Киберверс

POV Някогеро       — Кен? А Кен? А это правда, что когда в тебя тот крутой некромант попал глыбой, то у тебя даже и единицы прочности брони не снялось? — спросила Каори, ковыряя засохшую каплю крови с рукава. — А то, он же был не совсем обычным некром. Элитный какой-то… Мощный.       Девушка подняла руки и описала большую окружность.       — У врагом, в данной локации, слишком малое воздействие, — начал Кен, чередуя повествование с едой и выпивкой. — У меня броня способна удерживать магическое воздействие вплоть до ста восьмидесяти поинтов. Для сравнения: у пули твоей, Калеб, винтовки, это самое воздействие примерно сто два. Но никто не отменял попадания в лоб… Вот так-то.       — Слушай, Кен, а расскажи что-нибудь интересное, — сказала Лео, наливая себе вино. — Например… А, не знаю, что расскажешь, сам реши.       — Эх, ну… Давайте как-нибудь потом, а? Я еще не в той кондиции, чтобы так просто разглашать военную тайну, — потер шею Волк и вытащил из инвентаря трубку длинной полтора метра. — Тирра, солнышко, отсыпь мне своей «чудо-травки», а то спина замучала, ох…       Дядька многозначительно сморщил нос и потер поясницу.       Ой, блин… Актер без оскара, ей богу! Все же прекрасно знают, что у тебя весь поясничный отдел парализован.       Эльфийка вытащила из сапога небольшой бумажный конвертик и кинула Кену.       — Не курите, детки, дурь… — прокряхтел громила и поджег траву. — Ух, щас помимо печени, будет еще и цирроз мозга…       Глаза его загорелись (в прямом смысле) синим пламенем, а через секунд пять потухли, застыв в крайнем правом положении. Откинув назад голову и чуть вытянув шею, Волк стал смотреть на что-то под нами.       Кроме меня, по всей видимости, этого больше никто из группы не заметил.       — Нас нашли… — процедил наконец Кен и быстро осушил кружку-бочку соответствующей емкости.       — Кто? — спросила Каори, в это время потянувшаяся за бутылкой.       — Неужели мне наконец глаза начали отказывать? Ах, нет, я же их только сегодня проверял… Нет их там! — прорычал за моей спиной противный и до боли знакомый голос.       Через секунду в нос ударил запах мокрой псины и гнилой листвы.       Лицо Каори резко сменило выражение на лютую злость, костяшки без того бледных рук, казалось, еще сильнее побелели от сжатых кулаков.       — Деймос… Сукин ты высер… — процедил Калеб и уже было схватил нож, дабы швырнуть его, в изрезанную до кости безглазую морду оборотня, но было остановлен Леотией, перемахнувшей через стол и наступившей парню на руку.       — Калеб, успокойся, не время еще! — крикнула Тирра, отбирая орудие. — Вспомни, кто он такой… Ты хочешь, чтобы у нас были проблемы?       Эльф шумно выдохнул, раздув узкие ноздри и отпустил нож, позволив его убрать от греха подальше.       И все это я видела рассеянным зрением, уставившись в направлении своей тарелки. Меня прямо било крупной дрожью от переполняющей ярости вперемешку со страхом. Ведь это именно армия Деймоса истребила тогда всю мою расу. Вместе со всем королевством, на территории которого мы жили.       Кенайл молчал, почесывая бороду.       Я подняла взгляд, встретилась с его и попросила о помощи.       — Так, ты опять пришел за тем, чтобы портить нам трапезу? — спросил Волк, коснувшись переносицы отогнутым большим пальцем. Это был знак того, чтоб все были готовы в случае чего бежать прочь.       Не знаю для чего это, но я все равно чуть отодвинула стул от стола. Осмотрев группу, дядька отогнул указательный палец.       — Нет, просто решил убедиться в том, что все живы-здоровы и до сих пор вместе, — ответил Деймос и ушел прочь, кряхтя при каждом шаге.       Кен сжал кулак и шумно втянул воздух, после чего неприятный запах, указывающий на недавний визит оборотня, мигом улетучился. Будто здоровяк профильтровал воздух. Эта мысль заставила меня ненадолго улыбнуться, но потом меня резко пробило. Страх резко овладел мной, и я кинулась к Кену, заключившему меня тут же в объятья.       — Тише, все-все… — начал меня успокаивать седой, положив на голову свою огромную ладонь. — Ты же обещала, что не будешь больше бояться его, иначе, как ты засадишь ему по самые гланды?       — Прости, — ответила я, буквально, закопавшись в его бороду. — Подумала о том, как быстро исчез противный запах этой шавки… После твоего глубокого вдоха. Мне стало сначала смешно, а потом, пробило.       — Ты так и не смогла себя пересилить и взглянуть на него, — сказал Кен и поцеловал меня в темечко.       — Геро, Кен прав, тебе не стоит его так сильно бояться. Он уже не так молод, чтобы что-то стоящее нам противопоставить, — сказал Калеб, отбирая у Тирры нож.       — Зато приспешников у него стало раза в четыре больше, — ответила я, пересев обратно на свой стул. — Знаете ли, трудно забыть то, что он сделал с нашими народами.       — За исключением моего, — поднял руку Кен и вновь зажег траву в трубке.       Наркоман, блин.       — Давайте лучше продолжим трапезу, а то уже все почти остыло, — предложила Каори, так и не открывшая тогда бутылку. — А то я уже начала трезветь, а с этим и вспоминать все, связанное с Деймосом… Ух, срочно докидаться!       Эх, каждый, исключая Кенайла, из присутствующих здесь нехило пострадал от лап этого паскудного оборотня. Аж вспоминать страшно, что он творил…       А после всего и вовсе — стал верноподданным одного короля, предварительно убрав прочих претендентов на должность верховного советника. Прям как Кен, только наш здоровяк хоть готовых на верную смерть завербовал, пообещав тем славную смерть и похороны с почестями. Помню, как мы с ним пошли прямо в лагерь к смертникам:       Раннее утро. Лес из мертвых деревьев, пахнущий спиртом и растворителем. Кен тогда сказал прихватить противогаз «на всяк случай». Ага, он тогда уже раз восьмой к ним ходил, таская то тот же спирт с растворителем, то рассказывая о планах ментора.       Желающих смерти тогда было двенадцать старых дряхлых орков (ну дряхлых в сравнении с теми, кто был по их меркам в самом рассвете сил), и три солдата, сбежавших из-под заключения и пожелавших умереть в бою, нежели в петле.       Быстро передав необходимое, мы ушли обратно. Но и этого мне выше крыши хватило, чтобы проникнуться той атмосферой, что творилась там. Каждый из присутствующих был минимум раза в два сильнее меня, но без желания существовать дальше. Каждая пара глаз, каждый мускул на лице излучал отчаяние и смирение со своей судьбой.       А теперь сравните с нашей группой. Единственные рода своего пьют бок о бок друг с другом, не вешая нос и надеясь на лучшее. Даже после появляющейся всегда не вовремя «первопричины».       — Кен, а ты уже придумал что в объявлении о наборе напишешь? — спросила Леотия, наливая самогон.       — А что я сразу? — подавился дымом Волк. — Кхем… Если деньги вношу я, строительством заведую и все организационные моменты, касающиеся Гилдхолла на мне, то это не значит еще, что главой гильдии буду тоже я. Это должно будет пройти голосование среди всех членов гильдии… Подсчет голосов и прочее.       — Не-не-не! Не отмажешься, дядя, — сказала Каори, помотав чуть порозовевшей головой. Заправилась спиртом по самое «не балуй». — Ты же прекрасно понимаешь, что именно тебя изберут единогласно, даже не советуясь и не сомневаясь.       — Ну, народ, не смогу я быть вашим Гильдмастером, сказал же… Я же могу пропадать в других мирах месяцами, а то и годами бывало пропадал. А в гильдии же еще нужно порядок среди участников наводить, заключать союзы, иначе будет трындец нашему красивому зданию, — начал было Волк, но был остановлен разом вставшей группой, включая меня. — Вы чего?       — Мастер Кенайл, можешь не бояться за гильдию, — сказала Тирра, выдернув изо рта Леотии укроп. — Мы сами справимся со всем этим. Каждый будет отвечать за свой аспект управления.       — Тогда зачем вам кто-то один на посту главы, если вы и так вместе можете заменить меня? Притом, поди, и получше меня справитесь со всем, — отнекивался Волк, чуть прищурившись. — Да и сгожусь я, разве что, в качестве неспящей охраны, которую боится каждый встречный-поперечный на этом уровне миров.       — Ты такой милый становишься, когда пытаешься отказаться от чего-то, что тебя хоть немного, да интересует, — промурчала Каори, повиснув на шее Кена. Но увидев мой взгляд и «руки убрала» в нем, отдернулась, будто ошпаренная.       Я махнула личу головой в сторону лестницы, спустилась вниз и вышла на улицу «проветриться».       — Опять? Каори, я тебе что говорила насчет твоего прилипания к Кену? Ну это уже не серьезно, блин. Что о тебе Калеб подумает?       — Ничего он не подумает, все нормально с ним. Он понимает, что это всего лишь дружеский жест, — ответила девушка, поглаживая мой затылок. — Мы же очень давно знаем друг друга… Настолько давно, что ничего кроме дружеских чувств появиться не может. Тебя прям так поразил приход Деймоса, опять, что и до такого твою психику начало сбивать?       — Походу… Эх, с гильдией разберемся и там уже можно будет что-то с псом этим придумать.       Почему-то сейчас мне уже не было страшно говорить о оборотне, зная, что нас могут подслушивать из ближайшего переулка, даже среди прохожих и посетителей может быть шпион этого урода.       — Все, показатель стабилизировался? — спустя какое-то время спросила Каори, коснувшись пальцем кончика моего уха.       Дав мысленную команду и коснувшись запястья, я вызвала контекстное меню с характеристиками моей персоны. Найдя графу «психическая стабильность», открыла ее и взглянула на психику.       — Чуть ниже нормы, — сказала девушке и убрала окошко. — Что-то меня в последнее время прямо-таки таращит во всю ширь. А всему виной эта новость о гилдхолле… Наконец-то он у нас будет, вашу же мать. Мне прям не терпится пройтись по нему, позаглядывать в комнаты, посидеть возле фонтанчика.       — А я жду лишь потому, что там будет у каждого своя собственная комната, где каждый волен творить все, что заблагорассудится. Я давно хотела себе голубятню и целые стеллажи с редкими изданиями бестиариев, — сказала девушка и прижалась своей щекой к моей. Личи так приятно прохладные, ужас! Прям звала бы ее каждый раз, как становится жарко. Ну и не только тогда… — А то уже подзадолбало листать засаленные, без половины страниц, разваливающиеся книги. А так, полез в свои — чистые, ухоженные, новенькие — да прочитал, что тебе нужно. И не надо, что самое главное, ждать, когда освободится нужная книга.       — Да тебя, прям, прорвало, я погляжу.       — Ага, еще бы, такое событие ждешь не дождешься. Ладно, давай вернемся к остальным, а то наши мальчики будут переживать за каждую. Они до сих пор думают, что мы в такие моменты готовы поубивать друг друга, — хихикнула девушка и, взяв меня за руку, повела обратно в таверну.       А на втором этаже было слишком уж шумно.       Не успели мы подняться, как пред наши очи предстала вот такая картина: Леотия с Калебом устроили спарринг по армрестлингу. Причем, судя по раскрасневшемуся лицу эльфа и посиневшему дриады, естественно от натуги, в вертикальном положении руки держать уже приличное количество времени.       — Давайте уже на ничьей сойдемся, а то вы так скоро стол проломите, — сказал Кен, наблюдавший за этим действом вблизи.       — Ну уж… Нет… — прокряхтела Лео, не ослабляя натиск. — Этот лопоухий должен… Мне деньги.       — И где связь между армрестлингом и деньгами? — спросила Каори, вернувшись на свое место.       — Самая что ни на есть прямая, — ответила Тирра, смотря на уже трясущиеся руки борющихся. — Калеб предложил ей побороться за деньги.       — Ах, вот ты какой, Калеб! Значит с другими девушками у тебя есть деньги бороться, а на меня, значит, нет? — спросила Каори, сверля взглядом эльфа.       — А у меня их и так нет, я их как раз и хочу заработать! Ты бы лучше не говорила под руку, а подбодрила, хотя бы! — сказал Калеб и стиснул зубы. — Для тебя же, ледышка моя, страюсь!       От такого лич аж порозовела от смущения.       И, либо Лео отвлеклась на мгновение, увидев лицо девушки, либо решила сжалиться над Калебом ради подруги, дриада проиграла.       — Забирай, — кинула мешочек она и повернулась к Тирре.       Калеб с горящими глазами взял деньги, положил в инвентарь и подмигнул Каори. Ой, блин, милота-то какая.       Через минуту они ушли в комнату, потом и Тирра с Лео ушли в свою, оставив нас с Кеном смотреть друг на друга чуть мутными взглядами. Ну, больше это относится к упоротому дядьке, естественно…       — Ну, чего грустим? — спросил Кен и высыпал пепел с тарелочку. — Спать пойдем, или еще посидим?       — Скажи честно, почему ты с нами так возишься? Ты же ступеней на сорок нас круче. Какой резон тебе с нами вообще возиться, с такими мелкими и хилыми?       — Во-первых, как я могу тебя бросить? Ну и что, что у меня 17854 уровень характеристик? Подумаешь, имба для всего на этом уровне! — сказал Волк, поставив локоть на подлокотник (ага, прям-таки логику словила) и водрузив голову на кулак. — Во-вторых, ты сама с меня слово взяла, что не буду я от тебя без крайней необходимости отходить.       — Это, конечно, все очень мило, но все же, честно скажи.       — Не знаю даже, что ответить. Первое, что приходит в голову, это банальное желание быть с вами всеми рядом. Нравитесь, в общем, вы мне… Как-то так.       — Окей… Как знаешь… — ответила я и поднялась со стула. Никогда не поверю, что такое существо (он уже очень давно не человек), как Кенайл фон Ингани, будет просто так водиться с нами, уровень характеристик которых 982. От мыслей о подобном мне вдруг захотелось спать. — Ладно, сильно много не пей, а то знаю я тебя. В одно горло можешь целый погреб выжрать за милую душу.       — Не только за тебя, но и за любого другого из вас, — съехидничал Кен и поцеловал меня в ответ. — Спокойной ночи. Если что, кричи благим матом и колотись обо все, что не прибито. Но не переусердствуй. Люблю тебя, моя кошечка.       — А я тебя, моя седая горка.

***

POV Кенайл       Горка, блин. Я вроде бы не из камня, хотя, если судить по циферкам в полосках здоровья и брони, то вполне можно поспорить. Эх, хорошая все-таки трава… Так хорошо расслабляет и отбивает все потуги даже помыслить о начале размышлений о плохом. Экая многосложная структурка получилась. Даже смешно малясь.       Что-то здесь как-то жарковато. Надо бы на улицу выехать проветриться, да охладиться, а то от выпитого и выкуренного уже подлокотники с сидушкой нагреваю.       Кое-как спустившись по ступенькам, используя попеременно то заклинание левитации, то гидравлику коляски, я подъехал к стойке, где взял себе стакан крепкого самогона, потом уже и выехал на улицу, пытаясь не заржать от представления того, как это выглядит со стороны: выезжает себе из дверей таверны амбал, держа в руке бухло, подъезжает к стене справа и паркуется спиной.       Как же тут шикарно! Людей мало, ветерок обдувает твою нахальную харю, щекоча бородой грудь.       — Привет, Кенчик, как дела? Судя по количеству спирта в таре, не очень, — раздался скрипучий бас где-то справа.       Повернув туда голову, увидел прислонившегося к стене рядом старика.       Дэдгард. "Хер знает с хвостиком" лет. Человек.       Округлая, вечно красная и опухшая от нескончаемой попойки, харя, седая борода, чуть меньше моей, такие же по цвету волосу, собранные в небольшой хвостик, дабы скрыть тем самым залысины. Нос картошкой с приклеенным поверх свежей раны пластырем, потрескавшиеся губы. Фиолетовые глаза, будто светящиеся изнутри, не моргая смотрели на меня с какой-то издевкой.       Довольно высок и подкачан.       Одет старик в местами порванный черный деловой костюм с выглядывающей красной рубашкой. На ногах — начищенные кирзовые сапоги.       — Привет-привет, — вздохнул я и сделал большой глоток самогона. Слабоват, собака… Ни капли не пробил. А может это у меня после травы? — Зачем пожаловал, парень?       — Хе-хе-хе… Даже к давнему знакомому в гости прийти нельзя? Я погляжу, ты уже совсем одичал с этими мелкими. Ай-яй-яй, нехорошо поступаешь с друзьями.       Дэд погрозил мне пальцем, после чего отлип от стены и направился к потоку людей… Замерших прямо посреди действия. Кто-то склонился у стены, дабы выблевать содержимое желудка, кто-то — застыл прямо в воздухе, запущенный туда точным ударом стражника, габариты которого превышали самого нарушителя.       — Я ты все так же боишься большого количества людей в одном месте, — съязвил я и сделал еще глоток. На этот раз уже немного пробрало. Не потому, что меня отпустило, у меня до сих пор в голове туман. Пробрало меня лишь потому, что я чуть-чуть увеличил содержание спирта и других добавок.       Надо же хоть иногда пользоваться своей властью над мирами.       Власть, дарованную нам — Гейм Мастерам — существами сверхвысшими — Модераторами Киберверса. Но, я плюшками пользуюсь настолько редко, что меня даже хотели сократить до обычного «игрока», но передумали. Ну и правильно сделали, как по мне. Иначе, кто бы докладывал им о нестыковках в пространственно-временной материи уровней миров, исправлял ближайшие? Я только этим и занимаюсь… Честно-честно.       А то, какой интерес в том, что ты всемогущий и всеобъемлющий человек, который щелкнет пальцем и пополнил счет на энную сумму золота, или, например, подчинил себе армию и погнал из биться с гарнизоном какого-нибудь города, при этом стоя сам в сторонке и попивая коктейль.       Я всего лишь увеличиваю градус напитков и перемещаюсь между мирами без штрафов, которые и так небольшие, но просто так даже быстрее и не геморрно. Вот… Я даже себе позвоночник не вернул в рабочее состояние, чего уж там? Ах, да, точно! Я же еще уменьшаюсь до размеров нормального человека для… Определенных дел.       — Итак, Дэд, так зачем ты пришел? Твои отговорки а-ля «Прост» и «Не знаю» не прокатят, — поинтересовался я и допил самогон. Эх, ништяк!       — Соскучился. Такого варианта ты не упомянул, поэтому так, — ответил старик и положил свою ладонь в черной кожаной перчатке на пышную грудь одной из шлюх, шедших с очередным клиентом. — Розалия… Четырнадцать монет за ночь. Носильщик Генри, работает на складе при торговой гильдии. Цирюльник Вио… Двое детей, воспитывает в одиночку. Жена сбежала с очередным головорезом.       И таким образом, подходя к каждому человеку, которого я так или иначе знаю, Дэд перечислил около полутора десятков лиц.       — И что? — спросил я, когда он закончил пересчет знакомых. — Соскучился по всем этим людям?       — Нет, Кен, мне не хватало твоего альтруистского рвения изменить мир, — пожал плечами старик и подошел ко мне поближе. — Один из пятнадцати этих людей поражен «проклятьем белого ворона». У тебя есть три минуты, чтобы сказать мне его имя и род деятельности, иначе… стальные четырнадцать превратятся в прах, который убьет всех на этой площади, не тронув прокаженного. Тик-так… Тик… Так…       Окружение вновь пришло в движение.       Сука седая!       Вроде бы и на шутку похоже, так как навряд ли этот хмырь будет кого-то просто так трогать, но… Мало ли чего в опухшем мозгу старого обремененного безграничной властью маразматика появится.       — Минута прошла…        «Белый ворон». Что-то знакомое. Где-то я это название определенно слышал, но с чем это связано? Не просто же так память за это зацепилась. Думай, седая горка, думай!       Логику надо включить срочно.       Ворон. Это птица… Никто с птицами здесь не связан. Окей, едем дальше. Перья. У кого из них есть перья? Розалия, портной, мясник и погонщик лошадей. Круг сузили до четырех — уже что-то. А может, он все-таки играется со мной? Решил позлить, тем самым спровоцировав на дерзость в свой адрес?       — У тебя одна попытка, кстати… Забыл сказать. Старый я стал уже, забываю важные вещи, — не скрывая издевки в голосе сказал Дэд. — Полторы минуты.       Как все наигранно и ненатурально. Аж противно стало от собственного непостоянства в сложившейся ситуации…       И тут моя голова выдала: дело не в этих людях. Дэд просто намекнул на скорейшее возвращение еще одного ГМ-а. Очень паскудного характера человека — Падшего.       Прозвище он дал себе сам, тем самым охарактеризовав свой дьявольский нрав и почти непрекращающуюся тягу к массовому геноциду.       А проклятьем Белого Ворона я сам как-то охарактеризовал уничтожение нескольких поселений, буквально выжженных подчистую в радиусе километра от места своего появления там. А название было таким, потому что парень зациклился на «надевании» на себя огромных белых крыльев и сброса при отходе перьев с них… Вороньих перьев.       — Минута, — напомнил мне Дэд, отхлебнув из своей фляжки.       — Ты с ним разговаривал? Лично, — спросил я, протянув старику стакан, дабы тот наполнил его.       — С кем? — Дэдгард остановил время вновь и наполнил стакан. Фляга у него всегда полная, кстати.       — В Падшим, с кем же еще? Это же мы с тобой дали его выходкам это название.       Дэд запрокинул голову и задумался. А я в это время сделал несколько глотков его самогона, сразу ударившего в голову и грудь. Вот за что я обожаю этого старика, так это за отменное бухлишко. Никогда в этом плане не подведет.       — Дней семь- восемь назад забегал в гости, — ответил старик, помахивая указательным пальцем. — Тогда он куда-то с братом собирался поехать на отдых. Вчера, вон, меня угораздило вляпаться в неприятности. Спас меня парень, хоть я мог и сам. А через несколько часов на его мир напали фанатики одного из ГМ-ов, с которым я хотел договориться о мирном урегулировании, но… Глаз дергается, сука. Но, почувствовав приближение Падшего, получил от него по голове сейфом. А потом не интересно стало, и я слинял…       — О как, — ответил я и прикончил самогон. Не устану упоминать, что он чертовски хорош. — Значит, он решил вырваться из всей «клетки» и отхватить пиздюлей от нас?       — Не совсем, Кен, он на тебя очень долго точил зуб, и сейчас дошел до кондиции, в которой ему уже на все глубоко наплевать.       — Допустим, он обозлился на меня. Но тут всплывает первая нестыковка в твоей «загадке», — сказал я, смотря на полную луну, повисшую над шпилем ратуши с противоположной стороны площади. — При чем здесь еще каких-то четырнадцать существ? И кто будет тем «счастливчиком», что будет наблюдать за муками людей?       — А-а! Ну это было всего лишь приукрашиванием, дабы эффект от аннигиляции в радиусе километра звучал серьезней. Ведь, километр это тьфу, — Дэд плюнул и попал в лицо портного. — Ладно, не буду тебя лишний раз напрягать. Отдыхай, друг мой, да береги соратников.       Старик положил мне на плечо свою ладонь и растворился в воздухе. А окружение вновь пришло в движение.       Блин, на столько скорое возвращения Падшего я ну никак не ожидал. Сколько, интересно, у меня еще времени есть в запасе?       По сути, парень является моим антиподом — тоже отменно владеет мечом, ростом под три метра, седовлас и силен, как Адский Легион. Ну дык, как-то раз он побывал в моем теле, трахнул лучшую подругу, после чего та родила ребенка, который потом станет тем, кого впоследствии назовут Циклопом, но об этом потом. Как-нибудь, когда время придет. Благо, «сын» не унаследовал такую огромную силу. Но зато кое-что другое у него появилось…       — Мастер Кенайл, вас там Тирра зовет, — сказал высунувшийся из дверей хозяин таверны.       Я кивнул и поехал обратно. В главном зале уже осталось всего три человека, не считая хозяина и четырех официанток, вытиравших столы. Странно как-то, в таком городе, в такое время, да людей нет? Случаем, не из-за прихода ли Деймоса все разбежались? О чем я, естественно, спросил, пока поднимался по лестнице.       Оказалось, что сегодня какая-то там месса в храме неподалеку, вот люди и посбегали туда, дабы замолить свои грехи и очистить души. М-да, странные создания…       — Что случилось? — спросил я эльфийку, когда поднялся на второй этаж.       — Не спится, — ответила девушка, на которой кроме сапог на босу ногу, была только ночнушка и короткие шортики.       — Ммм, вот оно как. Тебя что-то тревожит?       — Никак не могу выбросить из головы тот факт, что у нас наконец-то будет свое здание, где можно будет заниматься чем угодно, не боясь того, что в один прекрасный момент на пороге увидишь стражника с кипой бумаг со штрафами.       — Какие же вы у меня впечатлительные, девчонки, — сказал я и погладил Тирру по голове, на что она чуть вжала шею и заурчала, щурясь не пойми от чего. Либо нравилось ей, что я ее глажу, либо что-то смешное в голове промелькнуло. Не важно, главное, что ей хорошо.       — Кен, а почему ты не хочешь быть нашим главой? Ты же нам как отец уже, — эльфийка открыла один глаз и взглянула на меня. — Зная тебя, у тебя должна быть веская причина, чтобы отказаться от подобного поста, привилегий, связанных с ним.       — Слишком большая ответственность, слишком много работы с бумагами, нет склонности к управлению гильдией, — я загибал пальцы, считая каждый пункт заготовленного на этот случай ответов. — Слишком ленив, чтобы занимать этот пост…       — Готовился? — съехидничала Тирра, положив свою прохладную ладонь на мою не до конца сложенную ладонь. Загнув пятый палец, сказала. — Слишком упрям, чтобы отвечать на этот вопрос честно. А еще, главной причиной твоего нежелания, является Лисса. Так ведь?       — Да, — ответил я, убрав руку с головы девушки. — Не могу я ее бросить одну… Обещал приходить раз в неделю в четко установленное время.       — И все же, ты странный, — сказала Тирра, встав со стула. — Можно же спокойно отлучаться в любое время, тебя же никто не обязывает все время сидеть в Гилдхолле       — Не хочу ничего менять… Пусть уже все будет так, как идет.       И ничего больше не говоря, я уехал к себе в комнату. Не включая свет, подъехал к окну, за которым уже вовсю лил дождь. Шум перекрывал все звуки происходящего снаружи.       Вернувшись к стенду со снарягой, я, не включая свет, в очередной раз посмотрел на выбоины и царапины на лицевой поверхности нагрудника. Как же много я за всю свою жизнь повидал, ей богу… Цивилизации на моих глазах развивались и рушились в одно мгновение, люди рождались, старели, иногда и умирали, не дожив и до сорока лет.       Тяжело жить больше остальных из своего рода, но еще тяжелее — быть последним. Я знаю, что есть еще много миров, где живут такие же дриады, нейсы, эльфы, но от этого становится, почему-то, еще тяжелее на душе. Не знаю от чего.       Просто тяжело это все. Слишком.       На улице сверкнуло, громыхнуло и дождь стал еще сильнее. М-да, как бы не затопило город-то, иначе придется помогать жителям, а это лишние глаза, следовательно, и лишняя информация о моем местоположении. Падший же преспокойной может завладеть разумом практически любого существа.       Во мраке комнаты мой взор упал ползущего по стене паука, размером где-то с ноготь моего большого пальца.       — Ну, хоть кто-то в такое время ко мне пришел, — не пойми зачем сказал я и снова подъехал к окну.       В переулке прямо под ним, под скатом крыши, стояло двое: она раком, он — пристроился сзади. М-да… Ну и нравы у людей пошли.       Отъехал от окна. Это уже второй раз? По-моему, да.       Скукота… Книжку чтоль почитать какую? Открыв инвентарь и зайдя в нужный раздел, извлек толстенную книгу за авторством Брий-Риан-Грейто «Красный Мостовой камень». Автор рассказывает о своем детстве, на период которой выпала гражданская война между близлежащими племенами минотавров, при том, что сам он — ящеролюд. И в итоге, все сорок лет, а именно в столько становятся в их народе совершеннолетними, описываются в книге. Сейчас я на двадцати трех годах.       Чем-то напоминает один из периодов моей жизни.       Я тоже тогда усиленно пытался понять кто я и кем хочу себя увидеть в скором времени, взглянув в зеркало. Перепробовав хренову тучу вариантов, пришел к выводу, что нужно для начала сменить дислокацию.       Но, какой бы ни была интересной книга, опасность я чувствую даже при полном отстранении от окружающего мира.