Сломанные люди

      Юнги ушел, как только ему на телефон позвонил Джин и мило, если так можно было выразиться, напомнил, что тот опоздает на репетицию. В палате осталась Лиа и Чонгук. Парень сидел на диване, в правой руке у него был телефон, где он вел с кем-то активную переписку, а в левой – печенька. Интересно, сколько он сегодня съел сладкого? – Лиа, – парень отбросил в сторону свой гаджет, тяжело вздохнул и продолжил, – Не могу не спросить… Так ты встречаешься с Юнги?       Девушка поерзала на кровати, словно раздумывая над вопросом, а затем ответила: - Нет. Мы не встречаемся!       Она и правда не понимала, что между ними происходит. Кто они? Коллеги? Друзья? Любовники? Ее сердце билось быстрее, если он дотрагивался до нее, ее разум отключался, когда они целовались. Однако все было сложно и непонятно. – Но он сказал… И ваше поведение, – начал парень, пристально разглядывая девушку. – Мы не встречаемся, – еще раз повторила Ли, – Я лишь помогаю ему не вылететь из группы, пытаюсь наставить на путь истинный и не даю сломаться до конца.       Чонгук хотел сказать еще что-то, но девушка опередила его: – Наверно, ты хочешь спросить, нравится ли мне Юнги?       Гук кивнул. А Ли лишь усмехнулась, ведь этот вопрос был написан на его лице, но он никак не мог осмелиться задать его. – Я не знаю. Он хороший и классный парень. И я даже задумывалась о том, как мы будем выглядеть, если будем парой. Однако меня что-то останавливает. Вот тут, – и она прижала руку к голове, – У нас нет будущего.       Чонгук замолчал, опустил глаза вниз и сжал руки в замок. Комната погрузилась на пару секунд в тишину. Парень находился в раздумьях, но через некоторое время встал с дивана и сел на край кровати рядом с девушкой. – Лиа, – тихо сказал он, – А разве это имеет значение? Зачем думать о будущем, если ты живешь тут и сейчас. Знаешь, у тебя нет вчера и нет завтра, есть только сегодня. Так будь счастлива именно сейчас, а что будет потом – покажет время. Я хочу сказать, что нужно просто жить. Нужно уметь рисковать, даже если так и произойдет, и Юнги окажется не твоим человеком, то ты хотя бы попробовала. Я всегда считал, что лучше рискнуть и потерпеть поражение, чем не попробовать и жалеть всю оставшуюся жизнь.       Девушка посмотрела на парня. Он выглядел мило и так по-детски, несмотря на то, что говорил сейчас серьезные вещи. Она улыбнулась. Именно этого ей сейчас и не хватало, простой поддержки и хорошего друга рядом. – Так ты считаешь, что я должна рискнуть? – спросила Лиа, словно сомневаясь в своем решение. – Да, – Гук тяжело вздохнул, – Я могу тебе привести пример. Посмотри на меня. Разве я имел бы все это, если бы однажды не рискнул. Мне тоже было страшно, я тоже думал, что у меня ничего не получится. Но вот он я. У меня все получилось. А получилось у меня все только потому, что я, во-первых, верил в себя, а во-вторых, упорно работал и продолжаю это делать.       Лиа не выдержала и засмеялась. Парень не понял повод для веселья, но позже сам стал смеяться. Он чувствовал с ней себя в своей тарелке. – А почему мы смеемся?       Лиа замотала головой. Она не хотела говорить причину, ведь ненароком могла задеть парня. Девушка поняла одно, этот парень, который выглядит словно кролик, на самом деле уже давно мужчина. Он не маленький мальчик, он взрослый человек. Однако для нее все это было неважным, он поддерживал ее, он понимал ее, он был рядом.       За окном уже было темно. Наступило время ужина, и медсестра, женщина лет так пятидесяти, принесла еду и оставила ее на столе. – Вам нужно поесть, – грустно вздохнула она, когда парень тут же принялся за трапезу, а девушка даже не повела глазом. – Да, хорошо, – Лиа подошла к столу.       Медсестра скрылась за дверью палаты. Она взяла ложку и стала водить ей по тарелке, словно рисуя узоры. Желудок говорил «Да поешь ты уже», но мозг был против. Честно, девушка хотела есть, это бывало периодами, когда тело начинало ломить так, словно ты наркоман со стажем, но потом опускало. Если она поест сейчас? Нет, нельзя. Это того не стоит. Она отодвинула от себя тарелку. – Почему ты не ешь? – спросил Чонгук. В его взгляде было непонимание. – Кусок в горло не лезет, – девушка тяжело вздохнула и откинулась на спинку дивана.       Парень быстро сократил расстояние между ними и своими губами дотронулся до её лба. Лиа затаила дыхание. – Температуры нет, но, может, позвать врача? – спросил он, возвращаясь на свое место.       Лиа, которую смутил этот поступок, замотала головой. Она поджала под себя ноги, глубоко вдохнула, пытаясь успокоить сердце, которое пропустило удар. – Тебе нужно что-то покушать, а то тебя не выпишут, – грозно сказал парень, протягивая ложку с едой.       Девушка отвернулась. Она не будет есть. Парень тяжело вздохнул и оставил ее в покое.

***

Они долго сидели в тишине. Из приоткрытого окна доносились звуки проезжающих машин и разговоры людей, идущих по своим делам. Стрелка часов показывала на девять вечера, когда на телефон девушки пришло сообщение. Лиа потянулась за гаджетом. На главном экране высветился текст от абонента « Мин Юнги» : « Мы только закончили репетицию. Парни хотели заехать навестить тебя и Гука, но наш мудрый лидер сказал, что время посещения уже давно прошло, поэтому мы едем в общежитие.» – Кто там? – спросил Гук, подсаживаясь ближе.       Девушка протянула ему телефон, и он быстро пробежался глазами по сообщению. Счастливая улыбка тут же пропала с лица парня. – Ты чего? – спросила Ли, заметив смену настроения парня. – Ничего, – буркнул он и отвернулся, не желая продолжать разговор. – Чонгук?       Он ничего не ответил. Девушка попыталась заглянуть ему в глаза, но он не давал ей это сделать. Когда же до Ли дошла причина, по которой Чонгук стал таким расстроенным, она взяла его за руку и села перед ним на колени. – Посмотри на меня, – попросила она, но парень её проигнорировал, – Чонгук! Посмотри на меня, пожалуйста.       Он взглянул на нее. В его глазах были слезы и безысходность. Чонгук весь день провел с ней, смешил, поддерживал и был рядом, когда у самого на душе скреблись кошки. Он сдерживался, чтобы не заплакать. Он не показывал ей, что ему больно. – Ты расстроился, что не смог сегодня быть на репетиции? – Лиа не получила на свой вопрос ответа, но она и так все поняла лишь по одному его взгляду, – Чонгук, ничего страшного не произошло. Ты же не по своей воле пропустил репетицию. У тебя была уважительная причина. Ты сейчас наберешься сил и потом выложишься на все сто десять процентов, как обычно это делаешь. Считай, что сейчас у тебя передышка. Отдыхать тоже нужно уметь. – Мне кажется, я подвёл ребят… – Нет. Не смей думать так! Они все прекрасно понимают. Нельзя шутить со своим здоровьем, если хочешь продолжать свою карьеру.       Лиа сильнее сжала его ладонь, а второй похлопала по коленке парня. «Все будет хорошо!» – сказала она и поднялась на ноги.       Эх, Чонгук, ты устраиваешь с самим собой гонку за звание "Лучшего", ты постоянно поднимаешь планку и стремишься к ней, ты работаешь двадцать четыре часа семь раз в неделю, ты не представляешь, как можно просто лежать на диване и ничего не делать, ведь все потому, что тебе нужно быть лучшим из лучших. И вряд ли ты когда-нибудь поймешь, что ради тех, кто тебя любит, не нужно прыгать выше головы, для тех, кто любит тебя, достаточно просто быть. Быть здоровым и счастливым.       В палату зашла все та же медсестра. Она поглядела на парня и девушку, а позже на стол, где была пустая тарелка Чонгука, и нетронутая Ли. – Лилия, Вам нужно есть, – грубо сказала она, – Вы только посмотрите, до чего себя довели.       Девушка поморщилась от своего полного имени. Ее стала раздражать навязчивость медсестры. Это не входило в ее обязанности, а значит, не имеет никакого к ней отношения. Поэтому она грубо ответила: – А вам не кажется, что это не ваше дело?       Женщина ахнула и так же грубо произнесла в ответ: – Вы хоть понимаете, к чему может привезти ваша анорексия! Вы можете умереть! И вообще, я бы позвонила бы вашим родителям, чтобы они устроили вам хорошую трепку. Пусть отец вас выпорет хорошо, чтобы всякая дурь в голову не лезла. – Оставьте свое мнение при себе. И будьте любезны, покиньте палату. Либо я пожалуюсь врачу, что вы злоупотребляете своим положением, – грубо произнесла девушка.       Медсестра забрала поднос с едой и громко хлопнула входной дверью. Настроение полностью было испорчено, внутри метался пожар ярости. Девушка замахала руками, словно от этого что-то изменится. Ее раздражало то, что для всех людей это словно "глупая затея". "Неужели тебе так трудно просто взять и поесть?" – люди часто спрашивали ее об этом. И черт, да, это сделать сложно, даже невозможно. – Анорексия? – спросил тихо Чонгук, который стал невольным свидетелем этой ссоры.       От неожиданности Лиа вздрогнула, она и забыла про его присутствие. Вышло неловко. Она не хотела, чтобы кто-то знал об ее диагнозе. Теперь будет куча вопросов, нравоучений и советов. – Иди к себе, – грозно ответила девушка и легла на кровать. – Лиа, у тебя анорексия? – спросил парень, поднимаясь на ноги, – То есть, причина твоего состояния не переутомление, а анорексия? – «Отлично» за сообразительность, Чонгук! – язвительно ответила Ли – Ты хоть понимаешь, что… Это опасно. – Я все прекрасно понимаю! – девушку явно распирала злость, но не на парня, а на саму себя, – Господи…. Чонгук, давай сделаем так, что ты ничего не слышал. У меня все хорошо. – У тебя не все хорошо, Лиа! Ты понимаешь, что тебе нужно срочно лечиться! – Мне не нужно лечится! Я в полном порядке. И вообще, Чонгук, иди к себе! Оставь меня в покое! Что вам всем от меня надо!? Я просто не хочу есть, а вы из мухи слона делаете. Это моя жизнь, понимаете? Я сама разберусь!       Девушка закричала и заплакала. Случилась настоящая истерика. Она не хотела всего этого, она не хотела, чтобы все вышло именно так. Она хотела бы остановиться, начать новую жизнь, но не могла. Она потеряла над собой контроль.       Лиа схватила подушку и запустила ее в парня. Чонгук с растерянным видом скрылся за дверью.       Парень растерянно стоял в коридоре, поглядывая на дверь ее палаты. Его сердце отдавало болью в груди. Он и подумать не мог, что у этой девчонки есть такая проблема, как анорексия. Он стал вспоминать, когда он видел, чтобы она что-то ела. И понял, что никогда не видел ее за приемами пищи, она всегда отказывалась или находила повод уйти из-за стола. Значит, это уже давно. Но почему она не сказала? Не попросила помощи? – Молодой человек, что вы тут делаете? – к Чонгуку подошел врач, – У вас все хорошо? – А? Да. Все хорошо, – парень пошел в сторону палаты, как вдруг резко остановился и развернулся на сто восемьдесят градусов, – Извините, а вы – лечащий врач Ли… Лилии? – Да… –Мы можем с вами поговорить?       Молодой человек и врач, мужчина лет сорока, невысокого роста, зашли в кабинет. Это было просторное помещение со стеллажом, полным книг, столом, парой стульев и кушеткой, стены же украшали плакаты с разной полезной информацией. Чонгук сел на стул около стола, доктор же расстегнул халат и подошёл к папке с документами. – Так Вы хотели поговорить о пациентке. Что именно вас интересует? – Я знаю, что у Ли анорексия. Мне хотелось бы узнать, как все это серьезно и как это вылечить.       Доктор стал искать в папке с документами медицинскую карту девушки. На удивление, нашел он ее быстро и достал оттуда бумажку небольшого размера. – Знаете, если судить по анализам, то дело плохо. Девушка давно страдает этим заболеванием. Ее тело и ее организм истощены. Мне проще сказать сколько ей осталось, чем сколько займет ее лечение. – Неужели все так… – Я разговаривал с пациенткой. Она не собирается проходить курс лечения и пытаться выбраться из этой ямы. Я думаю, она прекрасно понимает, что ее ждет, но она не может остановиться. Если вы хотите ее спасти, действовать нужно сейчас и очень быстро. Но все это не даст результата, если девушка не захочет сама этого.       Парень замолчал. «Она не собирается проходить курс лечения» – эта фраза застала парня врасплох. Неужели Лиа смирилась со своим заболеванием, неужели она поняла, что конец этой истории один, и он печальный. Почему она не хочет бороться за свою жизнь? – Почему мы просто не можем заставить её есть силой? – вдруг спросил Чонгук. Это было глупо, но он правда не понимал, почему она не может есть. – Понимаете, ее организм не «видел» еды очень долгое время. И сейчас наша обычная еда для нее яд. Нужно начинать с малого, с мягких и жидких продуктов… – врач замолчал, тяжело вздохнул. Он пристально стал разглядывать парня, – Почему же вы раньше не забили тревогу? – Я не знал, – тихо произнес Чонгук и покинул кабинет.       До своей палаты он шел медленно, весь погружен в мысли. Он не понимал, почему в груди слева что-то очень сильно болит. Ему было страшно, страшно за жизнь Ли. Что будет, если она исчезнет? Неужели эта девчонка стала центром его жизни? Неужели ее когда-то рядом с ним не будет?       Как только он зашел в палату, то сразу схватил телефон. Сейчас нужно было что-то решать. Чонгук долго смотрел на экран блокировки, а потом ввел пин код и нажал на вызов абонента «Мин Юнги». – Чонгук, – возмутился на том конце провода парень, – Ты время видел? – Хен, нам нужно поговорить!       Только вот о чем. Чего больше он хотел сказать, что Лиа сильно больна или то, что он что-то чувствует к ней? – А вот до завтра этот разговор не подождет? – Это насчет Ли, – на том конце провода послышался грохот. – Что случилось? – резко произнес Юнги, копошась. Шуге вдруг стало страшно. Что случилось? Ведь ее состояние беспокоило его. Он понимал, что вряд ли это просто усталость. Он постоянно прокручивал в голове ту тренировку, как девушка выглядела, ее потерянный взгляд и бледное лицо. Да и резкие перепады настроения не вызывали у парня радости. – Ты знал ее диагноз? Почему она попала в больницу? – Переутомление, – отчеканил парень, – А что случилось?       Чонгук задумался. А должен ли он знать об этом? Может Лиа права, и это совсем не его дело. Ведь она взрослая и сама должна разобраться. Если она посчитает нужным, что Юнги должен это знать, так пусть расскажет об этом сама. – Ты влюблен в нее, я прав? – перевел тему парень, жалея, что вообще позвонил другу. – Какая разница? Это разве сейчас важно? – Да. Просто скажи, любишь ли ты ее!? – Я не понимаю, зачем тебе эта информация, – сказал Юнги,– Но я и правду влюблен в Ли. – Ты тоже ей нравишься. Спокойной ночи.       Чонгук сбросил звонок, и комната погрузилась в тишину. Ему стало больно. Неужели он и его друг влюбились в одну и ту же девушку!?       Юнги долго смотрел в пустоту. Однако вдруг глупая улыбка расползлась по его лицу, он лег на кровать и радостно задергал руками и ногами. Он понимал, что теперь все будет по-другому. Ведь у него есть она, та, которая украла сердце сурового, на первый взгляд, репера.