Victorious

      Летняя ночь на берегах Темзы расцвечивалась всполохами огня. Грохотали подъезжающие мотоциклы, мешаясь с пульсирующими битами альтернативного рока из бумбоксов.       В руках стремительно крутились пои, объятые горячим пламенем. По обнаженной спине между лопатками стекал пот. Музыка пульсировала внутри, отдаваясь в рёбра и в само сердце. Словно сам Лондон бился в унисон с фаерщиками — импульсивный, полный жизни, рок-музыки и света ночных клубов.       Кирилл приехал сюда, чтобы навестить мать — и в этот раз не один, прихватив в отпуск Николая, сдавшегося после долгих уговоров и угрозы больше никогда не пробовать его экспериментальные настойки.       Здесь Кирилл ощущал себя на своём месте — среди всех тех, кто приходил к реке вертеть по телу и в руках огонь. Среди тех, кто не боялся ни его жара, а напротив — наслаждался густой ночью, вздымая в небо не пламя, а свои горячие сердца. На кончиках вееров, поев или шестов, перетекающих по телам фаерщиков, игра и терпкое бунтарство тех, кто жаждет жить здесь и сейчас.       Он пускал искры и спирали огня прямо по торсу, позволяя им вспыхивать языками пламени по рукам, стекать по мышцам спины вниз к бёдрам и от ключиц по рёбрам и животу, лаская и мешаясь с лёгким ветром от реки.       Кирилл наслаждался каждым движением, двигаясь в ритм музыки, рисуя в воздухе восьмёрки и круги из огня.       Пламя потухло. Тяжело дыша от адреналина и общей атмосферы огненного кутежа вокруг, Ард опустил пои, ощущая приятную усталость во всём теле. Надо сделать перерыв перед следующим заходом.       Николай в джинсах и рубашке — как хоть какой-то дани строгости — беседовал в стороне с компанией недавно подъехавших ребят. Он с чуть ли не укоризненным взглядом бросил в Кирилла смятую чёрную футболку.       — Я тебя смущаю? — притворно удивился Кирилл, повернувшись на пятках по растоптанной земле. Футболка шарфом обернулась вокруг шеи. За ней следом к босым ногам упала пачка сигарет. Кажется, ими был набит весь рюкзак — зная цены на табак в Лондоне, он притащил его из Москвы.       — Что ты, берегу от фанаток. Наигрался?       — Огня всегда много, но пока мне достаточно.       Кирилл по привычке прищёлкнул пальцами, закуривая сигарету и пуская в глубину лёгких терпкий табачный дым и размышляя о том, как продолжить ночь. Николай наверняка уже составил рейтинг баров, обязательных для кутежа.       — Круто!       Он повернулся, вглядываясь в полумрак ночи. К одному из мотоциклов прислонился молодой парень в черных джинсах и футболке. Мочку одного его уха заполняли мелкие серьги, на втором было поменьше, в брови, в губе тоже красовался пирсинг.       — Магия, — усмехнулся Кирилл, пользуясь полушуткой ещё с давних времён, когда он забывал о правилах хранения секретов магического мира. И все верили. Но сейчас во взгляде незнакомца появился живой интерес.       — Серьёзно?       — Возможно. Кирилл Ард.       — Анубис.       — Ого! А шакала ты с собой в багажнике мотоцикла возишь?       — Нет, мне хватает псов дяди.       Он словно напрягся немного, и Кириллу показалось что-то тёмное за его спиной. Что-то, похожее на его собственную тень, только куда тяжелее. Кажется, сейчас можно было разойтись в разные стороны. Но пароли уже розданы, ночь пьянила своей тьмой с яркими кострами, приманивая запечатанными тайнами. И Кирилл потянулся к рюкзаку, доставая припасенную бутылку виски.       — Будешь?       Анубис встрепенулся и подошёл к ним ближе. Он действительно казался юношей, если не заглядывать в его глаза с глубиной тёмной бездны.       — Почему я не удивлён, что именно ты спаиваешь молодое поколение? — заявил Николай, перебивая громкую музыку. Будто не он первым затевал большую часть их вечеринок, от которых наутро в голове был только туман и муть.       Анубис хмыкнул, принимая бутылку из рук Кирилла. Судя по тому, с каким задором тот выхлёстывал её содержимое, они нашли родственную душу на ближайшую ночь.       — Ты зануда, — Кирилл ткнул в друга пальцем, наигранно хмурясь. — Смотри, я ещё до твоих настоек доберусь.       — Твои угрозы обычно не доходят до исполнения.       — Что за настойки? — с любопытством поинтересовался Анубис. Его силуэт тёмным контуром вычерчивался на фоне ярких вспышек пламени.       — Ой, лучше не пробовать, от них крышу сносит. Кстати, это Анубис.       — Николай Поулг, сл…       Кирилл пнул его в плечо, напоминая, что они не при исполнении — по крайней мере, официально. Тени всегда рядом, заставляя оглядываться через плечо и скрываясь в переплетениях света и тьмы, но даже стражам нужен отпуск.       Тот ничем не выдал своего удивления на имя египетского бога. Впрочем, если в мире существует магия, почему бы древним богам не разгуливать по улицам Лондона?              Одну бутылку виски спустя и несколько вращений поев растрепанный Кирилл с проскальзывающими искрами по телу раз за разом показывал Анубису простой фокус с щелчком пальцев под аккомпанемент музыки. Тот с восторгом наблюдал, выдыхая в ночь клубы сизого дыма.       Николай хмуро расселся на земле, достав из своего рюкзака несколько разноцветных колб с перетекающей плотной жидкостью кислотных оттенков. Он был не в настроении с самого утра после долгого перелёта, и теперь явно жаждал реванша по жизни.       Музыка забиралась под кожу, заставляя бурлить кровь и двигаться с ней в такт, тянула пустить пламя по рукам. Ярче костры! Громче вибрации музыки по земле!       Вертеть не пои — саму стихию в своих руках, расточая её не под ритм рока — а под гулкие барабаны древних мои, что пульсом вздымаются внутри.              Они не заставят нас       Они перестанут унижать нас       Они не будут контролировать нас       Мы станем победителями!              Анубис стоял в стороне, ошалело наблюдая за динамичными движениями с уже не сдерживаемым огнём.       — Мне надо выпить, — Кирилл устало бросил пои на землю, падая рядом с Николаем и чуть не задевая его аккуратно разложенный пенал с колбами и травами. — Осталось что-то?       Анубис бросил ему бутылку с плещущимися на дне остатками мутного виски. Этого явно мало.       — Думаю, нам надо в бар, — выдал Николай, отрываясь от перебора склянок и протягивая обоим по одной выбранной. — Пока вот. На корнях растений, которые не растут в наших местах. Только не залпом!       Поздно — Ард с Анубисом чуть ли не одновременно опрокинули в себя белёсую жидкость.       — Блять, это вообще что? Я сейчас огонь выдохну!       Кирилл втянул носом воздух, вытаращив глаза.       — Забористее только настойка на кактусах, — кивнул явно довольный Анубис, даже не пошатнувшись. Судя по тому, как он держался, мог легко дать фору Николаю, обычно перепивающему всех в студенческие годы.       — Где такую взять? — в глазах Поулга зажегся интерес экспериментатора — то ли как зельевара, то ли как опытного дегустатора любого забористого алкоголя.       — Не уверен, что она вам подойдёт, — спохватился Анубис. — Слишком… своеобразная.       — Знаете, что нам подойдёт? Отличный бар. Я как раз нашёл один, — Николай поднялся с земли, отряхивая её с джинсов. — Ты с нами?       — У меня мотоцикл, — пожал плечами Анубис.       — Оставишь около бара и завтра заберёшь, — предложил Кирилл, запихивая в рюкзак остывшие пои. — Как ты вообще сейчас поведёшь?       — На меня алкоголь медленнее действует. Давайте адрес. Что за бар хоть?       Николай довольно улыбнулся.       — Конечно, подпольный! Обычных мне и в Москве хватает. Будет здорово.              Анубис приехал, конечно, первым и ждал их у входа под начавшим моросить лондонским дождём, которому были нипочём даже летние ночи. Капли воды оседали в его тёмных волосах, и сейчас он казался куда старше своего возраста — если вообще можно верить возрасту по внешности.       В бар они ворвались под волны бьющей музыки и неоновый свет труб, тянущихся по стенам. За стойкой мешались яркие коктейли. Опрокидывались шоты, вспыхивали пирамиды коктейлей. Среди гостей скользили полуобнаженные девушки, раскрашенные флюоресцирующими красками. На круглых платформах в подсвеченному разноцветными прожекторами дыму танцевали стриптиз.       Здесь не было запретов, и легко можно было соскользнуть в любой сладкий грех со вкусом терпкого можжевельника или горьковатой полыни.       — Ещё!       Николай выглядел трезвым как стекло — весьма обманчиво для всех, кто его знал. И только растрепавшиеся волосы и некоторое зависание в движениях выдавали его начавшееся опьянение. Даже рукава рубашки закатаны.       — Хей, Ник! — Анубис вынырнул с танцпола со счастливой улыбкой, измазанный в краске. — Мы уже всё в меню попробовали?       — Как ты меня назвал? — опешил тот.       — Тебе идёт, — хмыкнул Кирилл. — А что! Ник и Кир — отлично звучит. Насчёт меню, кажется, осталась ещё батарея крепких шотов. Только сначала перекур.       Он сполз со стула, пробираясь к выходу сквозь толпу танцующих на прохладный воздух ночи. Анубис вышел следом. Оба молчали некоторое время под табачный дым, пока Кирилл всматривался за него, улавливая некий силуэт за спиной.       — То ли последний коктейль был лишним, то ли у тебя крылья за спиной.       Тот неопределенно повёл плечами — мол, всё возможно.       — А у тебя, значит, просто так вспыхивают искры на руках?       — Магия огня, — Кирилл вскинул руку, позволяя пламени во всей красе раскрыться на ладони. Он вертел его в руках, придавая тому разную форму и меняя на полупрозрачный дым, тут же окутывающий его с ног до головы. — Могу ещё с землёй, но это, скорее, к Нику. Чёрт, мне правда нравится, как ты его назвал!       Анубис довольно улыбнулся.       — Насчёт крыльев… Как ты увидел?       — Привык вглядываться в тени. Зачем они тебе? Вряд ли для красоты, чтобы гнать с ними по ночным дорогам Лондона на мотоцикле.       — Скорее, это проклятие. Та сила, с которой я не могу справиться.       Кирилл замер от этих слов, ощущая, как внутри пробуждается его собственная ноша, выскальзывает по телу, заставляя напрячь заклинание. Не сейчас. Анубис с тревогой взглянул на него — словно увидел отголоски напряжения на лице. И тут же ожил от внезапно осенившей идеи.       — Зато у тебя могут быть огненные крылья! Попробуй!              — Коля!       Кирилл нашёл его в ВИП-зоне, куда тот умудрился пробиться в клубе, полном гостей, в объятиях одной из девушек с выбеленными волосами и блестящем клубном бикини.       — Ник!       Анубис выпрыгнул из-за спины, полный восторга и яркого задора в глазах.       — У нас теперь у обоих есть крылья! За это надо выпить!       Николай мягко отстранил девушку, обведя обоих недоуменным взглядом. Та вспорхнула, перед этим прошептав что-то на ушко, и удалилась в сторону бара.       — Вы что курили?       — Правда! Я могу вызывать огненные крылья!       — Давай не здесь? Но ты можешь поджечь все шоты, которые нам сейчас принесут. Кажется, вы слишком протрезвели на улице.       — Спорим, я перепью вас обоих, — Анубис состроил хитрую рожицу, плюхаясь рядом с Николаем и закидывая голову в потолок. — Впрочем, это будет несколько нечестно. Готов дать вам фору — я два, вы по одному.       — Ну уж нет! — взвился Кирилл.       — Тебе завтра на семейный ужин, — напомнил Николай.       — Когда это меня останавливало?       — Действительно, — встрял Анубис. — Семья — те, кто простит даже испорченный диван. Или ковёр после хорошей вечеринки. Но если вы боитесь…       Кирилл не сдержался и показал средний палец с язычком пламени.       — Мы станем победителями, — уверенно заявил он.       — Лучше бы по жизни, — заметил Николай.       — Мы и так! Кто ещё может похвастаться знакомством с Анубисом? Ночи Лондона — явно одно из чудес этого мира.       Тот вскинулся, одновременно и смущенный, и довольный. В этот момент вернулась девушка с огромным подносом с шотами и в сопровождении двух помощниц.       Кирилл повёл пальцами над первой порцией, запуская огонь на пары алкоголя.       — Насчёт три?       И в бьющей в уши музыке не было слышно, кто первый это произнёс.