их, и на что-то указывала. – Кто идет? – спросил он, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. – Хулиганы. Им не нравится, что я могу делать всякие странности… – Какие странности? – нахмурился Северус. Взглянув на него, девочка быстро отвела взгляд. – Иногда я могу летать. А когда злюсь, то окружающие вещи меняют цвет. Папа говорит, что я особенная, мама – что у меня есть сила. А Билли Ленгстон меня не любит… Мама сказала, что он завидует, – вдруг девочка замолчала и затряслась, увидев, как из тумана вышли три тени, очертаниями напоминающие мальчишек. Один из них был высоким, но на вид не старше Гермионы, двое других – одного с ней роста и довольно крупной комплекции. – И где же твои учителя, Грейнджер?! – усмехнувшись, сказал один из парней. – Никто тебя не защитит. Никто не сможет помешать нам здесь… в твоем сознании. Мальчишки кинулись вперед, но Северус встал у них на пути, загораживая девочку. Профессор пытался отделаться от извергов, но у него не очень хорошо получалось. Гермиона все еще плакала и дрожала, испуганно глядя на своих мучителей. Северус же разозлился, поняв, что она просто сдалась. – Ну-ка прекрати! – рявкнул он. Мальчишки колотили его по груди, но Северусу не было больно, он ощущал лишь давление. Девочка с восхищением смотрела на мага, который защищал её. – Скажи им, чтобы убирались отсюда, – потребовал он. Давление на грудь усилилось. – Уходите! – в ее голосе не чувствовалось ни власти, ни силы. Северус покачал головой: – Ты должна осознать, что говоришь, должна захотеть, чтобы они ушли. Гермиона помотала головой, слезы вновь потекли по ее щекам. – Я не могу. Они меня не послушают. Зарычав, Снейп оттолкнул от себя тени, но они снова набросились на него, только на этот раз напор был еще сильнее. – Останови их. Ты не должна сдаваться. Они ничего тебе не сделают, если ты им не позволишь… Прикажи им уйти. Закусив губу, девочка посмотрела на хулиганов, а потом закричала так, что Северус пожалел свои уши: – Пошли прочь! Удары прекратились, тени исчезли, а взору открылась детская площадка, обычная маггловская детская площадка. Они стояли между медленно раскачивающимися качелями. Северус смотрел на широкую улыбку Гермионы, ее растрепанные волосы, выступающие передние зубы и маггловскую одежду. – Хорошая работа, мисс Грейнджер. Девочка улыбнулась еще шире, шагнула к нему и… исчезла. Снейп осмотрелся вокруг. Куда она делась? И где это он? На землю вновь опустился туман. *** Чем дальше Гермиона шла, тем громче становился плач. Вдруг она увидела маленького мальчика. Темные волосы заслоняли лицо, когда он пытался увернуться от кулаков. Большая черная тень, похожая на мужчину, безжалостно избивала его. – Нет! – закричала Гермиона, испугавшись за ребенка, и кинулась к ним. Неповоротливая тень отступила назад, чтобы посмотреть, кто помешал ей, и отпустила мальчика. Гермиона притянула к себе ребенка, глядя на тень-мужчину. – Отстаньте от него! – прокричала она. Существо имело наглость засмеяться и толкнуло её на пол. Ребенок упал следом. Гермиона стукнулась спиной и поморщилась, но все же поднялась на ноги. Не найдя волшебную палочку, она бросилась на мужчину, отталкивая его от мальчика. – Держись от меня подальше, девчонка! Это мой сын, и я делаю с ним все что хочу! – прогудела тень. – Вы ничего ему больше не сделаете. Я не позволю! – выкрикнула Гермиона, зло уставившись на мужчину. Тень рассмеялась и схватила девушку за горло, начав душить её. Гермиона пыталась вырваться, но мужчина был сильнее. Она начала задыхаться, но вдруг встал мальчик с палочкой в руке: – Оставь ее в покое! Она здесь ни при чем, отец! Тебе ведь нужен я? Гермиону снова отбросили, и она упала, больно стукнувшись спиной. Удар выбил весь воздух из легких. – Будешь со мной драться? С тем, кто дал тебе крышу над головой, одевал и кормил? – мужчина потянулся было к ребенку, но отскочил, когда тот направил на него волшебную палочку. – Твоя мать умерла, мальчишка! Никто тебе не поможет. Ты один. Мальчик отшатнулся. Он не обращал внимания на Гермиону, лежащую на полу. По его щекам текли слезы. Он упал на колени, выронив палочку. Мужчина двинулся на ребенка, замахнувшись на него рукой. Гермиона резко подскочила к ним. – Он мой! – закричала она, схватив мальчика за руку. В его темных глазах плескалась надежда. – И я не отдам его вам. Мальчик улыбнулся Гермионе и зло посмотрел на отца: – Отстань от меня. Я смогу позаботиться о себе. Ты мне больше не нужен! Фигура резко исчезла, а туман рассеялся. Гермиона оказалась в большом холодном фойе с деревянным полом. Мальчик все еще держал ее за руку, но вдруг он прижался к ней и заплакал. – Тсс… – прошептала она, легонько гладя ребенка по спине. – Все хорошо... Он ушел. Тсс… все в порядке. Мальчик шмыгнул носом и посмотрел на Гермиону. Черные глаза блестели от слез. А нос был слишком большой для такого личика. – Кто ты? – спросил он, касаясь ее волос. – Меня зовут Гермиона. А тебя? – Северус. Мама сказала, что меня назвали в честь деда. Гермиона была потрясена. Северус... но это значит.... – А твоя фамилия? – спросила она, смахнув волосы с его лица. – Снейп. – Но я… – пролепетала она, но не успела сказать более и слова, как мальчик растворился в воздухе. *** Директор МакГонагалл и мадам Помфри стояли по обе стороны от кровати Снейпа. Его и мисс Грейнджер только что доставили в больничное крыло, и ни заклинания, ни зелья не могли привести их в чувство. Казалось, что они крепко спят. – Поппи, скажи честно... ты видела что-нибудь подобное раньше? Или, может, слышала о похожих случаях? Медиковедьма посмотрела на директора и, тяжело вздохнув, перевела взгляд на спящую девушку: – Нет, Минерва. Я с таким не встречалась. По всем признакам они просто спят, но если бы они спали, то зелье, или даже простой Энервейт, разбудили бы их. – Это не сработает, и я боюсь, что все не так просто, как кажется на первый взгляд. Вздрогнув, обе женщины обернулись. На пороге, сложив за спиной руки, стоял Альбус Дамблдор. – Ты ведь знаешь, что происходит, Альбус? – обвиняющим тоном спросила Минерва. Ее глаза сузились, а руки сжались в кулаки. Она с трудом сдерживалась, чтобы не ткнуть в старика пальцем. Дамблдор только улыбнулся, прошел между койками Снейпа и мисс Грейнджер, легко касаясь их руками, оглянулся через плечо на Поппи, а затем снова посмотрел на пострадавших: – Зелье было не на последней стадии. Но, думаю, к тому времени в него уже добавили ингредиенты, отвечающие за погружение в сон. Зелье проникло им под кожу, и они уснули… Альбус перевел взгляд на женщин и, сцепив руки за спиной, стал расхаживать по палате. – Если я не ошибаюсь, то они не просто спят. Я слышал о подобном раньше, и ты, наверное, тоже, Поппи... случай Кузнецки. Минерва нахмурилась. Имя было ей незнакомо. Поппи кивнула, а в её взгляде появилась надежда. – И? – Позвольте мне объяснить, – кивнул Альбус. – Случай с Кузнецки произошел в тысяча восемьсот сорок третьем году, где-то во Фелтвелле. Мужчина, – он кивнул на Северуса, – мастер зелий готовил зелье Сна без сновидений. Его жена умерла, утонула в реке, и так как они были в ссоре, Кузнецки винил себя в её смерти. Иногда к нему приходили друзья, понимая, что зельевару тяжело справиться со всем в одиночку. Однажды они нашли его на полу в лаборатории. Казалось, Кузнецки спал. Но на самом деле тот был тяжело ранен осколком взорвавшегося котла. Друзья ухаживали за ним. Он две недели был в коме. Когда же очнулся, то рассказал об осознанных снах, которые видел. Оказалось, что сны были связаны с воспоминаниями его жены, и ему пришлось пройти три испытания. Альбус сел на стул и предложил всем чаю. Минерве было интересно услышать продолжение истории. Она тоже села, взяла чашку, но пить не стала: – Что за испытания, Альбус? Бывший директор отхлебнул из чашки, затягивая паузу. Это раздражало Минерву, она выжидательно смотрела на Альбуса. Как бы он ни любил свои игры, но улыбнулся и сдался. – Первое – детские страхи. Испытание, где спящий переживает страх своего детства. И если он его преодолеет, то сможет перейти к следующему испытанию, – Альбус замолчал, сделав новый глоток, а потом продолжил: – Второе – сожаления. Человек видит то, что больше всего хотел бы изменить. Ему нужно принять прошлое таким, какое оно есть. Тогда он сможет двигаться дальше. Третье же – прощение. Как вы, вероятно, поняли, человек должен простить себя. Для Кузнецки первым испытанием были издевательства брата, вторым – его ссора с женой, и третьим – чувство вины за её смерть. Минерва кивнула и посмотрела на Северуса и Гермиону. – Кузнецки прошел испытания и выжил, – пробормотала она, посмотрев на Альбуса. – Но это Кузнецки... У Северуса было ужасное прошлое, да и у мисс Грейнджер тоже. Они оба столкнулись с Волдемортом. У них были потери и в юности, и в уже более зрелом возрасте. Более того... – продолжала она, отставив чашку с чаем в сторону, – они страдают от действия этого зелья. Страдают вместе. А если их сны объединились? Или, наоборот, они вынуждены в одиночку проходить испытания? Альбус покачал головой, внимательно изучая спящих волшебников: – Одно из двух. Но, зная характер этого зелья, могу предположить, что все же они объединились. Иначе их сознания могут обратиться друг против друга… ______________________________________ Жду ваших отзывов, дорогие читатели!