Русалка Илья, или никогда не спорьте с алкашами

После долгого рабочего дня я люблю погулять на пляже, ну или бухнуть. Но сегодня вторник — значит пляж. Волны накрывают береги белой пеной принося и унося с собой ракушки, или водоросли. Солнце уже начинает садиться, ради таких закатов я и арендовала себе частный домик у моря. Мысль о бухлишке не даёт мне покоя. Господи, Юля, да ты алкашка! Нет чтоб за работу взяться и получить премию перед отпуском, или маме охапку внуков нарожать. А она думает лишь бы напиться! Ну я же работала не покладая рук два дня. Заслужила! Ну как работала? Сегодня с Александровым устроила перестрелку казёнными степлерами. Когда вспоминаю лицо своей начальницы в этот момент, то смеяться хочется. А ей было не смешно поэтому у нас с Геной теперь нет степлеров, а жаль… Завтра должен был быть финальный бой. На мою победу почти весь отдел поставил. А эта Ольга Юрьевна всё испортила! О! Точно! Напьюсь с горя! Финала не будет! Ой горе мне, горе... Где бухлецо? Возьми себя в руки, Юля! Тебя с такими темпами закодируют! Я продолжала прогулку и очень интеллектуальный разговор с высококвалифицированным специалистом во всех профилях на мою любимую тему, но вдруг я увидела на берегу тело. По логике человеческое, подойдя ближе я заметила, что оно мужское. — Мужчина, вам плохо? Он пробубнел что-то вроде: — Русалка я… Ру-ру-ру… Русалка… Ариель принцесса океана… Русалка я Серёг… — Я не Сергей. Я Юля. — возмутилась я, я что такая "не очень" что похожа на мужика? Можно было и промолчать. Хам! — Серёга? — также пробубнело это тело, видно было что оно бухое в зюзю, почему он, а не я? — Сер-серый? Я русалка… — Ты далеко не рыба, ты мясо, — с умным видом сказала я. Он открыл глаза и закричал: — Серёга, мать твою! Где мой х-х-хвост. Я русалка! — Мужчина вы в порядке? Меня пробирало. — Мать вашу, — тело упало обратно, волна омыла его и оно прошептало: — Сука... Я не русалка. Обидно. Серёги нет. Грустно. Я мокрый. Холодно. Я Илья. Ужасно. Я бухой Илья. О, отлично. — Илья… Как ваше отчество? — Валерьевич. — Илья Валерьевич, не заставляйте остальным вам завидовать. — Юля.. Как ваше отче-че… Оче… О-о-о… Овечест… Как батю зовут? — Дмитрий. — Юля Дми-дми-д… Деми… Д-е-м-в… Короче, Юля батя Дима, не заставляйте остальным вам хамить, мне очень плохо... Ферш-фешр… Понятно? — Ферштейн. — ответила я, и мне как-то стало жалко этого алкаша. На вид ему где-то двадцать пять, блондин, с карыми глазами, кольца не обнаружено. И он такой харизматичный. Не считая того что он чуть ли мне на ноги не нарыгал, ну с каждым такое бывает. Может и не с каждым, но со мной бывает. — Илья, может вас домой завести? — Мой дом под водой, — с закрытыми глазами ответил он. — Тебя утопить? — Давай, хуже уже не будет. Я уже собиралась тащить Илью Валерьевича на дно морское, как я осознала что в тюрьме бухать нельзя. И поэтому я повела алкаша к себе домой. Молодец, Юля, хорошо ты слушала маму в детстве. А она думала что хуже дохлого кота, которого ты притащила в восемь лет домой и назвала его Муркой не будет. А, нет, Нина Витальевна, не на ту дочь попали!