Плоть

Саске был раздражен отчасти не столько болтовней Ли, сколько потому что не видел Наруто уже чертовски давно и, если быть точным, не знал, в порядке тот вообще или нет. Саске знал, что Орочимару не станет ждать — он начнет свои эксперименты сразу же, как получит Девятихвостого, и поэтому сам момент передачи гуля Саске оттягивал до последнего. Учиха приложил ладонь к сенсорной панели на вратах, и система, щелкнув, открыла ворота, пропуская гостей. — Почему тут никого нет? — Ли поежился, заходя в бронированные ворота вместе с Учихой и осматриваясь. — Здесь повсюду камеры и сенсорные стационарные пушки, — Саске быстрым шагом пошел к главному зданию, отделанному белыми бронированными панелями. — То, что происходит здесь, не должно подвергаться чьему-либо вниманию или обсуждению. А люди, знаешь ли, по природе своей чертовски болтливы, — в голосе следователя скользнуло раздражение. — Да и не только люди. — То есть… — Ли почувствовал странное, гнетущее чувство опасности в этом месте. Вся территория лаборатории была отделена забором в семь метров высотой, а безликие, пронумерованные здания не имели окон, а иногда и дверей. Гуль заметил камеры и повсюду невероятное количество пушек, которые, благодаря сенсорным датчикам, следили за каждым шагом гостей. — Здесь почти нет людей, — кивнул Саске. — Удобно, верно? — он обернулся и остановился, когда они подошли к главному зданию лаборатории. — Ты останешься здесь и будешь ждать меня. — Что? — Ли опешил и распахнул и без того огромные круглые глаза, уставившись на Учиху так, как уставился бы, если бы Саске рассказал, что они с Наруто переспали. — Почему?! — тут же резко возмутился он, необдуманно повысив голос. Саске нахмурился, в его взгляде скользнуло острое предупреждение, и гуль, насупившись, затих. — Я могу быть полезен, — шепотом добавил он, решительно глядя на следователя. — Ты будешь полезен здесь. Если я не выйду через двадцать минут, — Саске достал из внутреннего кармана белого пиджака телефон и отдал его гулю. — Позвони на любой номер, который найдешь в списке. И ни на секунду не отходи отсюда. Ли удивленно всмотрелся в телефон, потом снова в недоумении воззрился на Учиху. — Саске-кун, почему мне нельзя?.. — Слишком опасно. Ты нужен мне здесь, — Саске мотнул головой, развернулся и приложил ладонь к боковой панели справа от входа. Система пропустила его внутрь, подняв дверь. Ли уставился на него так, словно видел впервые, и замолк. Как только Учиха шагнул за порог лаборатории, дверь тут же резко опустилась обратно, не оставив гулю возможности проскользнуть внутрь. Ли прижался спиной к стене и напряженно уставился на пушки на стенах, дуло которых было направлено прямо на него, после чего поежился и сжал телефон. *** Саске оказался в длинном белом коридоре. Система поприветствовала его сканированием сетчатки и полной идентификацией личности. Все же, как ни крути, а безопасности лаборатории нужно было отдать должное. Если бы вместе с Саске был Ли, датчики определили бы это за считанные секунды. Саске знал, в какие секторы может идти, а в какие нет. Он заранее изучил карту лаборатории, которая представляла собой квадратный лабиринт, уходящий глубоко под землю. Ориентируясь по памяти, Учиха добрался до зала центральной системы безопасности, обнажил куинке и рассек плотный металлический щит. Резкая тревога тут же оповестила коридоры о происходящем. Немногочисленные ученые и охранный персонал самой лаборатории, в совокупности не превышающий двадцати человек, встрепенулся. Красный свет, оповещающий об аварийной ситуации, залил белые коридоры. Система не могла идентифицировать причину поломки никак кроме внешнего воздействия и начала эвакуацию персонала в безопасное крыло. Саске убрал куинке и направился к кабинету Орочимару. Заработали запасные генераторы. — Учиха-кун? — вскинул брови удивленный Орочимару, который, кажется, собирался выходить из своего кабинета и пойти проверить неполадки системы. — Что ты тут делаешь? — он прищурился, а затем расплылся в хищной улыбке. — Пришел повидать своего драгоценного Девятихвостого? Саске окинул его холодным взглядом и плотно прикрыл за собой дверь кабинета. Кабинет Орочимару отличался от остальной лаборатории. Он был выполнен в темных тонах, здесь повсюду стояли столы с накрытыми белой тканью трупами, а воздух пах аммиаком и чем-то кислым, забивающим ноздри. Кабинет ученого напоминал больше морг, чем что-то другое. — У нас случились небольшие неполадки в системе безопасности, так что я вынужден перенести наш разговор, — Орочимару сохранил на лице улыбку, тон его голоса остался спокойным, но Саске, смотревший прицельно и оценочно, прекрасно видел, как руки ученого нервно опустились в карманы белого халата, как напряглись его плечи и дернулся кадык на узкой шее. Это вызывало почти что улыбку. — Я знаю, — Саске повел плечом, в его глазах сверкнуло что-то жуткое, и он косо улыбнулся. — Сейчас нам меньше всего нужны зрители, — он изящно и нарочито медленно обнажил куинке, глядя в глаза Орочимару. — Саске-кун, — без улыбки, предупреждающе сказал ученый и сделал шаг назад, к своему столу, не сводя пронзительного взгляда со следователя. — Тебе это не сойдет с рук, — ласковый тон его голоса мешался с шипящей угрозой. Саске никак не отреагировал. — Сейчас вы медленно, четко и спокойно скажете мне коды управления от двух отделений этого отвратительного места, — холодно проговорил он. — О чем ты, Саске-кун? — Орочимару растянул губы в холодной усмешке. — Думаешь, угрозами ты добьешься от меня чего-то? — он изогнул бровь. Саске улыбнулся в ответ. — Итачи рассказывал мне, — следователь прошелся взглядом по трупам на столах. — До того, как примкнуть к Управлению, вы занимались тем, что ставили опыты в военных лагерях. Официально вы проводили опыты лишь на гулях, но на деле уже тогда вы занимались скрещиванием и пытались вывести полугулей. Благодаря вам чертова дюжина солдат так и не вышла больше из госпиталя. Орочимару перестал улыбаться, уголки его губ опустились, а в глазах показалось что-то незнакомое для Саске, что-то холодное, полное превосходства. В них отразилась гордыня. — И однажды, — Саске не сдержал улыбки. — Вас взяли в плен. Вражеский отряд, состоящий из людей. Разумеется, они уже были наслышаны об экспериментах. И их ученые хотели себе ваши достижения. Сначала вас попросили. Потом торговались. А потом начались многочасовые пытки, в ходе которых вы так и не сказали ни слова. Поистине героический поступок, я полагаю. Перед лицом боли, смерти, врага ваше эго так и не позволило вам отказаться от кровавых разработок, в которые вы вложили столько труда, — Учиха ненадолго замолчал, глядя в лицо Орочимару. — Вас можно понять. Я не осуждаю. И, наверное, если бы я не знал об этом, я бы действительно мог прийти сюда и угрожать вам. Я даже мог бы отрубить вам руки и ноги, но это все равно бы ничего не дало. И тогда я подумал: если вы не боитесь умереть, значит, боитесь чего-то еще, не так ли? И ответ был очевиден, — Саске обвел взглядом кабинет ученого и вновь жутко улыбнулся, вернул взгляд на его лицо. — Что ты имеешь в виду? — прищурился Орочимару. В его голосе скользнула нервозность и злоба. — Там снаружи, прямо рядом со входом в главное здание вашей лаборатории, стоит гуль, которого я привел с собой, — совершенно спокойно начал Саске. — Это невозможно, — Орочимару нахмурился. — Три дня назад я попросил одного своего друга подкорректировать кое-что в вашей системе безопасности. Ранее, как вы помните, при попадании гуля на территорию лаборатории, его засекали специальные датчики, сканирующие уровень RC-клеток, после чего пушки начинали стрелять. Сейчас же пушкам нужен сигнал. Они больше не атакуют сразу. Посмотрите на камеры, у вас есть доступ к ним сейчас, — Саске небрежно указал в сторону мониторов своим куинке. Орочимару медленно отошел к боковой стене, на которую крепилось около пятнадцати встроенных экранов, и вывел на центральный камеру главный вход в здание. — Обратите внимание на пушки. Куда они смотрят, Орочимару-сан? — вкрадчиво поинтересовался Саске и подошел ближе, уткнув острие куинке в пол и оперевшись на его рукоять. Все пушки как одна смотрели на паренька, прислонившегося к стене. — И? Что с того? — Орочимару обернулся и пронзил Учиху раздраженным взглядом. — Когда я активирую пушки, они начнут стрелять. Этот гуль не успеет среагировать. Пушки будут стрелять в течение тридцати секунд. Этого достаточно, чтобы полностью пробить обшивку здания, но, что еще лучше, этого достаточно, чтобы бомбы, которые я прикрепил с внутренней стороны стены, детонировали, — Саске был до предела серьезен и спокоен, смотрел открыто и без презрения, словно лишь констатировал очевидные факты. — Я не угрожаю вам, Орочимару-сан. Я угрожаю вашим исследованиям и даю выбор: вы сейчас теряете двоих подопытных, при этом оставляя себе все уже собранные образцы из их тел, либо теряете всё. Потому что, будьте уверены, в бомбах достаточно мощности, чтобы разнести здесь все на куски. — Ты понимаешь, что тоже погибнешь? — в тоне голоса ученого сквознула настороженность, и он недоверчиво прищурился. — У меня больше нет дороги назад, — Саске мотнул головой, оставаясь абсолютно серьезным. — И я, как и вы, не считаю свою жизнь наивысшей ценностью. Так что я готов пожертвовать ею ради своих амбиций. Орочимару помолчал несколько секунд, вглядываясь в лицо Учихи и, кажется, оценивая правдивость его слов и ситуацию в целом, после чего мотнул головой и усмехнулся: — А мы с тобой похожи больше, чем я мог предположить. Я понял тебя, Саске-кун, — он медленно раскрыл тетрадь, лежащую на его письменном столе, на чистой странице и написал несколько цифр, после чего протянул тетрадь Саске. — Надеюсь, ты уберешь бомбы сегодня же, — ученый изобразил что-то наподобие улыбки. Учиха кивнул, взял тетрадь, пробежался глазами по строчкам, после чего достал телефон и набрал номер. — Ты на месте? — спросил он, глядя в глаза напряженного Орочимару. — Да, — хмуро отозвался из трубки Суйгетсу. — И еще раз напомню, что все это до жопы незаконно, если кто-то узнает, нам… — Проверь код, — прервал его Саске и медленно продиктовал цифру за цифрой. — Угу, подошел, — буркнул Суйгетсу, спустя несколько секунд молчания. Саске сбросил вызов. — Приятно иметь с вами дело, Орочимару-сан, — он вежливо улыбнулся и протянул ученому руку. Орочимару презрительно усмехнулся, но руку пожал. — Не думаешь же ты, Саске-кун, что об этом не узнает твой брат? — он прищурился. — Я не буду молчать, уж прости. — Конечно, будете, — холодно отозвался Саске и резким движением пронзил своим куинке грудь ученого. Орочимару захрипел. Его пальцы сжали ладонь Саске в предсмертной судороге, из угла тонких бледных губ потекла темная струйка крови, а в расширенных глазах заплескалось тупое неверие собственной смерти. Саске провернул оружие внутри тела мужчины, а затем отшвырнул его от себя, словно вещевой мешок. Куинке скользнул обратно, Саске мазнул взглядом по луже крови, растекающейся по полу. Белый халат и рассыпанные черные волосы впитывали жижу и контрастно выделялись на фоне бордового пятна. В голове шевельнулась странная мысль: это был первый раз, когда Саске убивал человека, однако отчего-то ощущения были знакомы, рука твердой, а плоть, рассекаемая оружием, разве что чуть более податлива, чем обычно. И абсолютно то же выражение лица, что и у гулей: неверие, страх, боль и что-то отчаянное в предсмертном блеске глаз. Саске никогда не думал, что отличия в убийстве гуля и человека будут столь незначительны. Следователь развернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Коридоры по-прежнему были заполнены красным светом. Саске дошел до нужной ему двери с Девятихвостым и, помедлив, ввел код. Дверь открылась автоматически, поднялась наверх, и в белом просторном помещении без окон у дальней стены сидел прикованный цепью Наруто. Саске отрешенно подумал о том, что у Орочимару был дурной вкус: гулей, словно собак, сажали на цепь, сделанную по той же технологии, что и стены в Кокурии и здесь. Наруто поднял голову и посмотрел в упор красными радужками. — Саске? — выдохнул он и замер, по всей видимости, не до конца понимая происходящее. RC-депрессант обильно циркулировал в венах, туманил сознание и мешал фокусироваться. Внутри Саске что-то дернулось, он шагнул в камеру и дошел до гуля, остановился в полуметре, глядя в его удивленное лицо сверху вниз, после чего опустился на одно колено и провел рукой по его волосам, оставил руку на затылке. Наруто тут же отозвался на прикосновение, все еще ошарашенный, он обхватил Саске, заключая в кольцо крепких рук и слушая его надсадное сердцебиение. Саске почувствовал, как закружилась голова. Каждое прикосновение к Наруто, ощущение его кожи под своими пальцами, его запах и резкая опасность, исходящая от него, — всё это было подобно сильнодействующему наркотическому веществу, что мгновенно заполняло все существо Саске и заставляло его мыслить категориями «Наруто» и «Не Наруто». — Простите, что прерываю, — голос мрачного Суйгетсу из коридора заставил Саске обернуться. — Но если через… — он посмотрел на наручные часы у себя на руке. — Десять минут мы не уберемся, то взлетим на воздух вместе с этим чудесным местом, — он шагнул в камеру, держа в руках кусачки, предназначенные для снятия подобных цепей. — Где Чоджи? — Наруто нахмурился и посмотрел на Саске, отстранившись. — Я здесь, — слабо улыбнулся гуль, заглядывая в камеру и придерживая окровавленный бок. Он выглядел бледным, похудевшим, но, в целом, был в порядке, что не могло не радовать. — Чоджи! — просиял Наруто. — Ты в порядке? — Угу, — отозвался гуль, прижимаясь к стене. — Мы нарвались на охрану, — отмахнулся Суйгетсу, объясняя кровь. — Оставлю вам двоим простор для ролевых игр, — он щелкнул кусачками, перекусив цепь, но при этом оставив около метра, после чего подмигнул Наруто. Гуль удивленно вскинул брови и перевел взгляд на Саске. — Что с ним не так? — без малейшей доли издевки, совершенно искренне поинтересовался он. — Это врожденное, — спокойно отозвался Саске и помог Наруто встать. — У нас есть около шести минут, чтобы выбраться и уйти подальше, так что давайте поторопимся. Ты в порядке? — следователь скользнул взглядом по телу Узумаки, на котором кроме белых лабораторных штанов и цепи не было больше ничего. — Я в порядке, — Наруто кивнул и забрал у Суйгетсу кусачки, после чего на ходу снял с себя цепь и ошейник целиком. Они двинулись к выходу настолько быстро, насколько могли. Наруто придерживал раненного Чоджи, Саске шел впереди, а хмурый Суйгетсу позади. — Как, кстати, дела у Карин с камерами и эвакуацией? — Саске обернулся через плечо. — Эвакуация началась сразу после того, как ты вырубил электричество. Все направились в левое крыло в подвал и не выйдут оттуда в течение следующих тридцати минут, пока система не закончит проверку и не сообщит, что все камеры закрыты и гули на местах. Но так как этого не произойдет по очевидным причинам, можно не переживать, — буркнул он. — А камеры? — Заработают в течение двадцати следующих минут. Карин удалось вырубить их аж на целых сорок минут, — Хозуки хмыкнул. — Отличная работа, — кивнул Саске. — Тебе следовало бы повысить нам зарплату! — заметил Суйгетсу с какой-то странной улыбкой, а затем вновь нахмурился. — Если, конечно, Итачи не казнит нас раньше… — Никто никого не казнит, — Саске позволил себе легкую улыбку, приложил палец к сенсорной панели, и двери открылись. Наруто и Чоджи поморщились от резкого ветра, ударившего в лицо. — Наруто! — звонкий голос подпрыгнувшего от неожиданности Ли громыхнул на всю округу. — Чоджи! — он подбежал к гулям и хлопнул их по плечам, улыбаясь широко и ярко. — Рад видеть вас, парни, — он закивал, глядя то на одного, то на другого. Наруто улыбнулся в ответ и скользнул взглядом по пушкам, дула которых смотрели аккурат прямо на них. — Все нормально, — Саске положил руку ему на плечо, заметив взгляд. — Мы обо всем позаботились, — он посмотрел прямо в глаза Наруто. — Уходите, нас не должны видеть вместе. Девятихвостый сжал его ладонь и, опустив голову, прикрыл глаза и прижал пальцы следователя к губам. Ли опешил, замер и сделал шаг назад. Суйгетсу помрачнел еще больше и вновь раздраженно посмотрел на часы. Перспектива подорваться его, как ни крути, совсем не прельщала. — Увидимся позже, — Саске взъерошил волосы на голове Наруто. — Идите, — он кивнул и улыбнулся почти что нежно и почти что без своей обычной презрительной манеры. Девятихвостый поднял голову и посмотрел с тихой болью. — Спасибо, Саске, — он улыбнулся как-то вымученно, но все так же по-своему солнечно. Рука в кармане брюк Учихи сжалась в кулак. Отпускать Наруто сейчас чертовски не хотелось. Кагуне показалось из-за спины Узумаки, и девять острых хвостов взвились в воздух. Наруто, Чоджи и Ли оттолкнулись от земли и, ускорившись, скрылись из виду. Суйгетсу нервно постучал по циферблату часов. — Пять минут, — сообщил он чуть дрогнувшим голосом. — Надеюсь, у тебя есть план. — Конечно, — Саске закурил и выдохнул дым в сторону. Сердце билось быстро и громко, а в груди разливалось чувство странной тоски. — Пойдем, — он быстрым шагом двинулся вперед, и Суйгетсу пошел за ним. — Ты ведь понял, о чем я, — хмурился Хозуки. — Я не о взрыве. Я обо всем этом. Ты отпустил Девятихвостого. Это преступление, ты ведь в курсе, да? — И ты его соучастник, — сухо отозвался Саске. — Поздравляю с новым витком в твоей карьере, — он улыбнулся и посмотрел, чуть прищурив глаза. Суйгетсу с ужасом понял, что у Саске хорошее настроение. — Я несказанно рад! Спасибо! — ядовито отозвался он, всплеснув руками. Учиха заметил, что его белые перчатки испачканы кровью на ладонях. Видимо, встреча с охраной не прошла бесследно не только для Чоджи. Взрыв прогремел, как только они вышли за ворота. Горячая взрывная волна взъерошила волосы на затылке, и воздух вокруг мгновенно заполнился пылью и жаром. От грохота заложило уши. Если бы Суйгетсу и Саске не были в этот момент уже за забором, их бы накрыло пылью и, возможно, даже задело волной. Хозуки задрал голову и присвистнул, глядя, как в небо поднимается столб черного дыма и пепла. Саске выбросил сигарету и достал телефон. — Что там? — удивился Суйгетсу. — Итачи. *** Кокурия пылала под шквалом атаки гулей. Звуки выстрелов и шум лопастей боевых вертолетов, нещадно бомбящих гулей на земле, оглушали и звоном оседали в ушах. Каждый, кто присутствовал здесь, понимал, что в течение следующих нескольких ночей не сможет выкинуть из головы этот зверский шум. Разорванные человеческие и гульи тела кусками плоти были разбросаны по всей территории Кокурии. — Итачи-сан, у нас проблема, — Кисаме — странного вида следователь, — остановился рядом со старшим Учихой и отвел за спину свой устрашающий, непохожий на других куинке, рвавшийся в бой, подобно дикому животному. Итачи скользнул взглядом по испачканному кровью белому костюму Кисаме и перевел взгляд на его лицо, на котором сейчас не было привычного насмешливого оскала, которым он встречал врагов. Вместо него была напряженная злость. — В чем дело? — спокойно поинтересовался Итачи. Кисаме подхватил его под локоть и повел за собой к припаркованному неподалеку от боя вертолету. — Они повсюду, — процедил Кисаме. — Это спланированная масштабная атака. Не думаю, что истинная причина в Девятихвостом гуле, — следователь достал из кабины ноутбук и включил видео на экране. — Нам доложили, что лабораторный отдел был взорван семь минут назад. Но помимо этого… — Кисаме замолк. На видео четвертый* этаж главного здания штаба Управления полыхал. Две девушки-гуля в красных рогатых масках Хання, одетых в черные одежды, махали в камеру и бросали коктейли Молотова в окна здания. Несколько следователей, что вышли из здания, были рассечены сильным кагуне другой женщины, которая была выше и чуть крупнее. На ней была знакомая Итачи маска гулей Сенджу. — Если вы, отродья, думали, что можете вот так запросто творить всё, что вам вздумается — вы крупно ошиблись! — резким тоном проговорила женщина, глядя прямо в камеру. — Наше терпение лопнуло. Отныне и до конца, ваше уничтожение — наша первостепенная и главная задача, и мы не допустим неудачи. Самое время начать молиться, Учиха. Или сменить штаны, если не хватает духу держать задранную твоим предком планку, — она презрительно усмехнулась, развернулась. Ее мощный, покрытый броней кагуне, отличающий ее от остальных гулей и дающий право носить имя Сенджу, рассек асфальт на две части вместе с телом следователя, вышедшего из здания. Полицейские машины тоже начали стягиваться к этому месту, и на видео можно было расслышать звук сирен. Девушки-гули засмеялись и вновь помахали в камеру. Одна из них послала воздушный поцелуй, после чего видео прервалось. Итачи понял, что сейчас прямо у главного здания Управления начнется бесчеловечная бойня, в которой страдать будут в первую очередь гражданские и еще неопытные следователи низших рангов, не допущенные к сегодняшней операции. — Это объявление войны, — Учиха прикрыл глаза и потер переносицу. Мысли в голове шумели и не хотели приходить в порядок. Кисаме согласно кивнул, поджал губы и закрыл ноутбук. — Что будем делать? — вопрос почти застал Итачи врасплох, но он вовремя собрался, выдохнул и, мотнув головой, набрал номер Саске. — Слушаю, — младший Учиха ответил спустя два коротких гудка. — Где бы ты ни был сейчас, собирай свою команду и отправляйтесь в штаб. Разрешаю принимать любые решения в целях обороны и защиты гордости Управления, — процедил Итачи. — Мы скоро закончим здесь и придем на помощь, — в голосе не прослеживалось ни одной эмоции. — Понял, — Саске сбросил вызов, после чего посмотрел на часы. — Вовремя, — улыбнулся он и посмотрел на Суйгетсу. — Джуго сейчас в штабе? — Да, как и Карин, — кивнул Хозуки. — Тогда свяжись с ними, скажи, что мы скоро будем. Пусть Джуго не вступает в бой до того, как мы прибудем. Суйгетсу пожал плечами и кивнул. — Нас всех казнят к чертовой матери, не так ли? — с какой-то обреченной беспечностью спросил он, набирая номер Карин. — Не сегодня, — мотнул головой Саске. — И даже не завтра, — он жутко улыбнулся. *** Закончилось все так же стремительно, как началось. Шикамару через несколько минут дал команду к отходу, и Воля Огня, понесшая не настолько значительные потери, чтобы считать операцию неудачной, успешно отступила, оставив после себя сильно потрепанную, местами полуразрушенную в стенах Кокурию. Гули Сенджу исчезли еще до появления Саске, убив троих следователей, взорвав четвертый этаж штаба Управления и покалечив десяток полицейских. Лабораторный отдел полыхал. Орочимару был мертв, а Девятихвостый и Пожиратель сбежали. Этот день официально стал худшим в истории Управления по борьбе с гулями. Потери, которые понесло Управление, были несравнимы даже с теми, что оно несло во время войны с Сенджу. Итачи собрал срочное совещание, на котором присутствовали лишь Шисуи, Данзо и Хатаке Какаши. Остальные залечивали свои раны и в срочном порядке восстанавливали штаб и Кокурию. Разведывательные отряды уже были направлены в Лабораторию, но из-за сильного взрыва, разумеется, получить какие-либо вразумительные ответы произошедшего не удавалось. Пока что все происходящее следовало ровно по плану Саске, не отклоняясь ни на миллиметр. Остался последний, решающий этап, ради которого всё это и было организовано, и Саске собирался привести его в исполнение уже этой ночью.