Новая жизнь и старые раны.

      Следующие дни были полны рутины и слились в один. Бабушка отвезла Маринетт домой, окружила её теплотой и заботой. Занималась подготовкой прощальной церемонии и оповещением близких друзей о трагедии. Сообщала когда и куда близкие друзья и родственники могут придти, отдать дань светлой памяти — Сабин и Тому. Отпевание и похороны были назначены через два дня, проходить будут в церкви Мадлен, а погребение на кладбище Монмартр. Места эти были выбраны не случайно; много раз Сабин и Том рассказывали друзьям, да и Марин любила слушать, и просила ещё раз рассказать историю их знакомства. В эти моменты они как будто светились изнутри, на лицах блуждали улыбки, глаза искрились, они то и дело перебивали друг друга и весело смеялись, взахлёб рассказывая.       А было это на очередной встрече поклонников певицы Далиды, коими они и являлись, встреча была организована в караоке клубе. На встречу пришло достаточно много людей, но буквально сразу они заметили друг друга и не сводили глаз. Знакомство состоялось непринуждённо, под песню Dalida — Je suis malade, объявили белый танец, и Сабин решительно взяла инициативу в свои руки, пригласив «скромного стесняющегося мальчика» по её словам, танцевать. В версии Тома всё было иначе, но эпитеты выглядели не менее остро. Как бы то ни было, чувства вспыхнули сразу и к концу дня они распевали караоке на пару. Горланя, кто как может, главное чтоб громче, ничего, что голоса нет, главное настрой. Тут версии супругов тоже разнились: одна говорила, что пела не хуже самой певицы и вывозила их дуэт и все в зале хлопали, чуть ли не стоя, другой про себя аналогично. Ну, а к концу дня они уже не могли друг без друга. Том проводил Сабин, ну, а дальше всё закрутилось. Но теперь их нет, остались одни тёплые воспоминания и память. И в память о них, и их едином увлечении решено было отпевать в той же церкви, что и певицу Далиду и похоронить их на том же кладбище что и её, ведь она стала для них тем самым кусочком мозаики, который соединил их.       Хотелось бы сказать, что день был пасмурным и мрачным, шёл дождь, сама природа скорбела вместе с родственниками погибших. Но день был обычный, на небе ни облачка. В церковь стекались близкие, занимали места слева и справа от центрального прохода. Ближе к алтарю на постаменте стояли два закрытых гроба, украшенные цветами. Звучала органная музыка, на лицах присутствующих написана скорбь и тоска по погибшим. Месса закончилась, были прочтены молитвы, высказано много тёплых слов и воспоминаний. Погребение на кладбище прошло так же в молитвах и прощальных словах, на гроб возложили белые лилии, любимые цветы Сабин. Том был похоронен рядом. Могилы украшали надгробия с датами, а за ними статуя небольшого ангела на постаменте, с табличкой и надписью:

Une vie d'homme C'est un film d'aventure Ou nous sommes Des comédiens sans doublure Une vie d'homme Ça s'écrit comme un roman Un album De photo en noir et blanc

Перевод: Жизнь человека — Это приключенческий фильм, В котором мы Актёры без дублёров. Жизнь человека Словно роман, Альбом С чёрно-белыми фотографиями. (слова из песни Dalida — Une vie d'homme)       Всё это время Маринетт пребывала в состоянии отрешённости, как будто это происходило не с ней, и вообще дурной сон. Вот ещё чуть-чуть, и она пробудится, всё будет по-старому. Она также будет просыпаться от маминого голоса, они также будут завтракать все вместе, делиться новостями и смеяться над дурацкими шутками, обниматься, целовать, желать удачного дня, а вечером ужин, игры на приставке, разговоры ни о чем…. Всё это проносилось в голове Маринетт, и она ждала, надеялась, что вот сейчас всё закончится. Но этого не происходило, она стояла над могилой родителей, вокруг звучали слова соболезнований, солнце светило, птицы пели, и всё шло своим чередом. Слёз больше не было, глаза покраснели, и их нещадно резало, на сердце тяжесть, в голове будто тысячи молоточков колотят по нервам. В душе зияющая пустота.       После всех церемоний Джина пригласила желающих на поминальный ужин к себе, дабы ещё раз вспомнить добрым словом, и почтить светлую память Сабин и Тома. Для кого-то они были лучшими друзьями, кому-то надёжной опорой, а для кого-то просто любимыми родителями. У всех из присутствующих с погибшими было связано много замечательных моментов, историй и жизненных ситуаций, для каждого они были по-своему дороги. Здесь собрались только самые близкие и не было ни одного равнодушного к случившемуся.       Гости собрались за столом. В этот скорбный день Джина хотела придать домашний уют и теплоту дому, некогда царившую в нем, когда она приезжала к ним погостить. Она решила приготовить любимые блюда Тома и Сабин, да и Маринетт любила их, чтобы хоть ненадолго восстановить ту атмосферу. Чтоб и гости прониклись и немного отогрелись душой, она была уверена, что Том и Сабин были бы этому только рады. На первое она подала кассуле — густая бобовая похлёбка с зеленью и мясом. Как же её обожал маленький Том, часто прося маму приготовить, а потом за обе щеки уплетавший его с багетом и прося добавки. На лицо Джины невольно появилась лёгкая улыбка от воспоминаний, и предательская слеза покатилась по щеке. На второе она приготовила рататуй, любимое блюдо невестки. Сабин очень нравилось, как его готовит Джина, бывало, они готовили вместе, болтая обо всём на свете как лучшие подружки. А на десерт крепы, а именно блинчики Сюзетт, от них все были без ума, особенно Маринетт. Эти тонкие блинчики с терпким, сладким и ароматным апельсиновым соусом просто сводили её с ума.       Сначала за столом царила гнетущая обстановка. Разговор не клеился, но благодаря стараниям Джины и её великолепным блюдам, собравшиеся начали потихоньку оттаивать. Послышались первые рассказы, связанные с Томом и Сабин, кто-то рассказывал, как они познакомились, кто-то о веселых случаях и детских приключениях, пережитыми вместе. Так что к концу дня в обстановки витало что-то эдакое, как будто сами Том и Сабин присутствуют и смеются, и сопереживают вместе с ними.       Наступил вечер, все потихоньку стали расходиться по домам. Благодарили Джину, она в свою очередь выражала слова признательности за поддержку. Однако один из близких друзей не торопился прощаться, а хотел задержаться, звали его Габриэль Агрест. Когда последние гости ушли, Джина, Маринетт и Габриэль расположились в гостиной на диване и начали разговор:       — Ещё раз хочу высказать слова соболезнования. Это действительно большая утрата и невосполнимая потеря для всех нас, — первым начал диалог Габриэль. — В своё время, Том очень помог мне и поддержал в трудные для меня дни, дни, когда я потерял мою Эмили, — сглотнул он подступивший комок к горлу.       — Соболезнуем Вашей утрате, — сказала Джина, за себя и Маринетт. Девушка сидела с отсутствующим видом. Она смутно помнила эту трагедию, так как была ещё мала.       — Спасибо, — поблагодарил Габриэль и продолжил, — моя супруга Эмили погибла в аварии, — тяжело вздохнул он. — Я до сих пор виню себя в её гибели, часто думаю, что было бы, если я был немного сдержанней. Могло ли это предотвратить ту трагедию. Сейчас я даже и не вспомню, в чем была причина ссоры. Просто наговорил много глупостей и грубостей. Она же молча, собрала вещи, сказала, что поехала к родителям, села в машину и уехала. Но спустя час, мне позвонили и сказали, что супруга не справилась с управлением, и попала в аварию. Спасти её не смогли. Вот так мы с сыном остались одни. Было тяжело справляться, руки опускались, да и сын замкнулся в себе. Именно в этот момент на помощь пришли Том и Сабин. Том помог мне справиться и пережить эту потерю, встать на ноги, чему я безмерно признателен. Сабин же нашла подход к Адриану и сын понемногу начал допускать к себе окружающих и общаться. Они обладали поистине золотыми сердцами и всё делали бескорыстно, — на минуту повисла тишина. Каждый думал о своём, Джина гордилась сыном и невесткой, Маринетт была удивлена рассказом, а на Габриэля нахлынули воспоминания и он продолжил.       — Моя помощь в организации церемонии — это лишь небольшая часть той признательности, которую невозможно выразить словами. Вы можете обращаться ко мне с любой просьбой и рассчитывать на меня, — сказал Габриэль.       — Габриэль, мы благодарны Вам за тёплые слова и за всю помощь, что нам оказали. Вы всегда желанный гость в нашем доме, приходите к нам с сыном, — ответила Джина, и посмотрела на Маринетт и продолжила. — Маринетт сейчас тяжело и друзья, которые бы могли её поддержать и понять, очень бы помогли ей справиться и преодолеть этот период. Уверена, Маринетт и Адриан найдут общие темы, — Маринетт по-прежнему была безучастна и задумалась о чём-то своём.       — Думаю, он будет счастлив помочь, зная, что это дочка тёти Сабин, — сказал Габриэль. На этом он начал прощаться, сказал, что обязательно в скором времени свяжется, и они с сыном придут в гости.       Маринетт долго не могла уснуть, стоя у окна и глядя на ночное звёздное небо.       — Когда-то давным-давно я слышала от кого-то, что душа умершего человека становится звездой… — сказала негромко она, ни к кому не обращаясь. — Надеюсь, вам там хорошо. Спокойной ночи, мама! Спокойной ночи, папа! Наконец она легла в кровать и тут же уснула.