warmth

      Время медленно приближается к десяти часам вечера. На улице уже давно темно и редкие прохожие спешат быстрее попасть домой к семье. Джисон сидит на подоконнике, взглядом следя за людьми. В его наушниках играет что-то из репертуара Coldplay. Ему беспричинно грустно. И скучно. Некоторое время он играл в стрелялки на телефоне, но, после нескольких поражений подряд, ему надоело.       Перед тем, как свалить в ванну, Джемин сказал Джисону ложиться спать без него, если он вдруг будет мыться слишком долго, и спустя приличное количество времени, Пак думал, что это предложение замечательно. Его уже клонило в сон и всё было немного в тумане.       Джисон по-свойски залез в кровать Джемина сразу отодвигаясь к стенке. Дело было даже не в том, что старшему тоже нужно было где-то спать, а в том, что Джисон так привык. Привык засыпать утыкаясь лицом в маленькое пространство меж стеной и кроватью. От подушки и одеяла так же пахнет Джемином. Джисон ловит себя на мысли, что ему это нравится.       Думая о старшем, Джисон засыпает.       Местонахождение Джисона в квартире, а конкретно в комнате Джемина, сразу стало понятным: свёрнутое в калачик одеяло размеренно вздымалось, а из-под него на подушке виднелась макушка со взъерошенными рыжими волосами.       Слышалось мирное сопение. Мальчик видел, вероятно, уже десятый сон, пока Джемин плескался в ванне. Он был расстроен, что Джисон уже уснул, но На сам виноват, что снова долго просидел в воде. Он ничего не мог поделать со своей любовью к воде и Джисону. Джемин настолько любил её, что женился бы на ней, если бы не любил Джисона будь это возможным.       Этот комочек детской невинности, радости и счастья, сразу ему понравился, когда мама привела его восьмилетнего в гости к семье Пак. Их мамы были рады, что они поладили несмотря на разницу в возрасте, пусть она и не была очень большой.       Они часто были вместе. Джемин оставался с Джисоном, когда их мамы хотели сходить вместе куда-нибудь. Он помогал младшему с уроками, играл с ним, готовил ему кушать и многое другое.       Джемин правда любит Джисона.       Он аккуратно залезает под одеяло и притягивает Джисона ближе к середине кровати, руками обвивая его талию. Младший сонно мычит, но глаза не открывает, лишь хриплым от сна голосом спрашивает: — Что ты делаешь? — Ничего, Джисон-и, спи дальше, — выдыхает Джемин в затылок младшего.       Джисон поворачивается к старшему и его лоб, на который спадают рыжие прядки волос, оказывается почти на уровне подбородка Джемина. Кончики его ушей алеют и в ключицы На он выдыхает горячее "Спокойной ночи", пальцами сжимая подол чужой футболки.       Джемин улыбается. В ответ говорит спокойное — Сладких снов, мышонок, и целует младшего в лоб, чуть наклонив голову.       В Джисоне что-то переворачивается и сжимается от этого действия. Его ушки полностью краснеют, а внутри себя он громко кричит.       Джисон думает, что это очевидно. Громкое биение собственного сердца сдаёт его с потрохами.