Одинокая звезда

Утро — это ведь та часть, на которую возлагают надежды, строят планы. Так почему же это утро выдалось таким неудачным? Проснувшись, Глеб почувствовал, как сильно болит его горло. С этого дня он пообещал себе, что больше не играет в бутылочку, ибо ни к чему хорошему это не приводит, минимум в его случае. Парень встал с кровати и, проклиная всё на чём свет стоит, пошёл  завтракать. Всё как всегда, скучная утренняя рутина. Люди делают одни и те же действия каждый день и им не надоедает. Парадокс. Он заварил себе чай, поскольку горло ещё болело. "Да, заболеть бы сейчас, особенно, когда живёшь один, и тебе никто не поможет". Вскоре блондин пошёл к аптечке, чтоб найти хоть что-то, но там было пусто. Ничего кроме снотворного и пары других препаратов. "Бля, придётся пиздовать в аптеку". Вообще, Глеб не особо любил выходить из дома, разве что на балкон в подъезде — покурить. Выйдя на площадку в подъезде, он заметил Олега, который стоял на балконе и как не странно курил. При виде него всегда возникал вопрос: "Зачем он едет ко мне на этаж и курит тут, а не у себя?". Хотя лишний раз его увидеть не помешает. Каждый раз при виде кудрявого он боролся с чувствами и эмоциями, которые могли выдать его в любую секунду. Парню не хотелось рушить отношения с новым другом из-за своих чувств, которые свалилась ему как снег на голову. Было больно и грустно от того, что он не мог сказать об этом никому, хотя нет, он мог, но не сейчас. Всё же Глеб решил подойти и поздороваться. — Привет, — негромко сказал парень. — Привет, — улыбаясь, повернулся к блондину Савченко, — Что с голосом, заболел? — беспокойно спросил кудрявый. — Да, щас вообще в аптеку пру, ёбанный челлендж. Я с вами больше не играю, — с обидой в голосе говорил Голубин. — Давай я с тобой схожу? — смотрел в его глаза Олег. Они были такие чистые и глубокие, что казалось в них можно тонуть. — Идем, -- он побежал к лифту.  И парни вместе пошли в аптеку. Их поход длился недолго, поскольку блондин знал, что он обычно пьёт в таких случаях. Расставшись в подъезде они разошлись по квартирам, ибо Олегу нужно было срочно домой. Заперев дверь, Глеб увалился на кровать и стал пить таблетки. Но не успев их рассосать, вырубился. Ему стоило набраться сил, которых, увы, так не хватало, чтобы жить. Уснув, он напрочь забыл о встрече с Морти. Славик долго звонил Глебу в попытках хоть как-то прорваться, вскоре, послав всё к херам, парень решил навестить Голубина. Приехав на район друга, парень быстро отыскал нужный дом и проскочил в подъезд. Поднявшись на последний этаж, он долго стучал в дверь, но ему не открывали. В душе затаилась тревога и переживания. Славик вышел на балкон, но и там не застал Глеба. Вскоре он додумался пойти на крышу. Это была самая гениальная идея за всё это время. Вход туда как ни странно был открыт, Михайлов с лёгкостью перелез через небольшую возвышенность. Перед ним открылся прекрасный вид на уже вечерний город. Он не сразу заметил Глеба, лежащего почти на краю и курящего сигу. Услышав шаги, Глеб понял, что кто-то нарушил его покой, но он слишком сильно углубился в свои мысли, чтобы хоть как-то пошевелиться. Он лежал тут уже полчаса после своего пробуждения и думал о жизни. Вскоре к нему приблизился Славентий. Глеб открыл глаза и приподнял голову, чтоб лучше видеть друга, а не заходящее солнце, которое слепило глаза. — Привет, — сорвались слова с губ Глеба, ему сейчас совсем не хотелось говорить, но не молчать же. — Привет, какого хрена ты не отвечаешь на звонки? И что ты тут делаешь? — напряжённо смотрел парень на Голубина. — Я телефон забыл дома. Сори, бро. Морти поднял с пола пачку сигарет. — Какая? — спросил Слава, рассматривая содержимое. — Вторая… — тихо произнёс блондин. — Сига? — Пачка. — Сименс, ты что вообще, блять, ёбнулся или на солнце перегрелся? Выкинь каку з рота, — возмущённо орал на него друг. Он бросил коробку на пол и пнул ногой, да так, что она улетела за край крыши, и содержимое посыпалось на головы беспечных граждан. — Во-первых, можно на русском, а во-вторых, блять, это была последняя пачка. Какого хера? — Такого, ты что сдохнуть захотел, жить надоело? Да что с тобой, блять, происходит после переезда? — с упрёком продолжал этот разговор Слава, — Ты в последнее время ведёшь себя пиздец странно. Ночью не спишь, звонки игноришь, на Олега залипаешь. Что происходит, пожалуйста, объясни мне. Я жить спокойно не могу, смотря, как ты убиваешься. — И я не могу. Это сильно сложно даже для меня. Иногда так хочется уйти, забыться, уснуть и не просыпаться. Никогда… — Глеб говорил это таким холодным голосом, что Вячеславу стало как-то не по себе. — Суицидник ты хренов. Зачем ты так хочешь умереть? — всё же решился на этот вопрос Морти. — Потому что внутри я уже мертв. Когда копаешься в себе, ты хочешь что-то найти, но находишь лишь пустоту. Знаешь, что за последнее время я понял? — Что? — в недоумении смотрел на того Славик. — Что времени не существует. А главное в жизни — это любовь. Но не для меня, мне никогда не светит быть с тем, с кем я хочу. Знаешь, как это жить, зная, что у тебя нет шансов? Даже жить не хочется… — смотрел ему прямо в глаза блондин. Морти порой казалось, что его друг постепенно слетает с катушек, ему так больше не кажется. — Знаешь, — сел рядом парень, — Может, тебе надо просто высказаться кому-то. Тому, кто тебя поймет и поможет, тому… — не успел он договорить, как его перебили. — Ты прав. Может и надо. Поскольку ты мой лучший друг, тебе и стоит рассказать. Даже, блять, не знаю как начать. Ты точно не воспримешь меня всерьёз. Знаешь, как больно безответно любить, понимая, что не судьба. Видеть этого человека каждый день, смотреть ему в глаза, улыбаться, когда в душе ты хочешь большего. Но ты скрываешь всё — эмоции, которые прут через край, свои тупые, ёбанные чувства, которые никому нахуй не нужны. Ты постоянно чувствуешь себя хуёво. Из-за этого человека я не могу спать ночами, при виде его моё сердце стучит быстрее… Славик обнял друга, не дав ему договорить. Он просто задал один вопрос, который заставил Глеба замолчать: — Это Олег? — Да, — сипло сказал Голубин, опустив глаза. — Ок, я тебе помогу. Доживешь до утра? — с еле заметной улыбкой спросил Славик, не разрывая объятий. — Да… — Конечно да, куда ж ты денешься, дурачок, помирать собрался. Кто тебе разрешит? — уже смотрел ему в глаза Морти. Он таким взглядом глядел в них, что на лице Глеба просияла незаметная улыбка. — Спасибо. За поддержку, я знал, что ты мне поможешь, — улыбался Голубин. — Может, пойдём домой? — А может, лучше давай смотреть на звезды. Знаешь, я всегда мечтал целую ночь пролежать на крыше, любуясь на них. — Базара нет, — и с этими словами парень закурил сижку.