I'm was tired of this...

***

С того ужасного дня суда, прошло два месяца. Чимин и Юнги жили отдельно. Юн ходил в универ, четыре раза в неделю. На большее, его не хватало. Родители Пака, не разрешили ему встречаться с Мином. А фиг знает, почему. Вот так, и всё. Чимин устроился работать в крупной бизнес компании. Даже без диплома получал большие деньги. Оба жили в Сеуле. На в один прекрасный день, судьба решила сделать подарок для Мин Юнги. –ТВОЮ МАТЬ, ЧТО ЭТО БЛЯТЬ ТАКОЕ?!–орал на всю свою квартиру Юнги, когда по его предплечью вдоль запястья распускались алые розы. Мин в таких моментах, обычно, набирал Хосока. Но сейчас его нет. Теперь к боли физической, прибавилась ещё и моральная. Юнги взял канцелярский нож и отрезал эти розы с руки. Перевязал бинтом. Понял, что у него как бы есть истинный, и что похоже, очень всё плохо. Но(!), есть одна проблемка... У Юнги нет, ни адреса, ни номера телефона. Оставалось только сидеть и бездействовать.

***

(Через два дня) Мин сидел в кафе. В чёрном худи, чёрных разорванных на коленях джинсах и чёрных конверсах. Стоит ли говорить, что он ещё и перекрасился в чёрный цвет волос? Юнги приносят его кофе. Слышится приятный звон около входной двери. Очередной обычный посетитель. Хотя нет. Необычный. Это был Чимин. Пак-Мать-Твою Чимин. С пепельным цветом волос. В белой майке, тёмно-синем бомбере, синих джинсах, белых найках. Этот ангел. Юнги проследил куда он сядет. Допил кофе и пошел к Чиму. Пак сидел спиной к нему. –Чимин? –Юнги?–Пак обернулся.–О боже... Я так тебя давно не видел!–Чимин встал из за стола и обнял Юна. –Я скучал, Чими...–обнял Юнги в ответ– Во первых, дай свой номер телефона и, желательно, адрес. Во вторых, ты резался?–спокойным тоном спросил Мин. Пак молчал. Старший отстранился от него и завернул левый рукав бомбера. Там были шрамы с кровью. Несомненно это красиво, но больно смотреть. –Зачем? –Ты серьёзно, Юнги? Зачем?!–Пак выдернул руку и завернул обратно рукав. Сел обратно на диванчик за стол.–Мы истинные... Но мы не общаемся. Вообще никак. У меня депрессия. Из за моих глупых родителей... –Не у одного тебя депрессия.–Мин сел напротив Чимина.–думаешь, легко, когда твой лучший друг умер?! Легко, когда у тебя нет связи с любимым человеком?!–да, Юнги действительно уже полюбил своего суженого.–Как тебе родители объяснили, почему тебе нельзя со мной контактировать? –Юн-и, из за твоих песен... Мои родители запретили, из за матюков и прочего в них. А мне ведь нравится... –Мда... А вообще... Это как бы твоя жизнь. Ты уже совершеннолетний. –Юнги, а может, ты с ними поговоришь? Они ведь тоже в чушь про истинных верят... Ну там, расскажи, какой ты хороший и т.д. ... –А у меня получится? –Я верю, что да. –Ладно, а где и как я с ними встречусь, чтобы поговорить? –Мы сегодня вечером к ним поедем. У них выходной. Вот как раз. –Ого. Ты один живёшь? Взрослый?–ухмыляется Юнги. –Прекрати. Расскажи, что нибудь о себе... А то я ничего не знаю. –Ну, мать умерла, когда мне было 10 лет. Отец ушел до моего рождения. Бабушка воспитала. Она умерла в прошлом году. Деда я не видел. И не знаю про него. Учусь в универе. Один. Депрессия. Что ещё желаете знать? Про детство не спрашивай. Я его не помню. Не помню ничего, вплоть до 19 лет. Мне сейчас 23, если что. –Боже мой... Это сложно, одному? И почему депрессия то? –Умер человек близкий. Он был со мной с детства. Это я знаю точно. Имя ему—Чон Хосок. Ну, ты сам знаешь про это. Нет, одному не сложно. Заполняю пустое пространство музыкой. Сам знаешь какой. Они болтали в кафе, ещё где то минут сорок. Пак рассказал про себя. Где работает, что делает, где живёт. Потом, Чимин предложил поехать к нему. Там они продолжили беседу. Дальше, решили посмотреть фильмец. Юнги любил ужасы, поэтому они посмотрели "Астрал–4". Чиме было страшно это смотреть(хотя там ничего такого особо и не было) и он постоянно жался к Юну. С ним он чувствовал безопасность и уют.