Мистер Старк, научите меня спать

      В ту ночь я так и не смог уснуть.       После того, как осторожно положил беззащитного, юного Питера в постель и укрыл одеялом, преодолевая из-за бурного выплеска эмоций искушение поцеловать его на ночь, я побежал в туалет сбрасывать свое возбуждение. Пока обдумывал произошедшее, в сотый раз корил себя за невообразимо постыдные (по сути, даже незаконные) мысли, занимался самобичеванием, глядя на свое отражение в зеркале, время, как я посмотрел на любимых карманных часах, перевалило за два часа ночи.       "Как я мог воспылать такой любовью к подростку, которому в отцы гожусь? Железный человек докатился..." — примерно такие мысли меня мучали в тот момент.       По правде говоря, я тоже замечал за ним смущенные, временами резко отведенные от меня взгляды, робкие улыбки и глупые фразы, когда мы были наедине, будто я — его первая любовь. В то время я действительно напрягся и тщательно отталкивал его, но потом был убеждён в обратном: он стал нормальным, не застенчивым, даже немного наглым подростком, который до этого, видимо, слишком сильно хотел произвести впечатление на своего босса. Так что я отбросил слабую надежду на какое-либо совместное счастье, и пытался отбросить и свое влечение.       Затем вышел на балкон, как всегда не заботясь о себе и не накинув что-нибудь теплое, и долгое время любовался поистине прекрасным рассветом, который неспеша окутывал поверхность розоватым светом — я частенько так делал, когда хотел привести в порядок мысли.       После того, как солнце уже полностью начало освещать Нью-Йорк, я решил проведать спящего паучка. Парень сладко спал, похрапывая, тело его лежало горизонтально, а ноги обхватывали одеяло, словно тот лазал во сне по деревьям — ребенок, что еще сказать. Невинный, смелый ребенок, которого ждет большое, светлое будущее, и в нем точно не должно быть озабоченного старика в железном костюме.       Я, стараясь не разбудить, тихо подошел к кровати, чтобы укрыть беспокойного одеялом. Это оказалось не так-то просто: он лежал на нем, практически вцепившись. Ситуация оказалась сложная. Пока я осторожно приподнимал ноги парня, чтобы достать из-под него одеяло, он резко заговорил, отчего я чуть было не уронил его тело.       — Мистер Старк, пожалуйста, Мистер Старк... — пусть Питер лежал, уткнувшись лицом в подушку, и его слова было трудно разобрать, но в голосе можно было различить какое-то неведомое отчаяние. — Не уходите...       — Питер? Питер, тише. Я здесь, — конечно, я начал беспокоиться, что у него может быть жуткий кошмар, а будить нельзя ни в коем случае, поэтому я все еще держал его ноги, не шевелясь и облокотив на свои плечи. Мой голос звучал ласково, приглушенно, и мое неожиданное обращение прозвучало в приступе нежности. — Я никуда не уйду, малыш.       Примерно через минуту, когда я думал, что он успокоился, в ответ послышались негромкие поскуливания, тело парня резко стало на целый градус горячее, а затем его бросило в дрожь. Я не на шутку испугался, что у Питера случился какой-то приступ, с которым я не справлюсь, и надеялся, что он просто простыл, но потом, к большому своему сожалению, понял, что к чему.       — М-мистер Старк... Еще... — парень, откинув голову, выгнулся в спине, сильнее вцепившись пальцами в постельное белье и громко, откровенно простонав.       Что?       Какой еще "Мистер Старк"?       Первые доли секунд я еще не понимал, что парень, ноги которого я обхватывал, стонал именно мое имя во сне, и явно не от того, что я ему приснился в виде монстра, но когда до моих мозгов дошла суть увиденного и услышанного, мое лицо сразу же залилось краской. Я, немного небрежно положив тело парня на кровать, поскорее выбежал из комнаты и облокотился на холодную стену, практически упав на нее от бессилия, ведь мои ноги тоже начали трястись.       "Бред..." — повторял я себе, однако будучи точно уверенным, что Паркер других Старков, по крайней мере живых, точно не знает.       Я был в огромном, просто полнейшем шоке, и настолько измучил себя догадками и мыслями на этот счет во время, казалось, бесконечной ночи, что просто уснул под утро, физически и душевно вымотавшись.       "А ведь это только начало. Питер ночует у меня только первый день. Будто попал в свой самый желанный и кошмарный сон одновременно..."       Проснулся я спустя пару часов от запаха жареного мяса и нечеткого пения, которое исходило примерно в трех метрах от меня, и понял, что Питер решил приготовить завтрак и сейчас стоит у плиты. Я приподнялся на неудобном для сна диване, потянулся, и на сонную голову все-таки смог узнать песню, которую напевал парень — "Believer" Imagine Dragons, и отметил, что пел он вполне неплохо.       Питер, пусть даже при шуме в комнате, мгновенно услышав мои тяжелые от недосыпа вздохи (этому я не удивился, учитывая, что у парня отличный паучий слух), радостно крикнул:       — Ой, вы уже проснулись? Утречка, мистер Старк, а я вам тут завтрак решил приготовить.       — Доброе утро, Пи... тер, — последнее слово у меня осталось где-то далеко, в неизведанном пространстве, потому что сейчас меня волновало кое-что совершенно другое. Кое-что, представшее передо мной на кухне.       Я повидал в жизни многое, и сравниться со мной смогли бы разве что другие мстители со всеми нашими злодеями, пришельцами, камешками волшебными. Только что-что, но этого они точно не видели. Никто не видел. Никогда.       Мое энергетическое сердце еле-еле выдержало третью за двенадцать часов поражающую картину: Питер Паркер, практически обнаженный, одетый лишь в цветочный фартук, который прикрывал только переднюю часть тела, готовил мне яичницу и напевал песню Imagine Dragons.       Готовил яичницу с беконом. Голый.       Может, меня наркотиками накачали сутки назад или Локи иллюзии понаставил, чтобы Железного человека захватить?       Бред. Бред, определенно, у меня бред.       — Мистер Старк, вам помидоры положить? — совершенно невозмутимо, будто он сейчас не крутит передо мной обнаженной задницей у плиты.       — Что? — наверно, я так и стоял там с минуту на одном месте, пусто хлопая глазами.       — Вам помидоры добавить в яичницу? — по его многозначительному взгляду и самодовольной улыбке, которую он пытался скрыть, можно было сказать, что он радовался моей реакции.       — А... Не надо, спасибо.       Человек-паук, накинув на себя один лишь фартук, спокойно расхаживал от плиты к столу рядом со мной, раскладывая посуду и приготовленный завтрак. Он вел себя удивительно естественно, но был настолько развратным, что любая порно-актриса позавидовала бы его таланту.       Я знал, что был весь красный от смущения и не только: голый вид Питера не способствовал уменьшению обычной утренней эрекции, скорее наоборот. Однако на фоне того, как сейчас выглядел второй человек в комнате, я был просто безгрешным, благочестивым ангелом.       Когда Паркер закончил со всем приготовлением, сел рядом со мной на диван, и мы включили телевизор, приступая к трапезе, будто все так и должно быть: голый Человек-паук в одном фартуке и Железный человек с каменным стояком вместе едят завтрак, смотря ток-шоу. Действительно, звучит, как название любительского порно-фильма. Может, Локи правда решил подзаработать и куда-нибудь поставил скрытую камеру?       — Мистер Старк? — вот и нарушилось наше напряженное, но безопасное молчание.       — Мальчик, когда я ем, я глух и нем, не забывай, — все бы ничего, обычная фраза, раздраженно и резко брошенная мной, если бы не хриплый от возбуждения голос.       — Мистер Старк. Я хочу позаботиться немного о вашей безопасности, поэтому скажу кое-что, — Питер сделал интригующую паузу, будто подстегивая мое и раздражение, и возбуждение. — Когда вы пытаетесь быть тихим, ходите, как огромный слон.       На этих словах я поперхнулся, еда чуть не выскочила у меня изо рта, и я настороженно посмотрел на парня и ждал, что будет дальше.       — Мистер Старк. Я сегодня мучался несколько часов, после того, как вы заметили... ну... Вы так резко бросили мои ноги и одеяло, прямо в тот момент, когда мне снилось кое-что, — на этих словах я сглотнул слюну и отвел взгляд, опять заливаясь краской, вспоминая его горячую кожу, почти дикие стоны и свое имя в них, — Я понял, что опять говорил во сне. Ну, кричал. И чуть не заплакал, ведь если у меня опять сегодня были приступы, вы могли их видеть, и мало ли, что я вытворял.       — Питер. Не надо...       — Мистер Старк. Нет, я вру... Я правда плакал, когда проснулся тогда, в одиночестве, но чувствуя ваше недавнее присутствие. Потому что в моих приступах всегда зову именно вас, будь то обычный или эротический сон. Из-за этого я всегда запираю у тети Мэй свою дверь в комнату. Думал, вы меня уволите... и возненавидите. Но я решился. Ведь я — герой, и хочу быть героем своего счастья, — прозвучало настолько пафосно, что я бы обязательно фыркнул, если бы не сложившаяся ситуация, — Я люблю...       — Питер.       — ... вас.       Мой мозг — пиши пропало. Правильно некоторые говорят, что мужчины не тем местом думают. Я не сдержался.       Отбросил вилку, которая с грохотом упала на пол, и резко накинулся на Питера, нависнув в сантиметре над ним. Мы чувствовали на своих лицах дыхание, взгляды безумно бегали по друг другу, а рты непроизвольно приоткрылись в ожидании поцелуя. Комната будто нагрелась сразу на несколько градусов и сузилась до небольшого пространства, где только мы с Питером и диван под нами.       — Ты этого хотел, паучок? Чтобы какой-то старик терся об тебя, мечтая выебать? — я был полон злости в тот момент. Злость на Питера, за его подначивания, но главное, на себя, за свою абсолютную потерю самоконтроля. Ни разу я не был так настигнут врасплох, никто и никогда еще не вызывал у меня такой реакции.       — Если этот человек вы, мистер Старк, то моя заветная мечта сбылась. Я счастлив, но только если счастливы и вы...       Я оборвал его на полуслове, нежно накрыв его губы своими и обхватывая руками мягкую кожу лица, немного приподнимая. Через долю секунды Питер подался навстречу, утопая в наслаждении и практически тая в моих объятиях.       Мне чуть ли не снесло крышу от переполнявшей нас страсти. Мы полностью съехали на диван, и Питер уже беззащитно лежал без всякой возможности освободиться, прямо подо мной. Я на секунду остановил поцелуй, чтобы полюбоваться его выражением лица, полного наслаждения и похоти, скрываемой за стеснением (и этот парень, который соблазнил мужчину, будучи в одном фартуке, еще умудряется стесняться?), отчего парень капризно промычал, требуя продолжения.       Наш нежный, первый поцелуй перерос в нечто дикое. Я проник в его рот языком, и парень отчаянно — действительно, отчаянно, будто боясь, что я сейчас исчезну — подавался всем телом мне навстречу, желая большего, большего и большего...       — Малыш... Питер, мой... — даже не представляю, можно ли было разобрать мои слова из-за сбившегося напрочь дыхания.       — Мистер Старк, пожалуйста... Мистер Старк, только не покидайте меня, — сон мальчика стал явью.       — Никогда. Я никогда не оставлю тебя, слышишь?       Мои губы спускались к его шее, пока руки исследовали каждую клеточку его тела, отчего с губ парня срывались еще более страстные стоны, чем сегодняшней ночью.       Мы провели в объятиях и поцелуях целый день, ни на секунду не отходя друг от друга, будто пытаясь восполнить все то время, что мы упустили. Иногда даже пытались посмотреть какой-то фильм или заняться его учебой, но в итоге телевизор оказывался без внимания, а все книги — на полу.       — Мистер Старк, вам понравилась сегодня моя яичница? — парень в моих объятиях игриво улыбнулся, ожидая ответной реакции, так что я просто отвесил ему слабый подзатыльник. — Эй!       Ближе к ночи, после нашего совсем недетского проведения времени, мы лежали в моей постели, очень уставшие, но полностью довольные и впервые за долгое время по-настоящему счастливые. Готовились ко сну молча, наслаждаясь друг другом в тишине, пока в один момент Питер окончательно не уснул.       — Мистер Старк... — сонно буркнул парень и грянул в пучину сновидений. Я не заставил себя долго ждать: немного полюбовавшись любимым человеком, заснул вслед за ним, ни разу не выпуская его из объятий в течение всей ночи. Как и обещал.       Я проснулся незадолго раньше Питера и ни разу не пошевелился, только продолжая любоваться им спящим, прямо как в ту ночь, когда он мыл мои полки. Я по-доброму ухмыльнулся, сравнивая эти две картины: расслабленный, довольный ребенок, который совершенно беззаботно находился в моих объятиях и абсолютно доверял Железному человеку. Мой маленький, любимый Человек-паук. Была бы моя воля, я бы отбросил прочь все обязанности перед человечеством и увез его в наш личный загородный домик на всю жизнь.       — Вы так тщательно разглядываете меня, Мистер Старк. Мне неловко, — он абсолютно прав. И мне бы никогда это не надоело.       Вдруг я понял кое-что: я ведь всегда сплю чутко — ох уж эта привычка героя, который всегда должен быть настороже — и не заметил, чтобы он не то, что ходил, а хотя бы говорил сегодня во сне.       — Питер. Кажется, я нашел лекарство от твоего лунатизма, — я заговорил радостно и немного как ученый, который только что сделал самое важное открытие в своей жизни.       — Что вы имеете ввиду?       — Сегодня у тебя не было приступа. Кажется, тебе придется проводить каждую ночь всей оставшейся жизни со мной.       — Мистер Старк, значит, вы научите меня спать? А будете учить каждую ночь?       — Маленький негодник, — на мои слова подросток немного съежился, ожидая еще одного подзатыльника, но получил только легкий поцелуй в лоб.       — Все-таки я самый счастливый пациент на свете. Мое лекарство, которое вы мне дали, оказалось моей давней мечтой.       Я думал, что в тот момент просто расплачусь, как маленькая девочка, которой только что признались в любви. Никогда в жизни я еще не был так счастлив. Вот оно, ради чего я жил все это время, вот, в чем состоит мое счастье, помимо спасения человечества. Этот смысл жизни лежит в моих объятиях, и, надеюсь, будет лежать так каждую ночь.       Я научу тебя спать. И научу любить, мой Питер Паркер.