Я помогу тебе.

      Две тысячи тридцать восьмой год. На дворе ноябрь — переход между осенью и зимой; месяц, который готовит растения, животных и людей к предстоящим холодам. Впрочем, непогода сейчас мало беспокоила граждан Детройта. Костью в горле у них встала совсем иная, более масштабная проблема — по всему городу (и, если говорить честно, по всей территории США, куда добрались отделения «Киберлайф») все чаще и чаще регистрировались случаи нападения машин на собственных хозяев. Единственное, чем это могли объяснить люди, работающие с этими металлическими существами — сбоем программ в следствие пережитого стресса. Да вот только какой для андроида стресс? Их и программируют на то, чтобы не испытывать слабостей, подобных человеку: работать без выходных, без еды, воды, зарплаты. Идеальный сотрудник, не требующий ничего, кроме приказов, дабы немедленно приступить к их исполнению.       Лейтенант Андерсон сонно потягивал газировку из пластикового стаканчика через тонкую трубочку. Сидя за рулем своей машины, припаркованной возле опечатанного двухэтажного, довольно богатого коттеджа в частном районе Детройта, он наблюдал за суетящимися сотрудниками правоохранительных органов, что расположились вокруг. На переднем сидении возле него сидел, как называл его первое время Хэнк, «андроид на побегушках» — Коннор, робот-детектив модели RK800. Новейшее достижение «Киберлайф», с которым лейтенант был поставлен в напарники. Впрочем, сейчас его это вполне устраивает. Тем более, этот металлический засранец поладил с Сумо и оказался, как выяснилось, не слишком то и металлическим. Но и до девианта ему было далеко. — Ты так и будешь пялиться? — недовольным голосом спросил мужчина, глядя на андроида, что с нарисованным на искусственном лице интересом всматривался карими оптическими блоками в процесс того, как газировка прямо через трубочку попадала в рот Хэнка. — Лейтенант, — начал несколько поучительным голосом RK800, — знаете, по моему анализу, в этой газировке более… — Боже, опять ты за свое. — Устало прервал его седоволосый мужчина, выходя из машины. — Пошли уже, займешься, наконец, делом.       Двое мужчин прошли через голограмму, служащую заменой старым лентам для опечатки места преступления, и направились прямиком в дом под неодобрительные переговоры за их спинами. Андерсона первое время раздражало то, что на расследование дела о девиантах отправили именно его, да еще и всучили такую же игрушку ему в напарники. Многие, кто присутствовал на расследованиях вместе с ними, частенько шептались и не прекращали это дело сейчас. Ранее это больнее задевало огрубевшую душу мужчины где-то внутри, сейчас — просто смешит. Он знает, что Коннору нет равных в анализе данных и воспроизведении состава преступления. Ни одна улика не уйдет от чуткой системы диагностики его оптического блока, ни одна деталь не ускользнет. Это подтверждалось множеством доселе раскрытых дел. Но о том, говорили ли они правду об участи преступников-девиантов, каждый раз сообщая, что цель устранена — это совсем другое. Это их секрет. Впрочем, одна из причин, по которой Хэнк перестал относиться к своему напарнику как к простой машине и даже считал его кем-то вроде своего друга.       Коннор осматривает помещение. Место преступления — спальня. Игнорирует дорогое убранство, которое обсуждают два полицейских на фоне (спустя пару секунд неодобрительным взглядом их затыкает Андерсон). Включает режим диагностики, пробегает взглядом по комнате, отмечая, что ему следовало бы осмотреть в первую очередь. Размеренными шагами, совершенно неторопливо подходит к жертве, тело которой лежит на полу, не накрытое полотном, как по обыкновению делали следователи, приезжавшие на место преступления раньше них с лейтенантом. Осматривает тело на наличие улик, опознает погибшего. — Жертва — тридцатилетний Марк Милч. Заместитель генерального директора компании «Фарм-ИР», производящей лекарственные препараты. — оглашает первую информацию андроид, не обращая внимание на колкие остроты одного из следователей в стиле: «Мы это и так знаем. Покажи что-нибудь поинтереснее». Осматривает тело на наличие повреждений, сразу фокусирует внимание. — Жертва погибла от множественных ударов, нанесенных тупым тяжелым предметом. Ему раскроили череп. Остальные части тела без повреждений.       Коннор поднес ладонь к месту травмы и двумя пальцами прикоснулся к крови, чуть застывшей, но еще достаточно свежей. Кончиками пальцев, на которые он взял образец, касается языка, чтобы прямо на месте провести следственный анализ. Полицейские на фоне морщатся, покидают помещение, а лейтенант усмехается через отвращение. — Сука, Коннор, как же это отвратительно. — только и добавляет он, слегка покачивая головой. Андроид одобрительно приулыбнулся, зная, что Хэнк испытывает некое подобие триумфа. — Убийство было совершено менее трех дней назад. В крови есть остаточное вещество от красного льда.       Коннор собирается отойти от трупа, чтобы найти еще улики, но его чуткое внимание приковывает ладонь мужчины, сжатая в кулак. Был бы он человеком, возможно, прищурился бы, нахмурился, но лишь приостанавливается и тянется к мужской руке, легко и безболезненно разжимая его пальцы. Точно внезапное озарение снизошло на RK800, стоило ему увидеть столь неожиданный «подарок судьбы» в виде еще одной улики. Вновь дотрагивается кончиками пальцев, подносит их к языку. — Лейтенант, у него на пальцах и под ногтями тириум. А между пальцев волосы, черного цвета. Судя по всему, принадлежали напавшему девианту.        Прошло менее десяти минут после того, как напарники переступили порог спальни, как Коннор уже воссоздавал в системе своего цифрового сознания события практически трехдневной давности. Вот он видит, как андроид заходит в комнату, присаживается на край кровати. Хозяин берет в руку пульт от телевизора и после недолгих раздумий замахивается, бьет робота. Та стойко терпит поток ударов. Повреждения сильные, так что девиант не мог уйти далеко от дома. И вот, после града повреждений, что послужили причиной сбоя системы девианта модели АХ400, андроид не выдерживает и, выхватив орудие из рук хозяина, начинает избивать его ответно до тех пор, пока он не падает навзничь, обездвижено. Полученную информацию доносит до лейтенанта, на что тот, чуть задумавшись, переспрашивает: — Говоришь, девиант не мог далеко уйти? Есть шанс, что она еще здесь? — полушепотом интересуется мужчина. В голове его слишком много мыслей — это ведь была самозащита. Будь она человеком, при наличии необходимых доказательств ее ждало бы явно более мягкое наказание, чем будет ждать девианта — ее, вероятнее всего, отключат и выбросят, точно мусор, на свалку. При более хорошем раскладе — починят и обнулят блок памяти, после чего отправят на перепродажу. Ни тот, ни другой вариант не казались Хэнку особенно радужными. Он отметил про себя, что стал излишне чувствительным после того дела с клубом «Рай», когда впервые ощутил четкое волнение и некий страх от неизведанного, непонятного; от того, как начал осознавать, что андроиды становятся живыми. И сейчас он без особых колебаний, подозвав к себе поближе своего напарника, отдал ему четкое указание: — Найди ее и сделай так, чтобы в ближайший час этот девиант был у меня в машине. — Лейтенант, — с неким непониманием в голосе произнес Коннор, слегка сведя брови к переносице. Кажется, эта эмоция была более, чем настоящей, — вы хотите укрыть девианта самолично? — Именно. Так что шевели своей металлической задницей. — Вас понял, лейтенант.       Когда Хэнк развернулся и направился в сторону толпы полицейских, чтобы на время отвлечь их внимание на себя и не дать заметить пропажу андроида, начал рассказывать им детали дела и рассуждать о сущности машин в принципе. Эта тема была щекотливой и интересной каждому человеку, особенно тем, кто частенько сталкивается с последствиями девиаций у андроидов. Так что сейчас у Коннора явно достаточно времени на то, чтобы найти пропавшего робота.       Спустя несколько секунд RK800 уже распознал на ковре бледные, впитавшиеся в ткань, голубоватые следы. Не было необходимости проводить анализ, чтобы понять, что это следы тириума поврежденной машины. И он направился по уликам вперед, торопливо, осознавая, что лейтенант Андерсон пусть и хороший полицейский, но собеседник из него местами не самый дружелюбный и уж слишком много времени он выкроить для своего напарника не сможет. Коннор спустился по лестнице вниз, на первый этаж. Следы привели его к двери под лестницей — судя по всему, ход в подвал. И как полицейские не догадались проверить подвал? Дергает ручку — заперто. Видимо, открыть дверь — слишком сложная задача для следователя. Они явно недооценивают андроида, ведь их совершенствуют с каждым днем все больше и больше, чтобы те становились прогрессивнее и умнее, качественнее выполняли свою работу. Вот и сейчас люди явно не догадались, что умная, сбившаяся с программы машина вполне способна запереть дверь с обратной стороны при помощи собственных технических характеристик, которые вложили в них разработчики. Замок электронный, так что это совершенно не составило бы проблем даже менее совершенной модели андроида АХ400. Что уж говорить о более современной модификации…       Закрывает за собой дверь. В помещении довольно темно — тусклый свет расположен по углам подвала. Стоит Коннору коснуться выключателя возле двери, как чуткие слуховые датчики улавливают шорох. Девиант совершенно точно здесь, но RK800 пока не будет звать его. Он осматривает место — это не подвал, а самый настоящий винный погреб. Множество стеллажей с напитками разных годов, совершенно бесценные, как считают многие люди, в избытке хранились в доме убитого. Когда есть деньги всегда хочется их куда-то потратить, заметил андроид, анализируя человеческую природу на основе тех людей, с которыми он сталкивался и которых знал сам. Хотя лейтенант Андерсон не был таким, совершенно точно не был. Спустившись по ступенькам вниз, андроид чувствовал на себя фокусировку чьих-то оптических блоков. Знал, что девиант наблюдает и, возможно, в любой момент может напасть. Но пока не нападает. — Я знаю, что ты здесь. Мои датчики улавливают твое движение по правую сторону от меня за винными стеллажами. Я безоружен, — подняв руки чуть вверх, говорит детектив, не смотря в сторону девианта. Не хочет давить на него, знает, что андроиды со сбоями системы очень нестабильны и их легко довести до уровня самоуничтожения. А этого RK800 совершенно не хотел. Иначе это будет невыполнением задания, что поручил ему Хэнк. Замечает, как из-за одного стеллажа медленно показывается фигура девушки-девианта. Она останавливается, выглянув лишь наполовину, чтобы проверить безоружность пришедшего полицейского наяву. — Мое имя Коннор. Я пришел, чтобы помочь тебе уйти отсюда. Как тебя зовут? — голос андроида был излишне спокойным. Таким, будто бы он уже неоднократно проворачивал подобные «миссии», противореча собственному протоколу и сущности, ради которой его создали. Значит ли это, что он тоже своего рода девиант? Девиант под прикрытием? В голове детектива всплыла системная ошибка — сбой программы. — Я не могу просто так тебе поверить. — Отзывается, наконец, голос женской модели андроида. АХ400, убедившись, что Коннор не лукавит по поводу оружия, выходит из своеобразного «укрытия». Девиантом оказалась новая, усовершенствованная модификация модели стандартного андроида-домохозяйки. Новые возможности смены внешних параметров, которыми, судя по всему, воспользовался хозяин этого андроида — редко АХ400 выпускают с черными волосами и голубыми радужками оптических блоков. Подобные данные встречаются, зачастую, у андроидов, хозяева которых богаты и могут позволить себе сделать робота по заказанному образцу внешности. Почему именно такой? Коннор задаст этот вопрос девианту позже, если сумеет уговорить ее пойти с ним. Проводит внешнюю диагностику — поврежден правый оптический блок, корпус носовой перегородки тоже. Из носа, точно кровь, шел тириум, но сейчас он застыл на лице и костюме девианта, как и запекшаяся человеческая кровь. Внешние повреждения были не так сильны, но детектив обратил внимание на то, что индикатор биотранслокатора андроида не был голубым или желтым, он горел лишь красным. — Состояние системы? — спросил мужчина, чуть сдвинув брови. Он предполагал, что внутренние повреждения могут быть куда более неприятными. — Критическое. Биокомпоненты стабильны, но потери тириума за последнюю были слишком высоки и не восполнялись с последнего ремонта. — Тебе срочно нужна помощь. Я помогу тебе.       Голос андроида звучал убедительно. Он говорил мягким, низковатым баритоном, специально выработанным наиболее приятным для человеческого восприятия. И девианты, как считал Коннор, раз похожи на людей, должны быть склонны к доверию. Но стоящая перед ним АХ400, похоже, не слишком верила в его слова. — Что будет, если я откажусь? — спросила девушка, отойдя на шаг назад от андроида-полицейского. После, услышав то, как кто-то наверху дергает дверную ручку, настороженно посмотрела на него ясным взглядом — осознанным, испуганным, растерянным, точно человеческим. Но она машина, и детектив знает это. — Ты что, запер дверь? — спросила мысленно, передавая данные напрямую из системы в систему (чтобы не издавать привлекающего внимания шума. Мало ли, какой слух у полицейских) у него девиант, удивленно, непонимающе. Значит, он все-таки пришел помочь? Значит ли это, что у нее есть шанс не быть отключенной? — Да. Я же сказал, что пришел помочь. И у нас очень мало времени. Хочешь, чтобы тебя забрали в участок и препарировали там твои микросхемы, можешь оставаться здесь.       Коннор сам не предполагал, что его фраза так подействует на девианта. Страх смерти, отключения — один из самых явных среди «пробудившихся», как иногда называют они сами себя. И RK800 знал, что он не один из них, хотя бы по той причине, что, как ему кажется, он не ощущает страха перед этим, потому что он наверняка будет воссоздан в более совершенной модели. В любом случае, главная его цель — выполнить задание. Но именно сейчас он активно от этого уходит. Нелогично. Сбой программы. Он стал замечать сбои все чаще после того, как сблизился с лейтенантом и понял его намерения и мышление глубже, будто бы частично переняв его на себя. Глядя сейчас на растерянного человека перед ним, он осознал, что помогает не только потому, что ему приказал Хэнк. Она напугана, выбита из колеи, сама не понимает, что происходит с ее системой цифрового сознания, и ей нужна помощь. — Здесь есть запасной выход. Через него можно попасть в сад, но, — девиант помотала головой, собирая поток эмоций и стараясь утихомирить его, отключить. Она чувствовала себя живой, но сейчас это вряд ли поможет ей сбежать отсюда. — Но я привлеку внимание. — Нет, если будешь делать так, как я скажу.       Сбой программы. Уже третий за сегодня, а, точнее, а последние десять минут. Слишком много. Но Коннор должен закончить это, раз начал. Тем более, лейтенант вряд ли одобрит то, что, пока ему пришлось отвлекать, как он сам говорит, «кучку самодовольных болванов», Коннор здесь немного побеседовал с девиантом, а в итоге все равно все упустил.       Девиант все еще полностью не была расслаблена и не совсем доверяла Коннору. Он стал просчитывать возможные варианты событий — их было двадцать восемь. Во многих из них девиант пытается убежать или отбиться от Коннора, но в конечном итоге либо проигрывает ему, либо оказывается пойманной полицейскими. Глядя на подобные возможности развития событий, RK800 поймал себя на мысли, самостоятельной и отдельной от цифровой системы своего сознания, что было бы не слишком приятно потерять этого девианта. — Хочу сразу сообщить, что моя система просчитала все возможные исходы событий. Большинство из них имеют высокий процент успеха, а в остальных ты пытаешься убежать и тебя ловит полиция. — Ты меня так напугать пытаешься? — недовольным голосом поинтересовалась андроид, наблюдая, как Коннор всего одним легким движением руки сшибает висящий на двери, ведущей в сад, замок. Позади слышится шум — судя по всему, полицейские либо собираются взломать дверь, либо просто суетятся. Но RK800 точно знает, что, скорее всего, лейтенант Андерсон просто пошел в более «атакующую» позицию. При всем этом еще и в прямом смысле «атакующую»; когда Хэнк теряет способность держать ситуацию под контролем словесно, переходит на более варварский, как казалось андроиду, но действенный способ привлечь внимание. Закончив с дверью, детектив с нескрываемым удивлением, опешив, сфокусировал зрение на девианте. Ее ироничный и возмущенный тон ввел его в некий мыслительный тупик. — Нет, констатация факта с целью… — Идем уже.       Таким поведением она чем-то напомнила роботу лейтенанта. Нетерпеливая, пылкая, местами раздражительная. Сад они покинули безо всяких проблем, ибо внимание всех сотрудников правоохранительных органов было и правда приковано к пожилому лейтенанту, что с уверенностью бил морду кому-то из младших по званию. Коннор снял удлиненный пиджак своего костюма и накинул его на плечи АХ400. — На всякий случай. Если кто-то вдруг нас заметит, по крайней мере не увидит на тебе кровь. — пояснил размеренным голосом андроид, слегка кивнув головой, будто бы подтверждая подобным жестом свои слова. Он был убедителен во всем. Идеальный служащий «Киберлайф», казалось бы. Вот только откуда в нем эта странная помощь девианту в якобы «несправедливой ситуации»? Откуда ему вообще знать, что такое несправедливость, если он столь идеальная машина? Слишком философский вопрос для размышлений, неподвластный статистическому сознанию андроидов. Вот только вполне себе рассматриваемый этими двоими — каждым по отдельности, но факт остается фактом.       Посадив девианта в машину на заднее сидение, сам Коннор хотел было отправиться за лейтенантом, но тот подоспел как раз вовремя — потрепанный, но, кажется, даже довольный. Он заметил на заднем сидении чью-то фигуру и это одновременно воодушевляло и нагружало нервную систему мужчины. Он стремительно занял место за рулем и, не говоря ни слова, тронулся вперед. Девиант удивленно смотрела то на человека, то на андроида на переднем сидении. Она будто бы укуталась пиджаком RK800 — она что, чувствует от него запах мужского одеколона? Когда андроиды начали пользоваться человеческим парфюмом? Это слегка позабавило девушку и она ощутила, что впервые за последние пару дней может расслабиться и. отдохнуть. Не боясь, что кто-то ее поймает. Сейчас она совершенно точно знала, что может по крайней мере немного довериться этим двум детективам из полицейского департамента Детройта, потому что они, как минимум, только что нарушили закон из-за нее. Укрыли от правосудия потенциального преступника. — Ты, как тебя, — начал неуверенно мужчина спустя примерно минуту нависшей в машине тишины, которую прерывала только тихая музыка, доносящаяся из радиоприемника. — Элис. Мое имя Элис. — Элис, значит, — облизнув пересохшие губы, лейтенант на мгновение задумался. В этот момент он ощутил непонимающий взгляд Коннора, что его нехило порадовало. Он не такая уж и жестянка, как кажется. Но вот только причина этого взгляда была ему неизвестна. Секрет прост — RK800 только что осознал, что девиант тогда проигнорировала его вопрос по поводу имени, хотя совершенно точно его услышала. А стоило задать тот же вопрос лейтенанту, как она ответила ему без всяких колебаний. Нелогично, как казалось ему. — Я Хэнк. Этот невозмутимый детектив — Коннор. Я сейчас везу тебя к себе домой, а там мы будем дальше разбираться, что с тобой делать. — Зачем вы помогаете мне? — тихо спросила девиант, подавшись вперед, чтобы видеть своих собеседников. Она высунулась в пространство между сидениями, заинтересованно глядя на лейтенанта. Коннор отметил по отражению в стекле, что ее биотранслокатор больше не горит красным, предупреждающим светом, а наконец стал голубым, каким и должен быть. Но иногда он все-таки рябил, меняя цвет на оранжевый. Как понял андроид, в те моменты, когда девиант пыталась задействовать поврежденные части корпуса, например, сфокусировать изображение поврежденного оптического блока. — Да потому что… распоясались что-то люди, понимаешь? — мужчина тихо выдохнул, одной рукой потирая висок. Он собирал мысли воедино, стараясь при этом концентрироваться на дороге. — Поговорим дома. Ты пока там отдохни или что вы там андроиды делаете.