Дитя пылающего времени

1975 год Тайная лаборатория Амбреллы

      Темная комната. Со стены улыбается жираф. Окон нет, только муляжи. Звон цепи. Ребекка спит на спине. Перевернуться на бок мешают наручники. Они крепко держат в своих холодных объятьях тонкие ручки. Металл врезался в кожу. Холодно. Одиноко. Больно. - Папа, где же ты? – стонет девочка и мотает головой, -Я больше не буду шалить.       Зажигается свет. Ребекка тут же просыпается и открывает глаза. Темный силуэт, покачиваясь идет к кровати. Шаг. Еще. Еще. Вот женщина наклоняется над ребенком, покрывая его лицо темными сухими волосами. Тонкая ладонь закрывает рот и нос. Спустя секунду маленькое тело начинает дергаться. - Почему ты никак не сдохнешь? Ты испортила мне всю жизнь, маленькая дрянь! Я работаю круглые сутки. Горбачусь, чтобы одеть и накормить тебя, - сильнее вжимает маленькую голову в подушку, - Сдохни и прекрати мои мучения. - М….ма…мама, - удается промычать девочке. Хватка ослабевает. Женщина оседает на пол и прижимается лбом к кроватке. - Знаешь, что самое обидное? Твой папаша лет так через двадцать будет иметь под рукой сильную и прекрасную девушку. Возможно он даже полюбит тебя. Однако всю тяжесть воспитания этой «прекрасной дочери» он возложил на меня. Озвелл думает, что я не понимаю какую игру он ведет. Потом он будет тыкать тебя носом в мою биографию и говорить откуда в тебе все эти отвратительные качества. Он сделал все, чтобы я тебя возненавидела. Всё! – слезы текли по щекам, - Я не плохая, Ребекка. Я не плохая, доченька. Да, я была молода и глупа. Да, я влюбилась в этого монстра. Ах, кем бы я была, если бы не Озвелл Спенсер! Он следит за тобой. Следит. Настанет день, когда он заберет тебя. В этот день я умру.       Ребекка ничего не понимала. Причем тут Озвелл Спенсер? Зачем мама ее так мучает? Любви. Ей так не хватало материнской любви. Неужели это так много? Тем временем женщина встала и начала кружиться, бормоча какую-то мелодию под нос. Ребекка смотрела на свою мать с грустью. Образ несчастной сумасшедшей женщины она похоронила в чертогах разума, за дверью «Мама». Тощий скелет вернулся к кровати, освободил пленницу от оков и прохрипел:

«Пойдем, я покажу тебе подземелье»

7 мая 1991 года 6:22 а.m. Актовый зал

      Ребекка зевала и смотрела по сторонам. Всю ночь е мучали кошмары. Ей снилась мать, зомби, холод и печаль. Отвлечься. надо отвлечься! Они с Джун сидели в пятом ряду. Альберта видно не было. Отовсюду появлялись сотрудники корпорации. В какой-то момент свободные сидячие места закончились, но люди все приходили и приходили. Девушка потерла запястья, отгоняю наваждения ночных кошмаров. Мать ей снилась редко и обычно такие сны ничего хорошего не предвещали. - Зачем нас здесь собрали? - Чтобы ты спросила, - пролаяла какая-то девица с передних рядов. - Эй, Карла, тебе жить надоело? – цыкнула ей соседка, — Это же Ребекка Вескер – дочь Озвелла Спенсера и жена Альберта Вескера. - Да хоть Иисус Христос. Мне все равно. Это из-за нее Ванессе пришлось уехать! - Карла, угомонись. Она на нас уже смотрит, - натянуто улыбнулась Бекке, - Уверена, что Ванесса сама виновата в своих бедах. Нечего спать с чужими мужьями. - Да какие они муж и жена? - закатила глаза, — Это фиктивный брак. Господин Спенсер, уверена, жалеет, что у него дочь, а не сын. Вот он и придумал… - Придумал что? – тихий женский голос. - Ничего, мадам, - голос дрожал. - Если я еще хоть раз услышу об Озвелле Спенсере и его дочери подобную чушь, - холодный взгляд, - Вы умрете.       Женщина проследовала к сцене. Медленно. Казалось, что она летит. Ребекка не могла перестать на нее смотреть. Было странно, что кто-то за нее заступился. Однако куда более странным было то, что заступница упомянула отца. В горле пересохло. С чего вдруг она назвала старика отцом? - Ты бледнее обычного, - Джун жевала бутерброд, - Знаешь кто эта женщина, да? - Догадываюсь, - Бекка перевела взгляд на подругу, - Наставница Старика. - Она не похожа на развалину, как кое-кто, - указала взглядом на Спенсера, который медленно поднимался на сцену. - Тебя это не должно удивлять. Она ведь модифицированная, как и Кайл. Вспомни сколько ему лет, - ехидно.       На секунду обе представили, как выглядел бы Кайл без воздействия вируса. Бекка поежилась, а Джун лишь сладко улыбнулась. Любовь – страшная вещь. Дальше девушкам пришлось помолчать, так как Озвелл объявил важную информацию. - Матерь Миранда, - поклонился, - Мой наставник и гостья. Прошу, нет, приказываю выполнять все, что она скажет. Считайте, что ее приказы – мои приказы.       Ребекка больно ущипнула свою руку. Нет, это реальность. Старик мало того, что собрал всех в актовом зале, так еще и «делится» властью. очень и очень подозрительно. Провела рукой по пыльной спинки стула. Да, здесь никто не собирался с тех пор, как Маркуса посадили в темницу. Ребекке никогда не нравились эти его игры в диктатора. Громкие заявления, лозунги и гимны, публичные казни. Еще маленьким ребенком она застала учителя за просмотром выступлений Адольфа Гитлера. - Смотри, как они его слушают. Смотри, как уважают. - Они чудики, учитель. Фанатики. Зомби. - Ахах, нет милая, зомби у нас в подвалах. - Зомби в подвалах мне нравятся больше.       Джеймс Маркус не был святым человеком. Его жестокость порой не уступала жестокости старика. Старик…Что с ним? Он смотрит на Матерь таким взглядом. Щеночек. Ребекка постаралась отогнать отвращение и злобу. Ненавидеть таких, каким был старик на сцена ее научил старик в кабинете. В темном и сыром. Там он всегда был больше похож на змею. Шипел, кусался, брызгал ядом. И в этот момент девушке стало ясно, что гремучая змея пытается выдавать себя за безобидного удава. - Мне надоел этот цирк, - пытается встать чтобы уйти, однако толпа ей мешает. Свет во всем зале гаснет и только белый луч светил в самый темный уголок. 5 ряд. Место у прохода. - Ребекка, моя дочь, - Озвелл протягивает в зал руку, - Поднимись к нам на сцену. - Цирк, говоришь, - хихикает Джун, - Тогда ты жонглёр или канатоходец? - Я клоун, - улыбается и идет к сцене, куда ее, радостно махая, зовет отец. - Ну что ты на это скажешь, Карла? – хихикает подруга. - Что все это цирк какой-то.       Ребекка услышала шепот лаборанток соседней лаборатории и лишь фыркнула. Ей не нравилось повышенное внимание этих особ. И дело было даже не в том, что они ниже ее по статусу и должности. Просто противно. И почему она села так близко к сцене? Поднявшись на сцену, Ребекка оглядела публику. Тупые лица, все еще уплетающая еду Джун и пара красных глаз. Девушка была уверена, что Вескер гадко ухмыляется. Слишком хорошо она его знает. Улыбка совершенно точно пропала, когда светлый луч указал на него. - Альберт Вескер, мой зять. Присоединяйся. Семья ждет тебя.

8:40 а.m. Кабинет Озвелла Спенсера

- Тебе смешно? – Вескер крепко сжал руку жены в своей руке. - Видел бы ты свое лицо, - хихикнула, - Я еле сдержалась, чтобы не засмеяться вслух. - Ребекка, дорогая, - Матерь встала с кресла Озвелла, - Я так рада, что мы познакомились. Твой отец много писал о тебе в своих письмах.       Ребекка непонимающе уставилась на старика. Писал обо мне?? Спенсер проигнорировал ее взгляд. - О вас он мне рассказывал не так много, если честно, - улыбнулась, - Мне приятно с вами познакомиться. Тоже. - Я вижу, что тебе неловко. Понимаю. Ева тоже с подозрением относилась к незнакомцам. - Ева ваша дочь? - Да. Но она умерла. Но это не навсегда, - улыбнулась.       Мурашки по коже. - Ладно, я же не просто так приехала. Озвелл говорил, что тебе это понравится, - протянула банку с какой-то пульсирующей массой, - Это Каду!       Ребекка взяла в руки банку. Она была теплая. Существо внутри замурлыкало, а Ребекка…Ребекка прижалась плотнее и закрыла глаза. Все, кроме Матери Миранды непонимающе уставились на девушку. Она выглядела такой счастливой. Ребекка чувствовала, что Каду любит ее. Очень странное чувство. Приятное тепло разливалось по телу. Существо завибрировало и стало извиваться в банке. - Идеальный образец, - промурлыкала Миранда. - О чем Вы говорите? – Вескер вопросительно посмотрел на Озвелла, ища поддержки. Ему совсем не нравилось быть в неведении. - Ну что, учитель, - проигнорировал вопрос Альберта, - Вы согласны доверить нам Каду? Как видите, моя дочь с ним поладила. - Не так, Озвелл. Каду ее выбрал. Вы можете его исследовать, но только после того, как мы внедрим Каду в Ребекку. - Вы же знаете, я сделаю так, как вы скажете. - Необходимо подготовить операционную.       В первый раз в жизни Альберт не знал что делать. В первую очередь потому, что ему в первый раз было страшно за свою жену. Он тихо выдохнул и постарался вернуть себе невозмутимый вид. Не получилось. - Что с тобой? – услышал он шепот Ребекки. Она была в отключке и не знала о том, что с ней собираются сделать. - Ничего, - отвернулся, - Просто надоело сидеть тут и терять время.

Полчаса спустя Лаборатория 66

      Звон цепи. Ребекка лежит на спине. Руки прикованы наручниками. Дзын. Дзын. Лязг. - Дорогая, не вертись, - мурлычет Миранда и приглаживает растрепавшиеся волосы, - Скоро мы снова будем вместе. Я и моя Ева.       Ребекка попыталась вырваться, но у нее ничего не получалось. Все тело ломило. Как только они вышли из кабинета на нее навалились санитары в белых халатах. Она пыталась вырваться из их цепких лап. Именно лап. Санитары были похожи на оборотней-недомерков. Она кричала и дергалась. - Альберт, помоги мне, - жалобно. - Не могу, - одними губами. Отвернулся. Вышел из лаборатории. - Предатель! – кричит. - Тише, тише, Ева, - Миранда надевает маску, вытаскивает Каду из банки и кладет его на живот девушки. - Ребекка! Меня зовут Ребекка!