Жажда магии. Господство Альянса.

      По пустынному коридору целительских палат разносились гулкие удары – стук ног высокого, широкоплечего эльфа в тяжелой броне. Обычно Гвэт умел передвигаться бесшумно, но касалось это лесов или гор, а никак не больничных покоев, да и дело заставляло его торопиться. Достаточно сказать, что, спеша быстрее добраться к отцу, син`дорай даже не посетил свой дом дабы разоблачиться, и потому сейчас был облачен в хорошо послужившие ему на войне доспехи. Но тому были причины, ибо в коротком, всего в две строки, письме звучала просьба о скорой встрече, но не было никаких подсказок, с чем она связана. «Может быть отцу стало хуже?» - с тревогой подумал Гвэт. К сожалению, он не мог часто видеться с отцом, слишком много времени отнимала служба, а потому мог и не узнать вовремя об изменении его состояния. Наконец Гвэт добрался до нужной двери, провожаемый недовольным взглядом целительницы, и распахнул створки.       Его взгляду предстала кровать, единственная в комнате, на которой лежал бледный эльф, с исхудавшим телом и осунувшимся лицом. В свое время Гвэт не мог даже представить, чтобы его отец, Иллидан Ярость Бури, предстанет таким больным и обессиленным. Что хоть что-то в этом мире окажется для него угрозой, но вот реальность предстала перед его глазами и воспринимать ее было очень тяжело. Правда, немного утешало то, что отец вовсе и не думал умирать, о чем свидетельствовали бумаги, которые он читал.       - Сын? Рад, что ты смог прийти так скоро. Ты далеко превзошел все мои ожидания, - проговорил Иллидан, рукой касаясь артефакта. Гвэт знал, что это устройство являлось наиболее совершенным на сегодняшний момент средством сокрытия, защищавшем от подслушивания, подглядывания и еще множества иных способов узнать о будущем разговоре. И если его отец использовал данный артефакт, беседа и вправду должна оказаться серьезной, ведь палата и без того была хорошо защищена.       - Я отправился сразу, как получил письмо, - ответил Гвэт, - случилось что-то серьезное? Это связано с Килатом? Отец, я и мои воины готовы сделать все, чтобы тебе помочь. Под моим началом всего сотня, но за каждого я могу поручиться. Только скажи, и, если потребуется, мы возьмем штурмом восточный штаб и притащим Килата в цепях! Или принесем только его голову.       - Заманчивая идея, но нет. Я хорошо знаю Ремара, и при всем его уме у него есть слабость - он не способен идти против своих друзей и семьи. Именно из-за этой черты я могу ему доверять, но по этой же причине сейчас возник этот кризис, в который мой друг не решается вмешиваться. И я, зная Ремара девять тысяч лет, не могу предсказать, как он поступит, если по моему приказу убьют его сына. Но как минимум наши отношения будут разрушены, и доверять друг другу мы уже не сможем. К тому же, такое убийство очернит мою и Майев репутацию намного сильнее, чем вся та грязь, что вылил на нас Килат.       - Но что делать? Так ведь не может продолжаться долго! Мы не должны это терпеть! Сколько уже мерзости было сказано в газетах и телепередачах! И не только о тебе, но и о маме! Мы должны прекратить все это, заставить его замолчать!       - Верно, сын, верно, это наш долг, и мы его исполним! - ожесточенно проговорил Иллидан, глядя куда-то вдаль.       Он воскрешал воспоминания последнего месяца, не самого спокойного из прожитых им. Месяца, за который на него и Майев вылили больше грязи, чем в ином мире было опрокинуто на Иллидана Предателя. Надо отдать должное принцу, имеющиеся у него средства он использовал крайне эффективно, хотя результаты его действий вызывали опасения своей малой предсказуемостью, угрозой раскола общества. Кого-то Килат смог убедить в своей правоте, а кого-то напротив - привел в негодование. И пусть Иллидана и Майев поддерживало больше син`дораев, чем принца, положение от этого не становилось менее опасным. Даже не для них самих, для страны. Все указывало на то, что если ничего не предпринять, может вспыхнуть пламя, которое будет очень сложно затушить.       - Именно из-за необходимости действовать я тебя и позвал, - после долгого молчания вновь заговорил Иллидан. - Мне необходимо, чтобы ты исполнил одно поручение. Поручение важное как для меня с Майев, так и для Альянса. Однако прежде чем его изложить, мне хотелось бы задать тебе один вопрос.       - Какой?       - Что ты знаешь о Расколотых островах?       Вопрос на мгновение выбил Гвэта из колеи. Ибо не этого он ожидал, при таком начале разговора. Впрочем, собраться ему удалось быстро.       - Для начала стоит сказать, что это не острова, а остров, - начал он. – Нет, там есть небольшие островки, что примыкают к нему, но они слишком незначительны, чтобы их учитывать.       - Верно, еще?       - Коренным населением их являются шал`дореи, ночнорожденные, эльфы, измененные под воздействием Ночного колодца. До раскола мира они были эльфами восточной части Калимдора - жителями Сурамара и беженцами из окрестных земель. Этот город являлся одним из крупнейших среди существовавших до раскола мира, а потому калдораи верили, что ему не дадут пасть. В связи с чем они отказались от эвакуации на запад и применили все свои знания для того, чтобы укрепить поселение. И это им превосходно удалось. Сурамар оказался окружен защитным барьером, позволившим эльфам пережить катастрофу, а питался этот барьер от сотворенного Ночного колодца.       Гвэт вздохнул, собираясь с мыслями, а затем уже менее уверенно продолжил:       - Расколотые острова были обнаружены мореплавателями Альянса в три тысячи двести первом году от раскола мира, однако отношения сразу начались с конфронтации. Шал`дораи отнеслись к Альянсу настороженно, почти агрессивно, и такое положение вещей сохраняется и по сей день. При этом…       - Постой, - Иллидан перебил сына, вскинув руку. – Ты слишком быстро завершил рассказ о встрече Альянса и шал`дораев, а ведь именно в ней зреет корень всех проблем.       - Но я мало знаю об этом, - начал Гвэт, однако оказался вновь перебит.       - В этом нет ничего страшного, ибо данная тема сознательно замалчивается.       - И что же там произошло? – теперь Гвэту стало действительно интересно.       - Для начала еще один вопрос – не припомнишь ли ты еще важных событий в истории Альянса, случившихся в то время?       - Заговор Дат`Рила? – после некоторых раздумий предположил Гвэт.       - Да, именно он, - подтвердил Иллидан. – Заговор высокорожденных против Альянса, против иных рас и в первую очередь дворфов. Событие, которое едва не раскололо наш союз, и лишь жесткие меры Ремара позволили этого избежать. Каковы были его итоги?       - Заговорщики оказались посажены в тюрьму, - припомнил Гвэт.       - Верно. Хотя большинство из них оказались убиты без всякого суда и широкой огласки. Иллидари этим не занимались, у меня и моего отряда иная сфера применения, но вот Серым, выискивающим измену, в тот год пришлось много работать.       - И как же этот заговор и Расколотые острова связаны?       - Все просто. Пусть заговорщиков беспощадно уничтожали, но многие из них смогли уцелеть в первые ночи чистки. Очень скоро эти эльфы осознали, что рано или поздно очередь дойдет и до них. И тогда они ворвались в тюрьму Нередин, перебили охрану и освободили своих предводителей, а затем, похитив корабли, уплыли из Калимдора.       - Постой, - на этот раз пришла очередь Гвэта перебить отца. – Они что, смогли организовать побег из Нередина? Тюрьмы, из которой за всю ее историю не сбегал ни один заключенный?       - Это был единственный побег за всю историю, и Серые предпочитают о нем не вспоминать. Впрочем, это не главное в нашей истории. А важно то, что вслед за беглецами был направлен флот син`дораев под командованием Серых, и сам их Глава возглавил эту экспедицию. И стоит сказать, что как моряки, так и цепные псы Ремара были злы, очень злы из-за смерти своих товарищей. А потому атаковали сторонников Рила в тот самый момент, когда их обнаружили, даже не попытавшись оценить обстановку.       Лицо Иллидана исказила гримаса едва сдерживаемого гнева.       - И в чем же они ошиблись? – спросил Гвэт.       - В том, что беглецы бросили якорь у самого Сурамара и в тот самый момент вели переговоры с одним из высокопоставленных шал`дораев. Его убили в той бойне, что была устроена у Расколотых островов.       - И именно поэтому ночнорожденные нас не любят, а вовсе не из-за каких-либо предрассудков?       - Верно, конечно, нам удалось сгладить первое впечатление за следующие несколько тысяч лет, но, увы, не до конца. К тому же, мы самовольно организовали поселение Альянса в восточной части острова и это не прибавило любви между нами.       Немного помолчав, Иллидан продолжил:       - Тебе необходимо знать следующее. Неприязнь к Альянсу вынудила шал`дораев лучше относиться к другим расам. Они дали свое согласие на поселение калдораям, обнаружившим на Расколотых островах часть заповедной рощи, в которой обитал Кенариус, они также позволили магам Даларана и людям Восточных королевств поселиться на восточной части острова и даже более того – разрешили им вести раскопки. Впрочем, до недавнего времени положение на Расколотых островах было спокойным. Пусть мы и не получили согласия шал`дораев на использование их острова как плацдарма для наступления на троллей, но смогли справиться и так. Сама эта земля нас также мало волновала и была всего лишь одним из мест, где мы могли продавать свои товары. Но все изменилось три месяца назад.       - Что произошло?       - Шал`дораи и маги Даларана восприняли высадку Альянса на севере Восточных королевств гораздо хуже, чем мы ожидали. Они восприняли это как угрозу, угрозу их существованию. Их мнение поддержали королевства людей, обретшие силу после ослабления Амани, королевство Арати, Штормград, Кул'Тирас, да и сам Даларан, все они посчитали необходимым воспользоваться плодами нашей победы, захватив даже те земли, которые им никогда не принадлежали. И, получив силу и уверенность, страны Восточных королевств решили предпринять дальнейшие шаги. В то самое время, как у нас разразился политический кризис, между Сурамаром с одной стороны и Восточными королевствами с другой было заключено соглашение, оборонительный союз, ключевым моментом в котором стало создание форта в заливе Рейнара. Форта, в котором будут расположены маги Даларана и отряды от королевств людей и дворфов. Надо признать, что люди очень грамотно распорядились тем шансом, что подарил им Килат. И ты ведь понимаешь, что это значит?       - Теперь, когда на Расколотых островах будет находиться форт людей и дворфов, а шал`дораи станут их надежными союзниками, Альянс окажется под угрозой. В случае возникновения такого желания, люди смогут атаковать Анду и запереть Ревущий Фьорд, наши ворота в Нордскол, - ответил Гвэт, воскрешая в памяти карту. - А следом атаковать недавно приобретенные нами территории в Восточных королевствах.       - Именно так. Ситуация настолько очевидно плохая, что даже правительственные газеты обратили на нее внимание. Правда, в них вновь попытались обвинить во всем меня и Майев, но те статьи были малоубедительными даже для очень непривередливого читателя, - мрачно усмехнулся Иллидан. – Если же отстраниться от нашего противостояния с Килатом, то положение в настоящий момент складывается действительно плохим. Договор людей с шал`дораями - это угроза Альянсу и в первую очередь син`дораям.       Иллидан замолчал, давая возможность Гвэту оценить услышанное. Для того сказанное было крайне неприятным, все же молодой син`дорай искренне переживал за свою родину и стремился всеми силами к ее процветанию. А то, что он видел сейчас, было одним из сильнейших ее кризисов со времен того самого заговора Дат`Рила. Однако было и еще кое-что, мучавшее Гвэта, и спустя несколько секунд размышлений он озвучил свои сомнения:       - Отец, я понял, в чем заключается угроза, однако хочу спросить. Почему ты обратился ко мне? Это ведь внешняя политика Альянса, а значит проблему должен устранять Совет. Так почему в нее оказался посвящен именно я?       - Потому, что именно ты возглавишь миссию, целью которой будет устранение возникшей угрозы. Потому, что ты - мой сын и сын Майев. А еще эльф, отстоявший врата Силитуса во время атаки силитидов. Возможно я бы проделал все лично, но увы, в настоящий момент не могу встать с постели, сказалось пренебрежение лечением, - тут Иллидан усмехнулся. – А твоя мать слишком яркая фигура для тайных операций. Между тем то, что мы затеем, будет именно тайным и не только для наших внешних врагов, но и для внутренних. В план посвящены многие, более тысячи разумных, и риск раскрытия велик, но, судя по всему, я не ошибся в выборе, никто нас не предал, не раскрыл содержание операции.       - Ты решил провести военную операцию против внешнего врага, не испросив разрешения Ремара? Это довольно большой риск. Неужели все настолько плохо? – удивился Гвэт.       - Мы не справляемся, сын. Не справляемся со сражением на поле газет и телепередач. Я никогда не составлял ни на кого компромата, а твоя мама не пыталась искать что-то на наследника престола. Мы были не готовы к этому противостоянию и теперь пожинаем плоды. Нам уже нечего предъявить Килату, в то время как он все время находит новые темы для разрушения моей и Майев репутации. И помешать этому мы не в силах. Это просто не наше поле боя, мы не можем на нем победить, а потому должны изменить правила игры. Изменить, пока волнения среди син`дораев не достигли пика. Сейчас твоя мама прикладывает все силы для того, чтобы успокоить прихожан, негодующих против того, что печатается в газетах, но она уже не справляется с этим пламенем. И потому нам необходимо завершить противостояние с Килатом как можно быстрее. Нам необходима победа, победа там, где потерпели поражение наши политические противники. Килат и Ремар ошиблись, составляя план захвата земель троллей. Они не учли действия людей, а из-за разразившегося политического кризиса еще и оказались не готовы противостоять им сейчас. И в этой ситуации принц обвинил меня и Майев. А потому ты, я и твоя мама должны решить эту проблему, должны показать, что в то время, как Килат рвется к власти, мы заботимся о благополучии Королевства и Альянса. А еще намекнуть Ремару, что его политической игре следует положить конец. И если он не поймет намека, нам придется ограничить его власть.       Слова упали жестко и без тени сомнений. За прошедший месяц Иллидан перестал сомневаться в этом вопросе. А Гвэт и не думал его переубеждать. И волновало молодого эльфа только одно:       - Так что мы будем делать на Расколотых островах? Надеюсь, речь идет не о войне? – спросил Гвэт и замер в тревожном ожидании.

***

      Стоя на палубе корабля, Гвэт счастливо улыбался, подставляя лицо соленым брызгам. Море он любил и всегда был рад воспользоваться кораблем вместо того, чтобы перемещаться порталом, к сожалению, такие возможности представлялись не часто. Слишком долгим был морской путь в сравнении с телепортом. Жаль путешествие вскоре подойдет к концу, ведь его началом был город Андо в заливе Кинжалов, откуда до Расколотых островов при попутном ветре было менее семи ночей пути.       - Прекрасный вид, - проговорила девушка сбоку от него. Она лишь немногим уступала Гвэту в росте, и казалась очень хрупкой, особенно в лучах луны, очерчивающих стройный силуэт. Кожа девушки обладала красноватым отливом, характерным для всех, кто родился после создания Источника Ста отражений, но еще ярче были ее глаза, мечтательные, устремленные вдаль.       - Верно, вид прекрасен, - подтвердил Гвэт, смотря на девушку, - но тебе, Айлин, хотелось бы увидеть иное место? Расколотые острова?       - Не могу дождаться, когда они покажутся на горизонте! – страстно проговорила та. - Сколько тайн в них скрыто, сколько древних артефактов…       Гвэт мог бы сказать, что думает о тех безделушках, что раскапывает гильдия мен`дораев, эльфов пути, но не желал портить настроение спутнице. В конце концов, очень многие син`дораи ценили наследие древней эпохи, очень высок был спрос на такие находки, а потому профессия искателя была уважаемой и прибыльной. А попасть в ряды крупнейшей гильдии, отвечавшей за поиск древних сокровищ, было крайне непросто – мен`дораи могли позволить себе набирать лучших.       - Не забывай, наша главная цель - не поиск артефактов, - напомнил Гвэт.       - Сложно это забыть, общаясь с тобой, - девушка улыбнулась. – Гвэт, я хоть и не до конца понимаю всю ситуацию, но знаю, что в этот раз раскопки ничего не дадут. Ведь копать мы будем в месте, где никаких поселений не было. Однако меня это нисколько не смущает, так как по результатам работы мне было обещано полное содействие в новых исследованиях. Причем именно на Расколотых островах.       - Извини что напомнил, просто…       - Не знаешь о чем говорить с красивой девушкой? – с иронией спросила Айлин. И этой фразой вновь ввела его в смятение. Ведь Гвэт действительно не представлял, как ему общаться с Айлин, тем более, что она формально являлась его начальницей. Да и опыт в общении с женщинами он имел слабый.       - Просто хотел убедиться, что ты не забыла, - наконец ответил Гвэт. – А что ты хочешь там найти?       Айлин улыбнулась этой неуклюжей попытке перевести разговор, но все же милостиво подхватила тему.       - Самой ценной находкой сейчас считаются украшения, - ответила девушка. И увидев непонимающий взгляд Гвэта пояснила, - сразу после раскола мира Дат`Ремар и твой отец позаботились о том, чтобы восстановить знания эльфов о магии. И им это удалось. Так что артефакты имеют для нас мало значения, другое дело изделия из драгоценных камней, особым образом обработанного дерева, полудрагоценного камня, металла… Многие способы обработки оказались утрачены, и потому старые украшения высоко ценятся, как обычными коллекционерами, так и ювелирами, мастерами по дереву и камню.       - Но ты ведь хочешь найти не это? – уточнил Гвэт, и тем вопросом заработал пристальный, изучающий взгляд.       - Да, ты прав, - на лице Айлин вновь показалось то мечтательное выражение, каким она смотрела ранее за горизонт. - Я хотела бы найти место сражения с демонами, которое произошло где-то там, рядом с городом.       - Почему его?       - Мне нужно знать, существовало ли это сражение на самом деле. Кто сражался в нем, кто отдал свои жизни ради спасения других. Быть может, среди них был мой дедушка… Я смогла бы узнать его по броне, такой не было ни у кого другого, отец рассказывал, как она выглядела. И ее сталь не должна была пострадать от времени, она была защищена магией, являясь семейной реликвией.       Произнеся это, Айлин замолчала и вновь посмотрела за горизонт, в том направлении, где вздымались Расколотые острова.

***

      К пункту назначения корабль прибыл на седьмую ночь. И время для этого оказалось чрезвычайно удачным, ибо на небе не было ни облачка, и остров оказался освещен лишь недавно начавшей убывать луной. Свет ее падал на мрачные серые стены порта, освещал необычные строения, почти целиком утопающие под землей, касался лиц немногих шал`дораев, показавшихся на поверхности. Делать они это не любили. Слишком были привычны к подземельям города или куполу над головой, а потому широкое пространство моря вызывало у шал`дораев подспудный страх, слабо поддающийся лечению. А потому всех видимых эльфов можно было смело относить к низшему сословию, которому оставался всего один шаг до изгнания. В прежние времена именно такая участь бы их и постигла, но с тех пор, как Сурамар стал важным портом, стоявшим на торговых линиях между Нордсколом и Восточными королевствами, этот город познал небывалое оживление. Потоки товаров пролились над ним живительным дождем, вынуждая шал`дораев развиваться, изготавливать собственные артефакты на продажу, а еще позаботиться о собственной защите, создав прочные стены, окружившие город.       Досмотра кораблей здесь не существовало, была лишь плата за стоянку и груз, но об этом следовало договариваться капитану корабля, а Гвэт предпочел сосредоточиться на выгрузке привезенных вещей, среди которых более всего проблем обещали создать строительные големы – конструкты, в десять раз превосходящие вес среднего син`дорая. Воспоминания о том, как их затаскивали на корабль, все еще были свежи в памяти, а потому Гвэт уже «предвкушал» обратный путь конструктов на берег. Однако разум боится, а руки делают, вот и работа оказалась не столь сложной, как представлялась, возможно потому, что экипажу требовалось спускать, а не поднимать груз. Вот только проблемы проявились позже.       - Что это? – спросил высокий, крепкий шал`дорай в украшенном золотом доспехе. Он отличался от тех ночнорожденных, что встречали корабли, ибо явно никогда в своей жизни не испытывал необходимости в магии. А еще за его спиной стояло три десятка воинов.       - Строительные големы, - честно ответил Гвэт.       - Все отличие этих големов от боевых в том, что их конечности снабжены ковшами, так что их можно приравнять к оружию, ввоз которого запрещен.       - Вы глубоко заблуждаетесь, офицер, - максимально дружелюбным тоном начал говорить Гвэт. – Эти големы имеют множество отличий от боевых. Управляющие структуры у них другие, материалом им послужил камень, который уже давно не используется Альянсом для военных нужд, также они крайне медлительны. По сути это очень хрупкие, медленные конструкты, не способные противостоять даже одному воину-эльфу.       Сказав это, Гвэт сделал резкое движение правой рукой, на которое отвлеклась стража, и в тот же миг командир отряда шал`дорай схватил брошенный магией невидимый предмет.       - Если так, - сказал он, совершенно не изменившись в лице после получения взятки, - вы можете продолжить. Но учтите, что в будущем провоз таких инструментов на Расколотые острова будет ограничен.       - Разумеется, - проговорил Гвэт.       На этом трудности исчерпались, и к утру весь груз был доставлен на берег. Операция должна была начаться только через неделю, с прибытием еще двух судов, а пока у Гвэта было время на то, чтобы осмотреться, навести контакты с друидами и принять под свое командование иллидари, уже находившихся на острове.