Скоро будем вместе

      Здравствуй.       Давно мы с тобой не разговаривали… Хотя я и пишу тебе каждый день вот уже год, но ты так ни разу мне и не ответил. Ты не можешь мне ответить, я знаю.       Сегодня я с трудом могу смотреть на календарь: слишком уж невыносима эта дата. Я все думаю… Вот уже ровно год прошёл с того чёртового дня, а я все никак не могу перестать думать, почему ты это сделал? Почему оттолкнул меня тогда? Мы могли поговорить!       Мы могли все обсудить и найти выход вместе. ВМЕСТЕ, слышишь? Мы ведь всегда были вместе: с того самого дня, когда я впервые увидел твою улыбку. Когда я впервые подошёл и заговорил с тобой. Когда впервые назвал тебя по имени. Твоё имя. Оно все ещё звучит у меня в голове. До сих пор, просыпаясь по утрам, я желаю тебе доброго утра и, открывая глаза, тянусь за желанным поцелуем, способным, как обычно, пробудить во мне всех романтиков мира, готовых осуществить все возможное и невозможное, лишь бы подольше остаться с тобой в постели. Я тянусь к тебе, но спустя долю секунды, полностью открыв глаза, вижу лишь холодную постель: нетронутую, идеально сохранившую свой вечерний облик твою половину кровати. Это невыносимо! Я так хочу обнять тебя…       Я много раз думал, а что было бы, если бы я ушёл тогда вслед за тобой? Мы бы смогли сейчас быть рядом? Я уже потерял счёт, который раз за этот год я всерьёз думаю это проверить. Да, с опозданием, но что, если там мы все-таки снова будем вместе?       Я устал. От себя, от своих мыслей, от своей жизни без тебя, от своей беспомощности и невозможности что-либо изменить.       А помнишь то утро? Помнишь, как ты разбудил меня своей манерой перемещения, подобной Гулливеру? Я всегда так говорил, нет, я все ещё так говорю. Ты расстроился, что помешал моим снам, а я, поднявшись и подойдя ближе, нежно тебя поцеловал, притянув настолько, что, казалось, ещё немного и кости захрустят.Ты рассмеялся и сказал, что нельзя раздавливать Гуливера. А я, очарованный твоей улыбкой, смог произнести лишь:» Ты и есть мой сон. Ты самый лучший сон, который я когда-либо видел. И я не знаю, что со мной будет, если он когда-то закончится. Нет, он не закончится никогда. Я не позволю этому случиться.»       Но я позволил… Я позволил этому случиться, и что же мне теперь делать?       Не проходит ни дня, чтобы я не вспоминал то утро, твою милую улыбку и твои глаза, с такой нежностью смотрящие на меня. Как жаль, что только теперь я осознаю: в них была не только нежность. Страх, боль, всепоглощающая любовь, желающая оградить меня от той ужасной жизни, какая, как тебе казалось, настигнет меня, останься ты со мной.       Но она настигла меня! Ты слышишь? Она настигла меня… Но это… Это жизнь без тебя… Я не хочу так жить и остаюсь здесь лишь потому, что ты попросил.       Та записка, что ты оставил в тот вечер на столе… Она все ещё лежит на прежнем месте. Время от времени я перечитываю её. Ты просил остаться и начать жизнь заново — я остался. Но новой жизни мне не видать. Я не хочу новой жизни без тебя, понимаешь?       Сейчас ты бы сказал, что нужно быть сильным, нужно взять себя в руки и идти дальше. Ты бы сказал все, что угодно, чтобы меня подбодрить. Сказал бы, что только слабаки и неудачники не могут адаптироваться к переменам в своей жизни. Что ж, в таком случае я неудачник. Как и ты… Ведь мы могли принять эту перемену и пережить её… Вместе.       Я стал другим. Увидев меня сейчас, ты скорее всего ужаснулся бы и обругал меня последними словами за то, что так себя запустил. Я становлюсь хуже, чем был. Хотя, казалось бы, куда уж хуже-то?       Нет, я не заливаюсь водкой или чем-то подобным, но только потому, что ты этого не любил. Я не колю себе «дельфинов» и не вдыхаю «рай». Я просто курю. Курю столько, что самого уже от этого тошнит. Я помню, как ты пытался меня отучить — не вышло, милый, я все ещё убиваюсь, приближая себя к тебе.       Практически целыми днями смотрю твои фото. Да, практически. Приходится делать перерывы, чтобы выполнять твою просьбу, иначе я предам тебя, предам те последние слова, что были адресованы лишь мне.       Я скучаю по тебе. Я чертовски скучаю по тебе! Сегодня ровно год, как я видел тебя в последний раз, ровно год, как я слышал твой родной голос, ровно год, как этот гребаный рак напугал тебя настолько, что ты решил пожертвовать собой, лишь бы я не мучался.       Ты ошибаешься, милый, я никогда не мучался с тобой, и после новости о болезни я не мучался бы тоже. Мы бы смогли это преодолеть, вместе… Теперь уже ничего не исправить, и я не знаю, что мне с этим делать. Но одно я знаю точно. Малыш, я люблю тебя, и скоро мы снова будем вместе.