***
— Ммм… Это самая вкусная пицца, которую когда-либо я ела! — воскликнула девушка и облизнула пальчики, после второго кусочка съеденнной пиццы. — Да ладно тебе, крошка. Просто я знаю этого шеф-повара, который готовит. Поэтому по-дружески он делает мне все просто «Перфекто!». — я пририсовал себе невидимые усы поклонился Марише. Та немного похихикала и пошла к океану. — Может искупнемся? — улыбнулась девушка. — Давай. — пожал плечами я и стянул с себя одежду оставаясь в боксерах. Блондинка сняла платье и начала заходить в воду. — Егор, можешь в воде быть рядом со мной? И держи меня за руку. — Без проблем. Но почему? — я подошёл к ней и взял за руку. — Я плавать не умею. — Мариша опустила голову. А я лишь только рассмеялся. Быстро взяв её за бедра, я посадил малышку на торс и пошёл глубже в воду. — Нет, нет, Егор! Не так глубокоооо! — кричала девушка, сильнее вжимаясь в меня. — Все хорошо, малыш. — нежно улыбнувшись, сказал я. Я поставил девушку на ноги и держал её за обе руки. — Видишь, тут не глубоко. Приблизившись к её лицу, я аккуратно прикоснулся губами к ее губам. Но не успел я и сообразить, как Мариша сама накрывает мои губы и начинает страстно целовать. — Может переспим? — облизывая свои губки, спросила блондинка. Если честно, то я немного ахирел. Но упускать шанса не собирался. — Давай.***
Аккуратно ложу девушку на кровать и начинаю жадно целовать ее шею, затем ключицы, грудь, переходя к животу, затем к губам и снова на шею. — Я, конечно догадывался, что ты сладкая, но что настолько… — прохрипел я. Сняв с Мариши платье, а затем и белье, я снова припал шее блондинки. Она такая вкусная… Последняя одежда слетела с наших тел и я разместился между ног девушки. Аккуратно проведя головкой члена по половым губам Мариши и начал потихоньку входить в девушку. — Не только снаружи горячая… но и внутри… — я начал наращивать темп и слышал стоны девушки, что только подливали масло в огонь, который давно бушевал в наших телах, сердцах… Нежно входя и выходя из девушки, я все больше и больше убеждался, что она только моя и это так грело душу.