Дреджфилд

Утреннее Солнце настойчиво ласкало лицо Анны, пробиваясь сквозь щель неплотно задернутых штор. Девушка разочарованно морщится, пробуждаясь от интересного, но уже таявшего в воспоминаниях сна. Комната наполнена душным воздухом, а мелкие крупицы пыли пляшут под лучом раннего света.   Проснувшись за несколько минут до звона будильника, Анна лениво наблюдала за медленным танцем пылинок, делая вывод, что в скором времени необходимо будет прибраться в жилище.   Ещё пару минут поворочавшись в кровати, ощущая запах цветочного порошка, смешавшегося с запахом её пота, и всё-таки выключив сработавший галдеж будильника, девушка взглянула на соседнее спальное место, которое было наспех укрыто уютным и пушистым пледом мятного цвета. За дверью комнаты слышались множественные шаги и стук дверей. Женский кампус уже давно проснулся.    Прошлым вечером Анна допоздна засиделась за конспектом по португальскому языку. Поэтому, похвалив себя за выполненное в срок задание, она дала себе обещание поспать подольше обычного. Но теперь из-за этого обещания, ей этим утром придется изловчиться, чтобы проскочить целую очередь из девушек, живущих на её этаже.   И ей везет. Приметив свою однокурсницу, сидевшую в очереди в предбаннике, Анна напросилась заскочить в душ перед ней, выдумав невероятно важную причину такой спешки.   Поблагодарив сокурсницу и сказав что с неё причитается, Анна заскакивает в освободившуюся кабинку душевой комнаты, дышать в которой была тяжело из-за скопившегося в ней пара.   Наспех вымывшись, девушка быстрым шагом направляется обратно в свою комнату, не забыв при этом уже полностью раскрыть шторы неширокого окна и впустить в помещении свежий, осенний воздух. Уже совсем скоро наступит ноябрь.   Несколько раз промокнув светлые волосы мягким полотенцем, Анна достала из прикроватной тумбы свой старенький фен, надеясь как можно скорее собраться на предстоящие занятия. Щелкнув включателем гаджета, девушка нецензурно выругалась, проделав попытку включить фен ещё раза четыре. — Перегорел всё-таки, старичок. — Цокает она языком и бросает сломанную вещь на свою не заправленную кровать.   Оказавшись в один шаг у соседской половины комнаты, она достает из чужого столика фен со специальной насадкой для создания волн на кудрявых волосах. Не зная как снимается эта насадка, и боясь сломать ещё один гаджет за это сумбурное утро, Анна начинает сушить волосы на манер, как это постоянно делает её соседка и по совместительству близкая подруга.   Анна и Реджина познакомились в первый день заселения в общежитие. Три года назад, самое начало учебного года и пути Анны во взрослую и самостоятельную жизнь. Поступив в лучший университет её родного штата, девушка была невероятно рада, читая письмо о зачислении на факультет лингвистики, о котором она мечтала крайние пару лет школы. Анна с самого детства грезила мыслью о путешествиях по всевозможным странам. И думая над своим будущем, в старших классах, Анна решила что образование лингвиста сможет помочь ей в осуществлении мечты.   Трепетно разбирая свои вещи на новом месте жительства, пока мама ушла за очередной коробкой в машину, Анна испуганно дернулась, когда дверь в комнату резко отварилась, а на её пороге показалась девушка с грудой коробок в руках, которая кажется не прикрывала только её глаза.  — Привет! Ты не могла бы мне помочь? — Напрягаясь говорит новая знакомая,  держа дно самой большой коробки почти одними кончиками пальцев.   Подорвавшись с места, Анна успевает перехватить почти сорвавшиеся вещи и тут же удивляется их тяжелому весу и тому, как эта хрупкая на вид особа смогла донести их сюда одна.  — Боже, Гарольд, зачем так над ней издеваться, давай я помогу ей! – Слышится из общего коридора взволнованный женский голос.  — Нет. Она вступила во взрослую жизнь, пусть учится справляться со всем сама. — На пороге показался тучный мужчина лет 45, с копной густых, коротких волос. Рядом с ним показалась очень красивая женщина, примерно того же возраста что и её муж.   Реджина была копией матери. Первая красавица школы её родного маленького городка под названием Бемиджи, который находился в том же штате, что и родной город Анны. Позже, их это очень сплотило. Реджина была высокой как и все в её семье, но из-за хрупкого телосложения она казалась куда меньше действительных цифр. Миндалевидные глаза цвета темного мха виновато смотрели на Анну, жалея что она стала свидетелем нравоучений её отца. Каштановые кудри, отливающие медью на свету, упруго вздрагивали от резких движений соседки.  — Привет! Я Реджина, но можешь звать меня Джина. Надеюсь, мы с тобой уживемся! — Очаровательно лепечет новая знакомая, ещё не зная, насколько близкими подругами они станут за эти три года.   Красивые и гибкие кудри у Анны совсем не выходят, и наспех собрав свои волосы до плеч в не тугой, высокий пучок, она быстро переодевается в джинсы и вязаную кофту светло-желтого цвета. Накинув сверху короткий бежевый плащ, девушка выскакивает из комнаты и бежит вон из общежития.   Этим утром, девушка убеждается в том, что жизнь действительно состоит из Черных и белых полос. Сначала ей везет и её пропускают вперед в душе, но потом её фен ломается, из-за чего она может опоздать на занятие по философии. Но ей вновь везет, она оказывается на белой полосе. Занятия по философии проходят в ближайшем от её общежития кампусе. И Анна успевает добраться до пустующего места аудитории рядом с Реджиной. Философия в этом учебном семестре была совмещена с юридическим факультетом, на котором обучалась соседка.  — Какая-то ты сегодня помятая. — Оглядев подругу говорит шепотком Джина, которая в отличии от Анны, с утра уже успела сходить в спортзал при общежитии и привести себя в порядок.  — Eu estava a aprender ciências. — Отрешенно произнесла  Анна и жестом попросила косметичку подруги, как всегда лежавшую по левую руку от неё.  — И тебе того же. — Вздернув глаза вверх, вздыхает Джина и передает ей свою сумочку.   Пригибаясь за чужими спинами, Анна наконец приводит себя в порядок, приложив брови гелем и закрасив синяки под глазами. Последним штрихом был хайлайтер, который с важным видом нанесла ей Реджина в нужных местах.   Анна, как и большинство девушек на этой планете не считала себя красавицей. И каждый раз сильно вскипала, когда её соседка кружилась у зеркала в комнате, выискивая в себе недостатки: — Ты буквально самая красивая девушка, которую я видела, прекрати себя изводить уже! — Выругавшись, Анна захлопывает учебник, сидя на своей кровати в комнате.  — Нет предела совершенству! Гляди! Что-то вскочило на виске! Никогда больше не выпью молоко! — Разочарованно указывает пальцем на то самое место, где Анна абсолютно ничего не замечает.  — Успокойся, нет там ничего. А если даже и есть, то только от твоих энергетиков.   Анна была права, в те дни Джина злоупотребляла энергическими напитками, желая отделаться от сна в ночи зубрежки. Она бы не прибегала к такому методу обучения, если бы отец не звонил каждую неделю и не требовал от неё высших результатов, как было у всех в её семье.   На этом Реджина не захотела продолжать разговор и со стеснением закрыла за собой дверь, удаляясь в душ. Анна взяла со своей тумбы небольшое зеркальце, которое часто использовала во время макияжа.  — У тебя такие нежные черты лица, Анна, почему ты себя прячешь за этой глупой челкой? — Как-то в середине первого курса спросила у неё Реджина, когда на Анну напала хандра по поводу её непривлекательности у противоположного пола.   А Анна и не нашлась что ответить. Вот только и челку она прекратила стричь, замечая как теперь симпатично светлые волосы обрамляют её лицо.   Во время ланча подруги вместе сели за столик у широкого, простирающегося от пола до потолка, окна. Купив себе недорогой сэндвич с лососем, Анна удивилась очередной бредовой диете Реджины, состоящей каждый день из конкретного вида продуктов. Сегодня был день фруктов. Реджина ела лишь один банан, запивая его водой.   — Джина, с этими диетами твоя язва опять даст о себе знать. — Недовольно бурчит Анна, понюхав купленный сэндвич и убеждаясь в его свежести.  — Ты моя главная язва. — Острит подруга чтобы отвести внимание от темы.  — Девушки, у меня к вам грандиозное предложение, от которого вы просто не можете отказаться! — К столу, за котором сидели студентки как вихрь подлетает Лоуренс Янг. Высокий парень с факультета Реджины.   Каждая девушка, даже если и не знала Лони в лицо, то точно знала его имя, потому что в туалете женского общежития, красным, не смывающимся никакими средствами, маркером была написана фраза одной несчастной незнакомки, которой он когда-то разбил сердце:

«Лоуренс Янг обманщик и имбицил он заразит вас мандавошками» 

 Подруги бросили друг на друга недоверчивый взгляд и тут же перевели его на Янга, хитро улыбающегося, оперевшись руками об их обеденный стол.  — Мы собираемся в рейд на тот странный городок в паре километров отсюда, и откуда никто не возвращается. Вы с нами?