Забавные вещи

Коннор исполняет обязанности, а Хэнк недоволен. Всё почти как обычно. — Опять вламываешься в мой дом, жестянка? — Андерсон сидит на диване, запрокинув голову, и с холодной тряпкой на лбу. Остатки алкоголя ещё догорают где-то внутри, полупустая бутылка стоит на столе в паре метров от лейтенанта, но андроид, сукин сын, специально поставил так, что не дотянуться. Сам Коннор гуляет по дому, принося попеременно то чистую одежду, то вату, то воду, то развесёлого Сумо. Что вообще у него в голове? Всё с улыбкой, вечно щебечет о чём-то, как канарейка: "Ой, какая замечательная собака, люблю собак! Ой, а вы слушаете джаз, лейтенант? - прекрасный выбор". А ходит-то как - словно костюм с вешалки сняли не по размеру, он и не разогнётся. Раздражает. Но в тоже время… — Коннор! — кричит Хэнк хрипло, — Дай мне виски! Коннор возвращается из другой комнаты и опускает руки по швам: — Сэр, в вашем положении это может привести к осложнениям. В лучшем случае это будет повышенное кровяное давление и сильное похмелье на завтрашнее, — он поднял голову на настенные часы и продолжил, — Простите, сегодняшнее утро, а в худшем случае, поскольку вы выпили содержимое нескольких бутылок, и концентрация алкоголя в крови у вас составляет не менее 2,4 промилле, возможна смерть. Хэнк кашляет, стаскивает со лба мокрое полотенце и, усмехнувшись, тянется к столу: — А, что ли, думаешь, тут сижу от нехрен делать? Думаешь, я не знаю… Коннор мгновенно забирает бутылку со стола и бережно держит на руках, пока лейтенант молча обалдевает от такой наглости. Андроид делает строгое лицо и прячет виски за спиной: — Ваши саморазрушительные и агрессивные мотивы не говорят ни о чём, кроме психологических пробле- — Не начинай, а? — Хэнк закрывает лицо руками от головной боли и сквозь пальцы озлобленно смотрит на Коннора, — Нашел себе няньку, теперь разбирайся с тобой. Я же не пистолет прошу, ведро, будь другом. Андроид остановился и повернул голову к усмехнувшемуся лейтенанту и чуть ли не расцвёл: — Я могу быть вашим другом! Я рад, что мы сможем контактировать в ещё менее напряженной обстановке! Я смогу помочь вам с вашими проблемами! Он с улыбкой сел рядом с лейтенантом и, сильнее выпрямив спину, выжидающе заглянул ему в глаза: говори, мол, дядя, буду слушать. Хэнк решил, почему бы и нет. — Смотри, парень, забавную вещь покажу, — он положил руку Коннору на плечо, — Мне посрать, как я живу. Ты это прекрасно видишь и понимаешь. И всем остальным… тоже насрать, как я живу, и когда я говорю всем, я имею в виду: всем. И сейчас, — Хэнк пододвинулся ближе к андроиду и понизил голос, — у меня появляется вопрос. К тебе. Почему тебе не посрать? Коннор в растерянности, а Хэнк посмеивается. Всё почти как обычно. — Ну, — начинает андроид неуверенно, — Вы ценный сотрудник полиции… — Нет-нет-нет, это было бы слишком просто. Ты согласишься, если я скажу, что я мудак… — Я не располагаю такой информацией, но я считаю… Хэнк хлопнул себя по колену и рассмеялся: — Вот тут-то ты и попался. Диод Коннора засветился желтым, глаза его забегали, анализируя что и когда он сделал не так. Но ничего не обнаружил. Поэтому поднял глаза на лейтенанта и с детским недоумением покачал головой. — Я не могу сказать, у меня нет полного определения слову "мудак"… — Оно и не нужно. Коннор, ты считаешь по-другому, считаешь сам и сам делаешь выводы. Разве ты просто машина? Если это так… не знаю, это не так. — Лейтенант… — Да? Коннор сидел всё так же ровно, только сжав пальцы на коленях. Затем опустил голову. — Что это? — спросил он тихо и взволнованно. — Что именно? — лейтенант вновь растянул губы в хитрой улыбке, и понял ответ ещё до того, как Коннор что-то сказал. — Я… что-то внутри меня. Я будто… чувствую… это ошибка! — Не-ет, Коннор, это значит быть живым. Смешно, пиздец. Только почему-то никто не смеётся. — И что мне делать? — диод загорается ещё более тёмным желтым, — Это немного странное чувство… помогите мне. — Ну, вспомни, что делают люди в таком случае. Чем я тебе помогу, у меня такого не было? — Хэнк наблюдал за бутылкой в руках у Коннора и пропустил момент, когда этот самый Коннор торопливо поцеловал его в щёку. Диод на секунду моргнул красным, а затем снова стал голубым. Странное чувство в груди улеглось до поры до времени. Лейтенант, ошарашенно потирая щёку, поднял глаза на живого робота. — Я думал, ты не это имел в виду, — он нахмурился и уткнулся взглядом в пол. — Это проблема? — Если бы ты не совал в рот всё подряд - то нет. Он поднялся на ноги и, шатаясь, вырвал из рук Коннора бутылку, пользуясь его секундным замешательством, и сделал несколько глотков, прежде, чем виски у него снова отняли. — Ты только живи, Коннор. Это полезно. — Правда? — Ага.