Какие на вкус журналисты?

Немного отстранившись от меня, блондинка восстановила дыхание и спросила: — Егор, что ты делаешь? — Я просто хочу тебя, разве не видишь? И хочу не только в постели, но и просто хочу чтобы ты была моей! — я соприкоснул наши лбы и проговорил ей это прямо в губы. Мариша положила свои ладошки на мою грудь и стала аккуратно вести ими вниз по моему торсу, затем ниже и ниже. — Думал, я после таких «душераздирающих» слов, сразу раздвину ноги? — Марина резко подняла свое колено и соприкосая его с моим пахом. Жгучая боль прошлась по всему телу. Вы же, блять, девушки нихера не понимаете, какую боль мы переносим, если нас бьют в пах. Это хуже чем пуля в грудь. — Я не дура! И меня просто так не проведешь. Если уж и хочешь со мной встречаться, тогда добивайся! — она прилегла рядом со мной на живот, подпирая свою голову руками. А я же в то время просто корчился от боли, лёжа на кровати, а она, блять, довольно улыбалась! — Почувствуй физически, какую боль я испытала морально! — усмехнулась блондинка и встала с кровати, — Ах, да! Какая же я не воспитанная! Чай или же кофе? — вновь усмехнулась девушка. Встав с кровати, когда боль немного утихла, я подошел к девушке. — Пожалуй чай! И впредь запомни, я пью зеленый чай с мятой! И да, один кубик сахара, Малышка.— сказал я и поцеловал Марину в щеку. Устроившись на диване, я стал ждать свой чай. Я решил, что останусь сегодня здесь. Она хочет играть в игру? Тогда я не против! — Ах, да! Запомни! Я не люблю когда меня называют Малышка. Или же какими-то уменьшительно-ласкательными словами. — немного нахмурившись, сказала блондинка. — Почему? Просто Маришка-Малышка это мило. — улыбнулся я. — Нет! — вскрикнула девушка. — Не называй меня так! Это… Совсем. Н-не мило! — заикаясь сказала Мариша. От такой её реакции я нахмурился, не понимая почему она так отреагировала. Я встал с дивана и подошел к ней сзади, обнимая за талию и ложа свою голову ей на плечо. — Просто, это напоминает мне мою семью… Раньше меня называл так. Отец. У нас была отличная семья. Мама с папой очень люблили друг-друга, но потом любовь отца пропала, он полюбил другую женщину… Мне было лет 8. И он решил, что мне будет лучше с ним и забрал к себе. А мама. Она осталась одна. Я всеми силами пыталась уговорить отца, чтобы хотя бы увидится с ней. Но он говорил, что моя мама теперь это его любовница. И когда прошел год, я решилась сбежать от отца. — Малышка остановилась, а я посмотрел на её личико. По нему потекла слеза. Повернув девушку к себе, я аккуратно стёр слезу. Взяв Марину за руку, я повёл её к кровати и посадил, сразу размещаясь возле девушки. — Продолжай. — шепотом произнес я. — Ты прости, что говорю тебе это всё. Но я так давно никому не выговаривалась, что мне это просто необходимо. — я кивнул, давая понять, чтобы она продолжала. — Ночью когда они спали, я быстро убежала. Через минут 15 я была около нашего дома. На нем была надпись «Продам дом» и номер телефона. Как я и предпологала дом был закрыт. Быстро набрав номер, я услышала женский голос. Подумала мама, а это моя тетя. Она сказала, что мама умерла… Примерно через месяц, как мы уехали. Рассказав всю ситуацию ей, она меня забрала к себе. Отец был не против. — повернув Марину к себе, я сразу её сильно обнял. Блондинка уткнулась в мою шею и тихонько всхлипывала. — В смерти моей мамы виноват отец… Если бы я была всегда рядом с ней. Я хотела. Хотела к ней, но не могла…