Ох, уж эти фестивали!

— Где они могут быть? — сложив руки спросила парней Лера.       Ребята плотным кружочком собрались возле здания полицейского участка, стараясь привлекать к себе не так много внимания. — Вполне возможно — на стоянке. — предположил Миша, неуверенно потирая затылок. — Скорее всего. — нехотя поддакнул Руслан. — Милена же на своей тачке приехала.       Лера была благодарна парням, что они не стали препятствовать ей. Её волнению просто не было предела. Ноги буквально чесались пойти и найти Даню с Миленой. Подслушивать, конечно, нехорошо… Но сейчас это бы могло спасти Лере хоть какую-то часть нервных клеток.       Настя неуверенно переглянулась со Светой. — Как выглядит её машина вы помните? — спросила та.       Света закатила глаза: — Эту машину я запомню надолго. Не каждый день меня вытаскивает из тачки наряд полиции с распростёртыми объятиями. — Покажешь какая? — попросила Лера.       Света глянула на Мишу, Настю и Руслана: — Тогда вы оставайтесь здесь. Толпой туда лучше не тащиться.       На том и порешили. Лера проследовала за блондинкой к автомобильной стоянке, находящейся позади участка. Но не успели они повернуть за угол здания, как из широких дверей вышли Даня с Миленой. Видимо, они зачем-то задержались у кабинета, раз только сейчас вышли на улицу. У Леры появилось плохое предчувствие. Но она крепко сжала кулачки и потянула подругу за край рукава: — Дальше я сама.       Света недоверчиво уставилась на неё: — Ты уверена?       Лера кивнула. Она всё ещё надеялась, что не услышит ничего особо страшного, но сомнения и противоречия грызли её изнутри, вызывая любопытство. Света внимательно осмотрела подругу и направилась обратно к ребятам: — Мы тебя ждём. — сказала блондинка и напоследок добавила. — Не переживай. Уверена, всё будет хорошо.       Лера проводила её коротким взглядом и обернулась к высокому парню с блондинкой, которые как раз направлялись в сторону стоянки с другой стороны от девушки. Кашин шёл докуривая сигарету и с недовольным выражением лица слушал не замолкающую ни на секунду Милену. Лера незаметно подошла к минивэну, стоящему прямо у края ограды, который мог бы скрыть её от ненужных глаз и видеокамер на стоянке. Милена с Даней дошли до него и повернули в сторону нового ряда машин. Лера, стараясь ступать как можно тише, направилась следом за ними. На самой стоянке было довольно тихо, поэтому она старалась ступать одновременно с шарканьем кроссовок Данилы. Голос Милены был звонким, но Лера не могла расслышать отдельных слов, поэтому, сосредоточилась на выражении лица Кашина и его эмоциях. Которые, как на зло, с его лица считать было почти невозможно.       И вот, они дошли до какой-то дорогой серебристой машины и Милена достала из своей сумочки ключи. Как только Лера подумала, что их разговор состоится в машине, её охватила паника. Так ведь она не сможет услышать совершенно ничего! Но, к её счастью, блондинка лишь повертела ключи на пальцах, продолжая свой монолог. — Ты закончила? — спустя пару минут гаркнул Кашин и не дожидаясь ответа, заговорил.       Его голос показался Лере не настойчивым и уверенным, как ожидала девушка, а скорее всего нежным, убаюкивающим и успокаивающим. Парень будто бы уговаривал блондинку. Пытался объяснить, а не наезжал или напирал.       Теперь Лера заволновалась ещё больше. Она аккуратно прошла вдоль двух ближних машин и, пригнувшись, скользнула к радиатору одного из авто, затаившись и прислушавшись. -…Ты должна кое-что понять, Мил. Ты создала себе образ. Но он всего лишь пустышка. Никому не нужный по-настоящему, не заботящийся ни о ком, кроме себя самого, такой же расчётливый и высокомерный, как и ты сама, ублюдок, не нуждающийся ни в чём, кроме обожания и внимания окружающих.       Голос Данилы был мягок и строг одновременно. Он будто бы объяснял уже давно понятные и очевидные вещи. — Я не он. Я не тот, кто тебе нужен. Да и ты не такая. — Н-но… — голос Милены дрогнул и Лера услышала в нём по-настоящему неподдельные эмоции.       Похоже девушка совсем не ожидала от него такой прямоты и даже некой, пусть и плохо выражаемой, деликатности по отношению к этой теме. — Ты сама сделала из себя такую же пустышку. Ты хочешь быть ей. Это твой идеальный образ, лучший персонаж для прикрытия истинных чувств, хрупкой и ранимой души. Поверь, я не взял это из воздуха. Я сам был таким… Хотел быть таким. Независимым, крутым, гордым и циничным скотиной, которого невозможно задеть, потому, что он делает это первым. Только нападение — иначе ты жертва. Вот тебе и лайфхак для простой, но такой мерзкой, жизни.       Милена молча смотрела на парня. В его татуированной руке догорала и тлела сигарета. — Но этот Данила Кашин не я…       Он грустно усмехнулся и продолжил, взъерошив копну своих рыжих волос: — Я тот, кто влюбился в девушку, не подходящую мне по роли. Тот, кто долгое время пытался заглушить свои эмоции, совесть и чувства к ней, заливаясь алкоголем и пропитываясь, тошнотворным для меня, запахом чужих и безликих женских тел. Я засыпал в забытье с неизвестными мне девушками на смятой постели, чтобы каждую ночь не вспоминать о ней и не курить часами на балконе очередной съёмной хаты, наблюдая как мои чувства пожирают меня самого изнутри и не дают заснуть без мысли о том, где она или что делает сейчас, о чём думает и… вспоминает ли обо мне.       Милена не могла оторвать от него глаз. Лера не видела её лица, но готова была поклясться, что слышит как блондинка тихо всхлипывает, а на её глаза накатывают слёзы. — Я трус, Милена. Я обычный парень с обычными проблемами и желаниями. Я не особенный. Не твой. Ничей, кроме той, которую полюбил. И ты… я знаю, кто ты. Вижу насквозь таких же лжецов, как и я сам. Притворство. Я чую его. Потому что сам пропах им насквозь спустя несколько лет существования в своей роли, что стала тюрьмой для моих желаний и чувств. Вот что я тебе скажу — прекращай…       Его голос стал серьёзней и грубее. — Я не прошу тебя отказываться от всего, чего ты достигла и к чему стремилась, благодаря своей лжи и лицемерию, которым ты пытаешься скрыть слабую, требующую внимания и любви, маленькую девочку. Поверь… есть парень, который полюбит тебя и без твоих денег, престижа и статуса. Ты обязательно встретишь его… Я же…чуть не потерял такого человека… И сейчас не отпущу её. Уже нет. Лера… — Дань. — шепотом перебила его Милена.       Её голос был тихим и тонким. — Я… Ты… — Я не тот, кто тебе нужен. — уверенно произнёс Данила и горько усмехнулся. — Я даже не способен был признаться себе в том, что кроме Лериного шантажа, который естественно был всего лишь обманом и уловкой, меня рядом с ней держат не просто интерес и любопытство… а мои чувства.       Лера вздрогнула. Так он всё это время знал, что никакого фото-доказательства у неё не было?! Боже… Какой же она выглядела дурой, всякий раз упоминая о том фото и пытаясь принудить парня следовать её правилам. — Я понимаю… — пискнула Милена, прервав его исповедь. — Ты… простишь меня? Я… Дань ты правда… — Хватит. — он вновь вернулся к своему обычному состоянию. — Прекращай творить херню и займись саморазвитием. — Я поняла… — тихо ответила Милена.       Лера совсем не ожидала от девушки такого поведения. Он не возмущается, не кричит, не закатывает истерик… Так Данила оказался прав насчёт неё? Лере даже стало немного стыдно за то, кем она считала Милену… Но такого было её поведения. Человека судят по поступкам. — Я ничего не буду делать. И надеюсь… ты сможешь… — Милена сделала глубокий и тяжёлый вздох. — Надеюсь ты сможешь простить меня и не говорить никому о том, что сказал мне сейчас… Прошу, прости. Я не знала что так… Прости меня, пожа… — Давай заканчивай. — сделав скучающий вид пробубнил Кашин, затягиваясь почти докуренной сигаретой. — Возвращайся домой и успокойся. Чтобы в следующий раз я опять услышал о стерве Милене, которая постоянно суёт свой нос куда не следует и бесит всех окружающих повсеместно одним своим присутствием.       Может Лере показалось, но он был доволен. А блондинка, к её удивлению, даже не обиделась. Милена просто утёрла рукавом слёзы и, громко шмыгнув носом, шумно выдохнула, пытаясь вернуться в нормальное состояние. После этого она открыла дверь машины и, беззлобно и устало улыбнувшись Кашину, села на водительское сидение. Зарычал мотор, скрипнули шины и девушка выехала со стоянки, оставляя после себя только лёгкое ощущение облегчения груза на своих плечах и смирения.       Лера так увлеклась происходящим, что, видимо, даже не заметила, как к той машине, возле которой она пряталась, подошёл владелец и сев за руль, повернул ключ зажигания. Мотор грозно зарычал, а авто затряслось, разогревая двигатель. От неожиданности Лера громко вскрикнула и отпрыгнула в сторону. — Лер? — ошеломлённый голос Кашина заставил её стыдливо опустить глаза в землю. — Так ты слышала…       Услышав обречённые и смиренные нотки в его голосе, Лера подняла на него свои голубые глаза. Он глупо и грустно улыбался. Но, кажется, выглядел довольным и расслабленным. — П-прости. — выдохнула Лера. — Я не должна была… — Нет. — перебил её Данила, делая к ней пару шагов. — Я не должен был поступать так с тобой всё это время… Я… чёртов эгоист. Переживая из-за своих чувств и пытаясь заглушить их любыми возможными и невозможными способами я не подумал о том, что можешь чувствовать ты. Что ты тоже можешь любить меня… — Я люблю тебя. — тихо прошептала Лера то, что так давно пыталась упрятать поглубже и закопать в прошлом. — Я очень сильно люблю тебя…       Изумрудные глаза Данилы наполнились невиданной ранее нежностью и счастьем. Никогда ещё Лера не думала, что сможет увидеть его таким. Казалось, он готов был расплакаться. «Гопники не плачут…» шутливо и грустно напомнила она себе. Но когда его глаза стали почти стеклянными парень обхватил её руками и прижал к себе, уткнувшись лицом в её голову. Его крупные руки крепко обнимали худое и хрупкое тельце Леры, стараясь с неведомой аккуратностью не причинить ей неудобства. Она ощущала на своей макушке и лбу его горячее и прерывистое дыхание, чувствовала дрожащие губы и слышала тихий шёпот: — И я тебя люблю, мелкая…       Тот самый ранимый и закованный своими же эмоциями и чувствами парень, стоял сейчас перед ней. Пытаясь растянуть это мгновение, чувство целостности и невероятного влечения, близости и своей же слабости и робости.       Сейчас он был настоящим. Отдающим себя без остатка. Лера знала, что его доверие и любовь были самым ценным, что он мог дать ей. И она была готова отдать всё то же. Даже больше, если потребуется. Всё, ради того, чтобы их любовь никогда не угасла и не закончилась. — Когда мы вернёмся в Питер… — прошептал его тихий и шероховатый голос. — Ты переедешь ко мне? — Да. — также тихо отвечала она. — И мы будем спать вместе? Ты разрешишь возить тебя в универ? А мы… мы сможем вместе ходить по фестам и покупать разную херню?       Лера тихонько рассмеялась. Она тоже никак не могла поверить в то, что между ними сейчас… В то, что всё изменилось благодаря лишь их случайной встрече. Или не случайной? — Дань, — попросила Лера, слегка отстранившись от него. — Дай мобильный.       Достав из кармана джинсов телефон, парень подал его Лере.       Девушка залезла в галерею и нашла их единственное общее фото, отложенное в отдельную папку без названия. — Это фото… — произнёс Данила.       Это единственное фото, на котором они были вместе. Та самая неожиданная встреча. Фестиваль, толпа народа, вспышки камер и взволнованные лица людей. Высокий, рыжеволосый парень со смелой ухмылкой и миловидная девушка с такой чистой и беззаботной улыбкой. Сколько всего они успели пережить за эти несколько дней? Насколько изменились? Что приняли и от чего отреклись благодаря друг другу? — Дай сюда. — Данила аккуратно взял телефон в руки и удалил фото. — Стой! — всполошилась Лера. — Зачем же?! — Иди сюда. — он подтянул к себе Леру, аккуратно положив свою руку ей на талию. — Улыбочку.       Лера обняла его за шею и прижалась своей щекой в его тёплой щеке и искренне улыбнулась. Данила положил на неё голову, прижавшись к ней и нажал на экран. Телефон погас и вновь загорелся, выводя на экран сделанное фото.       Их первое абсолютно искреннее фото. Такое ценное, дорогое, памятное. Теперь оно настоящее. Улыбающиеся и горящие страстью и нежностью глаза, полные счастья и любви.       Лера притянула голову Данилы к себе, всматриваясь в глубокую пучину изумрудных глаз, в которых была только она. Парень робко дотронулся своими губами до её губ. Она ответила тем же несмелым поцелуем. Минимум страсти и похоти. Только невероятная и всепоглощающая нежность и трепетность от каждого прикосновения. Касание, проникающее в каждую клеточку тела и оставляющее после себя тепло, способное проникнуть в самое сердце, в самую душу.       Это было их настоящим. Стёртая фотография, которая ещё долго будет напоминать им о том самом дне, когда произошла их встреча, и то самое новое фото, что будет аккуратно распечатано и прикреплено к стенке в их общей квартире, напоминающее о том, что они когда-то отдали друг другу и намерены отдавать всю оставшуюся жизнь. Тот день, когда они оба поняли, что отдавать любовь бывает куда приятнее, чем получать.