Дитя пылающего времени

28 марта 1986 год 8:17 p.m. Лаборатория 17. Антарктика

- Да, мы закончили, - Ребекка взяла Пирса за руку и повела к выходу, - Мы как раз собирались идти за выпивкой. Ты Вескера не видела? - Кот у нас в комнате. Стабильность, - Джун пожала плечами, - А человек улетел с Кайлом куда-то по делам еще вчера вечером. - Вот видите, капитан Пирс, - улыбка, - Вам нечего бояться.       Джун потянулась к выключателю, чтобы погасить свет, но ее рука остановилась в паре миллиметров от него. Она замерла. Потом осмотрелась. Никого не было. Ребекка с Пирсом ушли уже достаточно далеко. Джун вошла в лабораторию. Она подошла к сейфу – холодильнику и дернула ручку двери. Закрыто. Наконец погасив свет, Джун отправилась в их с Беккой комнату.

12 октября 1986 год 4 а.m. Комната Ребекки

      Ребекка очнулась на полу. Все тело трясло. Вот уже неделю ее мучают так, как Озвелл никогда не мучал. А это определенно показатель! Показатель того, что все становится только хуже. - Уверена, в конце концов дойдет до изгнания из меня демонов ада, - Ребекка встала и посмотрела на пустую кровать подруги, - Вот бы сейчас начать с самой собой разговаривать. - Мяу, - Вескер недовольно слез с подушки. - Мяу-мяу, - легла, - Или с котом. Такая себе перспектива. Прости уж, но собеседник из тебя плохой. - Мур. - А котик самый прекрасный, - погладила Вескера, прикрыла глаза, но тут же резко села, - Уверена, тогда кто-то мог подслушать наш разговор с Альбертом. Этот кто-то проходил по коридору и случайно услышал то, что ему не полагалось. А потом донес. Слишком неуверенно прозвучало, да? Но мне слабо верится в то, что Вескер и Биркин могли меня подставить. И здесь даже дело не в том, что они белые и пушистые. Нет. Им это просто не выгодно. Надо попробовать восстановить последовательность событий и определить главные вопросы этого дела. - Мяу. - Ты прав, надо взять листок. Итак, Альберта и Уильяма я пока запишу в самом низу листочка. Не стоит их так скоро сбрасывать со счетов. Мало ли, что им там в гениальные головы могло прийти. Так, какие у нас факты? Первое, Эрин точно знала, как я назвала вирус. Об этом я говорила только блондинистым друзьям. Еще это мог подслушать кто-нибудь, кто проходил мимо той комнатки, когда мы с Альбертом это обсуждали, - пожевала конец карандаша, а потом с подозрением посмотрела на белый комок, который на нее сейчас смотрел совершенно осознанно - Если продолжишь в том же духе, то и тебя в список внесу. Второе, она держала в руках один из образцов, который я достала из холодильника в тот день, когда умер Пирс. Других вариантов нет. Это же ведь не мой образец?       Ребекка вернулась на ковер. Открыла сейф. Образец стоял там. Она взяла колбу в руки. Изучила. Нет, это совершенно точно ее колба. Убрала обратно. Вернулась на кровать. Скомкала листочек и сунула под подушку. Голова совсем разболелась. Никудышный из нее Шерлок Холмс. Ничего до конца не довела. Ужас! Вся эта ситуация так утомляла. К тому же шрамы от публичных наказаний заживали слишком быстро. Из-за этого Ребекка каждое свое утро начинала с повторения побоев. Весь этот процесс был очень похож на обряд самоистязания монахов. Спина ломила. Помощи ждать было не от кого. Джун обещала прислать письмо, но пока ничего не приходило. В добавок ко всему, для работы Эрин выделила ей отдельное помещение. Таким образом она все больше и больше ограничивала Ребекку от других существ. Практически отшельничество. - Мяу, - Вескер лег девушке на руку. - Хоть ты у меня есть.

6 а.m.

      Ребекка очнулась. Вновь на полу. Было почему-то очень холодно. Девушка оделась. В комнате никого не было. И куда делся Вескер? Накинув на себя еще одну кофту, она вышла в коридор. Холод усиливался. Когда Ребекка дошла до лаборатории, главный мастер сказал, что котел взорвался и на починку уйдет не меньше суток. На все возмущения девушки, рабочие лишь пожали плечами и посоветовали теплее одеваться. Работать в таких условиях было невыносимо. Это заявила Мэйли в тот момент, когда Ребекка зашла в 17 лабораторию. За последний месяц здесь стало куда более людно. Трупы Шредингера увезли куда-то дальше. Теперь они будут гастролировать по разным отделениям корпорации, как бродячий цирк. Интересно, а Пирса бы тоже за ними отправили? Какую работу он вообще выполнял и для кого? Странно. Ребекка очень огорчилась, что подумала об этом только сейчас, когда уже и не спросишь. И не поговоришь. И не выпьешь. - И чего встала посреди лаборатории? – Дмитрий припарковал рядом с ней баллон с жидким азотом, - Если Эрин увидит…Хотя вот тебе как раз не нужно объяснять, чем это может закончиться. - Поверь, меня она в любом случае в конце дня накажет. Обряд у нее такой для призыва хорошего и сладкого сна. - Она католичка, а не язычница. Кстати, насчёт языка - когда-нибудь ты поплатишься за свои смелые высказывания,– грустно улыбнулся, - Прости за грубость. Вижу тебе и без моих угроз живется не сладко. Я просто переживаю. - Бекка, - прервал его Карл, усмехнувшись, - Ищешь мадам Дюваль?       Эрин приказала всем сотрудникам называть ее исключительно мадам Дюваль. Те, кто пренебрегал этим указом – был наказан. Дмитрий повез баллон дальше. Карл принялся мять руками свое лицо. Он по глупости своей неделю назад попытался пригласить мадам Дюваль на чашечку кофе. Все закончилось встречей лица Карла и ладони Сергея. Ребекка вначале думала, что Сергей Владимир влюблен в французскую диктаторшу. Однако все оказалось куда более странно и запутанно. Свела их как-то судьба в одном отделении Амбреллы и понеслось. - Удивишься, но да, - скорчилась, как будто съела лимон, - Она попросила, чтобы я за ней зашла сюда. Хочет мне что-то показать. - Или опять наказать. - С последнего наказания прошло всего девять часов. Большую часть этого времени я спала. Я, конечно, мастер в своем дело, но… - Ребекка, ты уже тут? – мадам Дюваль шла к ним, по пути собирая волосы в хвост, - Я уже хотела отправлять к тебе Сергея. - Не слишком ли мелкие задания вы ему поручаете? Большим людям – большие подвиги. - Знаешь, ты мне нравишься, - улыбнулась, - Напоминаешь мне моего домашнего ворона. Вы, кстати, знали, что вороны могут имитировать разные звуки? Так случилось, что нам одно время приходилось жить рядом с борделем. Печальные были времена. Так вот Люциус, мой ворон, научился пародировать слова одного постоянного клиента этого заведения. Каждую ночь он будил меня, крича: «Развлечемся, сучка?». Удивительная птичка была. Жаль, что пришлось сжечь.       Карл и Ребекка уставились друг на друга. Эрин…Эрин была вот такая вот. Знаете, у каждого свои тараканы. Вот у мадам Дюваль они точно горели. Вообще, почти в каждой ее истории присутствовал огонь. Ребекка поежилась. В отношении нее Эрин использовала в основном холод. Такой индивидуальный подход больше пугал, чем радовал. Оставив Карла в лаборатории, Эрин и Ребекка спустились на нижние этажи. Там все еще стояли стеклянные камеры. Запах был отвратительный. Ребекке вспомнилась их первая вылазка с Альбертом в старый корпус лаборатории. Тогда он узнал правду. Тогда они стали ближе. Удивительно, как давно это было. Нет, они с Уильямом не предатели. Это бы разбило ей сердце. Эрин села на стул и достала из кармана какой-то листочек. Ребекка узнала этот клочок бумаги. - Пыталась понять кто тебя предал? – усмехнулась, - И на кого думаешь? Альберт или Уильям?       Промолчала. Вдруг так захотелось все высказать этой стерве в лицо. И про то, что у нее не получится внести смуту в их с ребятами отношения, и то, что ее план полная туфта, и еще много чего. Однако Ребекка сдержалась. Она знала, что скандал ничего не решит. - Мы с тобой не с того начали. Понимаешь, Бекка, я не испытываю к тебе злобы или неприязни. Нет! Совсем нет. Ты моя работа. Понимаешь? - К чему ты клонишь? - К тому, что моей целью не было заставлять тебя сомневаться в Вескере или Биркине. Да ты и сама не веришь в их предательство. Тогда зачем ты записала их в свой листочек? – Эрин кинула листок на землю, - Я знаю. Все потому, что ты привыкла, что тебе делают больно. При том не физически, а морально. Твой уровень самобичевания настолько велик, что я бы при всем желании не смогла бы сделать тебе больнее, чем ты сама себе. Меня это расстраивает, если честно. Понимаешь, мне нравится делать больно. Ты же практически лишила меня работы. Физически тебя калечить не интересно. - Но меня же кто-то сдал. - И ты первым же делом подумала на друзей. Как интересно! - Потому, что только у них были эти колбы. - Все не так. Колбы были у трех человек. - Да, но ведь моя колба лежит в защищенном месте… - А ты не думала, что после демонстрации колбы с вирусом я могла попросить доносчика вернуть его обратно в твой сейф-холодильник?       Нет. Об этом Ребекка не думала. Совсем. В таком случае доступ к вирусу был у любого, кто бывал в ее комнате. Правда подозреваемых стало в разы больше. - Вижу замешательство в глазах. Твой мазохизм мешает тебе увидеть правду. Так сказать, картину полностью. Чтобы вскрыть сейф- холодильник нужно было либо узнать код, либо знать его заранее. Вот, держи, - протянула письмо от Джун, - Может это откроет тебе глаза.

***

Дорогая Бекка, Прости меня. Я должна была сказать раньше…

- Нет! Это не правда. Письмо подделка. - Скажи это рисунку в углу и подписи. И все-таки ты такая забавная. А теперь иди работать. Мигом!       Ребекка не помнила, как поднялась на верхние этажи, как добралась до своего кабинета, как сделала все дела и как, наконец, вернулась в свою комнату. Комната не была пустой. На руках гостя сидел Вескер и радостно мурлыкал. - У тебя получилось меня обмануть, - грустная улыбка. - Прости, - мужчина совсем не был огорчен. - Хотя ты себя выдал. - Да? Чем же?