Проклятая картина

«Если дьявола не существует и, стало быть, создал его человек, то создал он его по своему образу и подобию» Федор Достоевский

Говорят, у каждого внутри живет Бог и Сатана, сохраняя равновесие в душе человека, но когда тот начинает копаться в себе, разыскивая истину, эти двое просыпаются и начинается война со всеми необратимыми последствиями. Словно человек , самое слабое существо начинает рождаться заново, как птенец, борющийся внутри скорлупы не на жизнь, а на смерть. К сожалению, лишь единицы смогли выстоять до самого конца и познать больше, чем доступно тем, кто даже не пытался сделать шаг навстречу самому себе. Чимин шел вдоль малолюдной улицы, хватаясь за шершавые стены какого-то здания, смутно напоминающего музей. Смахнув мешающие пряди, он попытался задержать свой взгляд для того, чтобы сфокусироваться на чем-то одном, но постоянно двигающиеся фигуры вызывали лишь головокружение, и картинка перед глазами вновь напоминала расплывчатый кадр с нечеткими очертаниями людей и предметов. Глубоко выдохнув, Чимин устало прикрыл глаза и дал себе несколько минут на отдых, прежде чем снова предпринять какие-либо попытки. Проклиная все на свете, парень сжал кулаки и поспешил к входной двери здания, чтобы укрыться от палящего солнца. — Будьте добры, — улыбнулась девушка, протягивая руку, — покажите ваш билет. Чимин непонимающе посмотрел на протянутую руку и пожал плечами, попутно изображая подобие улыбки, которая вышла уж слишком мучительной. Указав на кассу, девушка поспешила к другим посетителям, оставляя парня наедине. Поразмыслив над происходящим и придя к выводу, что будет лучше, если он побудет немного в прохладном месте, где сможет еще и убить время, рассматривая разные экспонаты, Чимин шаркающей походкой направился к указанной будке. Проходя мимо ценных предметов, которых время совсем не пощадило, разрушая внешний вид, парень едва удостаивал их своим вниманием. Несколько туристов, идущих позади, что-то яростно обсуждали на иностранном языке, попутно фотографируя все подряд, чем порядком начинали уже выводить из себя и без того нервного парня. — А здесь находится весьма интересная вещь, — воодушевленно размахивая руками, вскрикнула экскурсовод, указывая куда-то в сторону. — Эта картина была обнаружена под обломками древнего поместья, которое, к сожалению, сгорело вместе со своими хозяевами. В народе этот портрет славился отнюдь не самой хорошей репутацией, и многие стали называть эту картину проклятой. Чимина передернуло от веселого тона девушки, и он поднял свой взгляд, натыкаясь на необычайно красивую работу художника, обрамленную в позолоченную багетную раму. Каждый изгиб был выполнен с такой профессиональностью, навевая на мысль, что художник изрядно потрудился над своим шедевром, ревностно выводя каждый контур. — А кто этот молодой человек? — спросила женщина с ужасным акцентом. — По легенде, на этой картине изображен сам Сатана, — в глазах экскурсовода загорелся огонек, и та зачем-то перешла на шепот. — Сама работа была написана еще в восемнадцатом веке по заказу одного из самых загадочных персон того времени. К сожалению, об этом человеке ничего не удалось узнать историкам, поэтому, как видите, нам остается лишь наслаждаться красотой этого молодого человека, изображенного на картине. — С чего вы решили, что она проклята? — спросил Чимин, проявляя неподдельный интерес ко всему происходящему. — Все те, кто приобретал эту картину, через какое-то время умирали загадочной смертью. Чимин проводил глазами толпу, направляющуюся к другому экспонату, и повернулся лицом к полотну. На парня смотрел весьма обаятельный юноша, облаченный в черный сюртук, а вокруг мужской фигуры валялись десятки цветов, придавая атмосфере еще больший изыск. Что-то в его лице было таким привлекательным и манящим, что Чимин невольно поймал себя на мысли о покупке этой картины. Аккуратные черты лица восхищали своей реалистичностью, будто на Чимина смотрел живой человек из крови и плоти, а не клякса из краски. Симметричные глаза больше напоминали звездное небо, в котором можно было так легко забыться и потерять ориентир, идеально очерченная линия подбородка подчеркивала красоту молодого парня, губы которого были слегка приоткрыты в наглой усмешке, словно портрет ожил и сейчас насмехался над необузданными чувствами Чимина. Не в силах больше на слух следовать за толпой, шум которой становился все менее различим, чем собственные мысли, Чимин заглядывал в глаза портрету, выискивая что-то. — Что за глупость, — выдавив из себя нервный смех, парень поспешил к выходу, чувствуя подступающую тошноту. Шум сливного бочка немного отвлек Чимина от наводящих мыслей, а холодная вода и вовсе привела парня в сознание. Взглянув на свое отражение в зеркале, он издал глубокий выдох и вновь вспомнил о манящих глазах с полотна. Перед глазами предстал этот странный юноша в черном одеянии и цветами под ногами, которых было по большей мере около двадцати. Смутно припоминая обратную дорогу домой, Чимин крепко сжал края раковины и закрыл глаза. Его голова начинала разрываться от ноющей боли в районе висков, а тошнота лишь усиливала желание поскорее лечь в постель и дать своему организму отдохнуть. Густые ресницы слегка поддергивались во сне, а на лбу образовалось несколько морщинок из-за хмурого выражения лица парня. Все говорило о том, что Чимину снится плохой сон, хотя все было далеко не так. Во сне он снова оказался в том самом музее и перед той странной картиной. Где-то на фоне слышался городской шум и постоянные разговоры каких-то прохожих, но все внимание парня было устремлено лишь на композицию. Чимин не понимал, откуда в нем такой жадный интерес к этому юноше, смотрящему прямиком в глаза своему зрителю. Он будто не мог насытиться им, желая большего, как наркоман, требующий еще дозы своей эйфории. Чимин боялся даже моргнуть, испытывая необъяснимый страх и рвение присвоить вещь себе. Разглядывая черные омуты, словно в первый раз, Чимин уловил еле заметное движение на картине и сделал несколько шагов назад, чувствуя, как сердце готово вот-вот выпрыгнуть из груди то ли от страха, то ли от удовлетворения. Постояв еще минуту, парень уже было подумал, что начинает сходить с ума, но, когда два глаза заморгали, а руки сжались в кулаки, Чимин затаил дыхание, боясь привлечь к себе внимание. — Надоедает подолгу не двигаться, — ухмыльнулся юноша, глядя в глаза Чимину. — Тело потом совершенно отказывает слушаться. За какие-то секунды картинка изменилась до неузнаваемости, и сейчас Чимин стоял перед тем самым парнем, протягивающему тому руку для знакомства. Ответив на рукопожатие, парень не верил своим глазам. — Как твое имя? — полушепотом произнес Чимин, не отрывая своего взгляда от лица парня. — Как только я назову свое имя, ты начнешь искать меня среди тысяч страниц книг по истории, — усмехнулся юноша. — Чтобы было все честно, я тебе предлагаю сделку. Чимин шумно сглотнул и вытер потную ладонь и край футболки, мысленно взвешивая все «за» и все «против». — Я знал, что я не ошибся на твой счет, — ласково ответил парень, наблюдая, как Чимин слабо кивает головой. — После того, как ты узнаешь мое имя, ты должен будешь стать моим. Не понимая смысл сказанного, Чимин утвердительно закивал, испытывая гордость, что именно он смог привлечь внимание этого странного юноши. — Чонгук, — представился парень и слегка коснулся щеки Чимина, от чего тот учащенно задышал. — Скоро увидимся, Чимин. Вскакивая с постели, Чимин схватился за ручку в попытке записать свой сон, дабы не забыть всю ту полученную информацию. — Чонгук, — шептал парень, словно пробуя на вкус и смакуя каждый слог, наслаждаясь своей маленькой победой. Хватая рядом лежащий лэптоп, Чимин принялся рыться в архивах, хранивших в себе множество информации, касающейся прошлых столетий. Спустя пару тройку часов глаза парня уже порядком подустали от тусклого света, а голова все еще требовала отдыха, но, несмотря на это, Чимин продолжал искать нужную информацию, обладая лишь ничтожным именем, которое стало для него молитвой. Наконец, отыскав несколько строк, в которых мельком упоминалось о некоем юноше, погубившем целый город, Чимин захлопнул крышку лэптопа, чувствуя при этом большое удовлетворение. Парень не понимал до конца все происходящее, не прислушивался к своей интуиции, вопящей об опасности, наслаждаясь мнимой победой. Чимина словно околдовали, а ему это и не мешало. Каждый вечер Чимин просил Чонгука снова посетить его сон, но ничего не происходило. Дни сменялись неделями, и Чимин уже начал забывать обо всем, лишь имя, записанное на бумаге, висящей над столом, напоминало тому о мистическом сне и необъяснимо вспыхнувших чувствах парня. Гуляя по знакомым улицам, Чимин пытался скрыться от палящего солнца и, наткнувшись на знакомое здание, где когда-то впервые увидел портрет с Чонгуком, решил зайти внутрь. Не успев ступить и шагу, парень вновь оказался лицом к лицу с картиной, на которой все так же величаво красовался юноша с красивыми чертами лица. Чимин протянул руку, но картина исчезла, а вместе с ней и сам Чонгук. — Пришло время овладеть тобой, — послышался слабый шепот откуда-то из тьмы, пугая до чертиков. — Ты ведь не забыл наш уговор? — Ты хотел, чтобы я стал твоим, — боязливо оборачиваясь по сторонам, Чимин пытался уловить движение, но вокруг было настолько темно, что парень едва мог видеть свои руки. — Забирай мое тело, как мы и условились. — Люди такие забавные, правда? — расхохотался Чонгук, появляясь из ниоткуда. — Вы совсем позабыли, кем являетесь, и что есть самое важное. — Жизнь? — Чимин сделал шаг назад, но подошедший вплотную Чонгук не дал тому избежать его взгляда. — Что есть жизнь? — Чонгук взглянул на губы Чимина, слабо касаясь их указательным пальцем, — увы, но жизнь быстротечна, а в моем понимании ее вообще не существует. Думай, Чимин, думай. Затаив дыхание, Чимин закрыл глаза, наслаждаясь опасной близостью. Даже сейчас, находясь на волосок от смерти, парень вновь поддавался своим чувствам, забывая обо всем на свете. — Отдай мне свою душу, — прошептал Чонгук, рисуя узоры на чужой спине. — Будь со мной навсегда. Чимин знал, что это ловушка, но ничего не мог поделать с собой. Он уже давно был мертв, так уж лучше быть с тем, кого выбрало твое сердце и быть именем в нескончаемом списке Чонгука, напротив которого будет стоять галочка, нежели просто кануть в небытие.

***

— А здесь находится весьма интересная вещь, — распиналась девушка толпе зевак, случайно забредших в стены музея. — Эта картина поистине удивительная. Ходят легенды, будто на ней изображен сам хозяин тьмы. Заинтересованные взгляды устремились прямиком на полотно, изображающего красивого юношу, под ногами которого были разбросаны цветы. Намджун бросил скучающий взгляд на картину и встретился с удивительными глазами, больше напоминающее звездное небо. Намджун не сумел насчитать под ногами красавца количество цветов, но лишь один бутон привлек его внимание. Именно этот бутон юноша с картины бережно держал в руках, словно оберегая того от падения. — Знаешь, — послышался голос Хосока рядом, — а ведь даже Сатана когда-то был ангелом, который оберегал людей. Намджун искоса метнул взор на друга и в последний раз взглянул на картину, медленно поворачиваясь в сторону выхода, чувствуя подступающую тошноту.