Чужая трагедия

- Подвигай пальцами! Возьми писало, напиши "Вход открыт". Мои руки были похожи на медвежьи лапы. Нет, даже не так. Они выглядят как связка колбас. Меня облачили в доспехи, которые не доспехи, потому что защищать будут не от вражеских ударов, а от воздуха "лодки". Как вам их описать? Представьте, вы берете мешок с зерном, и засовываете туда ногу полностью, до задницы. Представили? А теперь соедините несколько таких мешков между собой, чтобы вы полностью в них влезли и на голове у вас огромный чугунок, в несколько раз больше вашей головы. Вот так я отправился в гости к Хель. Мы прибыли на место вечером. Это было подножье безлюдного горного хребта. На сером фоне гор чернела скала, по форме похожая на перевёрнутую плошку. Мы приближались к ней. Когда Нефис выпустила нас с Улуух'Луу "погулять перед сном" мне пришлось запрокидывать голову, чтобы увидеть закруглявшийся край "плошки". Как можно такое "построить"? И это ведь тоже не "корабль", а только "лодка"? Да, мне сказали, что телесно прародители крупнее людей. Но даже стоя возле "лодки" я не догадывался насколько! Возле разбившейся "лодки" было тихо. Чёрной громадой нависала она над нами и говорить громко совсем не хотелось. Мне сказали, что опасности внутри нет. Но не опасностью, а Жутью веяло от нее. Как будто сама Хель стояла за плечом. Чтобы попасть внутрь "лодки" нужна моя живая плоть, и ни как иначе. Улуух'Луу говорил мне какую-то ерунду про то, что каждый кусочек моего тела сложен из букв и слов, и кроме того, во мне есть то, что заставляет их светильники светиться! Интересно, почему же тогда я не свечусь? Так вот, все вместе, вся эта каша заставит замок лодки открыться! Вы бы поверили? Я тоже не верил. Но с другой стороны я уже увидел столько чудес, что и не верить не мог. Утром, в мешковатом костюме, только правая ладонь и оставалась "на вольном воздухе", а в левой был ящик, с топором, картой и другими колдовскими штучками, я подошёл к черной гладкой стене, к тому месту, на которое мне вечером показал Улуух'Луу. Когда замок откроется, на правую руку мне нужно будет одеть такую же варежку с пальцами-колбасами, какая уже надета на левой. Внутри для меня все отравлено. Если яд сумеет одолеть защиту из мешков - мне конец. Поэтому мне ни в коем случае нельзя себя задеть "лезвием топора", вместо лезвия у которого солнечный луч. Да и не бывает таких "солнечных лучей" чтобы выжигали камни! Я называю эту коробку топор, потому что буду использовать ее в качестве топора, чтобы войти в запертые комнаты, хотя больше всего она похожа на меч. Узкий и лёгкий. Ещё на голове у меня закреплён светильник, я могу сказать "день" и он будет светить, туда, куда я смотрю. Или могу сказать "ночь" и он выключится. Но интереснее всего то, что он понимает слова "светлее" и "темнее". Я могу устроить полдень, вечер, сумерки, всё как захочу. Когда я войду в это разбитое корыто, где-то там, в его глубине мне нужно будет найти тело Ашш-Асс'Ссаа. Нашей праматери. Ну вот и всё. Надо заходить. Складки "чёрной шкуры" разошлись и на поверхность "всплыла" блестящая плитка. Я поднес к ней правую руку. Плитка покрылась огненно-красными узорами, мне даже показалось, что по руке пробежался теплый ветерок. Узоры рябили, а больше ничего не происходило. Я чувствовал себя глупо. Наконец я моргнуть и не увидел стены перед собой!!! Я поднял голову и осмотрелся. Похоже на вход в пещеру. Тоже в виде перевёрнутой плошки. Очень большой плошки. Я шагнул во тьму. Мне говорили, что внутри света не будет. Совсем. А если где-то будет, то а такие места лучше не соваться. Ну что же, света нигде нет, значит всё хорошо. Идём вглубь "пещеры" внутри "лодки". Это я сейчас понимаю, что это безумие, а тогда мне все казалось нормальным. Я сказал "день" и осмотрелся. За моей спиной была глухая стена. Высокие гладкие черные стены и прямой проход. Вперёд. Забыл сказать, что в своем чугунке отлично слышал все, что происходит вокруг. А также слышал и подсказки Улуух'Луу. Почему его подсказки, а не мамочкины? Мамочка сейчас занята, готовится к общению со злыми духами. А я иду сюда, чтобы она смогла это сделать. Чтобы принести ей кусочек её собственной плоти.