Лучшее лето

25 мая — Алёна, а что это ты там рисуешь?       Я наклонился и заглянул через плечо девочки. Она старательно что-то выводила карандашом на бумаге. — Это мой папа, вот, посмотрите! — девочка протянула мне рисунок.       На белом листе был изображён высокий и худощавый мужчина, держащий за руку белокурую девчонку. Солнце ярко сияло и цвели подснежники. В стиле Алёны. Я улыбнулся и взглянул на малышку. — А это — я, — Алёна указала пальчиком на девочку с рисунка. — Очень похожа, — Я отдал рисунок ребёнку. — Почему же твой папа такой тонкий? Каши мало кушал? Вместо ответа девочка хихикнула в кулачок и пожала плечами. Я сам замечал, что Алёна немного худовата для своего возраста. Теперь ясно в кого.       Я прошёл вдоль рядов и вернулся на своё место. Да уж, быть классным руководителем не так просто, как я думал, когда нанимался на эту работу. Пусть это и первый класс, с ними не так легко справиться. Все эти дети невероятно творческие и в то же время неугомонные. Каждый из них мне полюбился по-своему. Особенно Алёна.       Её светлую, блестящую на солнце голову, я заметил сразу на линейке первого сентября. Тогда я только знакомился с детьми. Они все наперебой говорили со мной и делились впечатлениями от прошедшего лета. Их даже не смущало, что мы едва познакомились. Но не Алёна.       Она тихо стояла в сторонке и тонкими дрожащими пальчиками сжимала воздушный шарик, который так и норовил вырваться из детских ручонок. Рядом с ней я увидел невысокую женщину — видимо, маму. Она постоянно говорила по телефону и не обращала на дочь никакого внимания. Честно говоря, девочка на неё была даже не похожа. Я не думая, предложил ей поболтать с нами и, как ни странно, она сразу согласилась.       Вскоре, Алёна расцвела на глазах. Стала больше общаться и открываться одноклассникам. Заимела много подруг и друзей. Даже с некоторыми учителями сумела подружиться.       Иногда, домой мы возвращались вместе. Мне было идти недалеко, да и погода была хорошая. А Алёна задерживалась в школе из-за кружка по плаванию и уходила вместе со мной.       Она любила говорить обо всём на свете. О цветочках, о птичках, о солнце и космосе, об улыбках и танцах. Много говорила о своей семье.       Я понял из её рассказов, что девочка вполне счастлива. Дома её любят. А точнее — любит. Папа. Мама тоже раньше была, но она её не особо любила, а потом и вовсе ушла. Но Алёна не расстроилась. Ей было достаточно и папы.       Его я, кстати, ни разу не видел. На все собрания ходила мама — Ирина Николаевна. Сейчас уже конец мая и буквально через пару дней состоится последнее родительское собрание. Из раздумий меня вырвала трель школьного звонка и детский голос: — Арсений Сергеевич, посмотрите у меня, пожалуйста! — И у меня! — Арсений Сергеевич! 28 мая, 18:15       Последний учебный день подошёл к концу. Честно сказать, я ждал этого не меньше, чем дети. Хочется уже поскорей отдохнуть от этой городской суеты и понежиться на солнышке где-нибудь за границей. Но, как говорится, сделал дело — гуляй смело.       Я не спеша шёл по коридору в сторону кабинета. На скамейке перед классом уже сидели родители. Многих из них я узнал. Большинство, конечно, были мамами, но и отцы семейства тоже появлялись. Мы вежливо поздоровались, и я открыл дверь. До собрания ещё пятнадцать минут, и родители понемногу заполняли класс.       Я углубился проверку каких-то бумаг и особо не обращал внимание на тех, кто заходит. Они здоровались, и я в ответ проявлял вежливость. Мой телефон завибрировал, а это значит, пора начинать.       Разговоры стихли. Я встал и оглядел класс. Взрослых было много и они все было очень похожи на своих детей. С некоторыми из них я завел какую-никакую дружбу. — Всем здравствуйте, — я улыбнулся и произнёс своё коронное выражение, с которого начинаю каждое собрание. — Новенькие в классе есть? По рядам прокатился тихий смешок и пару человек подняли руки. — Отлично. Будем знакомы, я — Попов Арсений Сергеевич, для тех, кто ещё не в курсе. Для начала, я бы хо…       Искра. Или буря. Или безумие. Или всё сразу обрушилось на меня, когда, мои глаза нашли его глаза. Такие знакомые зелёные глаза. Чертовски знакомые. Клянусь, в тот момент, я чуть не подавился воздухом.       Мужчина в сером кардигане, такой красивый, такой изящный, сидел на третьей парте первого ряда. Светлые волосы, зелёные глаза, родинка на носу — если б мне назвали все эти объекты, я бы незамедлительно вспомнил ангельское личико Алёны. Но это была не она. Её папа. — Арсений Сергеевич, с вами всё хорошо? Женщина — мама одной из моих учениц, нахмурилась и склонила голову набок. Я сделал попытку вернуться на землю. — Да-да, всё прекрасно, продолжим. 28 мая, 19: 03 — На этом всё, подходите с вопросами! — Я улыбнулся и от усталости упал в кресло.       Я так не уставал ни одно собрание. Ведь ни на одном не было следящих за мной пристальным взглядом глаз.       По спине скатывался крупными каплями пот. Я старался максимально сдержанно общаться с родителями, которым было невтерпёж узнать об успехах их чада.       Когда дверь за последней надоедливой дамочкой наконец закрылась, я шумно выдохнул и откинулся на спинку кресла. Не то, чтобы я так плохо относился к родителям своих детей, просто сегодня мне было не до их допросов. — А…Извините?       Боже, ну что там ещё? Я еле разлепил отяжелевшие веки и попытался сфокусироваться на новом объекте моей ненависти. И, как только мне это удалось, я подскочил на кресле. Серый кардиган, зелёные глаза и родинка на носу — причина моей усталости и вспотевшей спины. — Меня зовут Антон. Андреевич. Я папа Алёны Шастун. — З-здравствуйте, — я поморгал, пытаясь понять, сплю я или нет. — Вы не могли бы сказать, как там Алёна? С ней всё хорошо? Её не обижают?       Не знаю, сколько я смотрел ошарашенными глазами куда-то в пространство, но вскоре я понял, что пора бы и ответить. — Нет — нет, Алёна прекрасная девочка, с чего вы взяли, что её будут обижать? — Я изо всех сил старался унять дрожь в голосе. Мой собеседник немного помедлил с ответом. — Я недавно развёлся с женой. Может, на этой почве у неё появились какие-то проблемы… — А вы с ней говорили об этом?       Мужчина внимательным взглядом изучал моё лицо. Скажу честно, в это время я занимался тем же самым. — Да, конечно! Она мне много всего рассказывает, но на эту тему мы не говорили никогда. — Могу вас заверить, Алёна чувствует себя прекрасно и в школе очень общительна и никогда не грустит. Думаю, с ней всё в порядке. Лицо молодого папы просияло. Моё, по-моему, тоже.       Мужчина вежливо меня поблагодарил и направился к двери. Я уже восхвалял всех богов, что не потерял сознание во время разговора, как вдруг, эти самые боги решили подсластить мне пилюлю. — Антон Андреевич! Он обернулся. Чёрт, я сам не знаю, зачем это сделал. — Да? — Не хотите куда-нибудь сходить? Зелёные глаза хитро прищурились, а на алых губах заиграла ухмылка. — А давайте. 29 августа, 5:37       Солнечные лучи ласкали кожу, не давая уснуть. Я, приподнявшись на локте, изучал взглядом худую, усыпанную родинками, спину парня, лежащего напротив. В соседней комнате мирно посапывает светловолосая девчушка.       Лето подходило к концу, но я могу с уверенностью сказать, что это было лучшее лето за всю мою жизнь. Ведь я обрёл семью.       Антон и Алёна — моя семья. Я могу сказать это гордо и с уверенностью. Я безмерно их люблю и буду любить. — Ты время вообще видел? — Антон сонными глазами уставился на меня. — Арс, ты почему не спишь? — Я тебя люблю. — Чего? — Антон распахнул глаза от удивления. — Люблю я тебя, вот чего.       Сказав это, мой мозг, кажется, отключился. Сон всё же сморил меня, и я лёг обратно. Последнее, что я почувствовал, это как чья-то тёплая рука обнимает и прижимает меня к себе.