Я придумал тебя

Богатое воображение на самом деле было проклятием Тсунаёши. Он сам выдумывал страхи, которые не давали ему спокойно выйти из дома, представлял возможные неприятности, которые могли бы с ним случиться, слишком глубоко уходил в свои фантазии на уроках, раздражая учителей. Но именно хорошее воображение сделало его одним из самых известных авторов романов и новелл. Тсуна неплохо мог живописать сложные характеры, и для читателей было неожиданно обнаружить столь тонкое понимание человеческой натуры у мальчишки, едва окончившего университет. И хотя его школьные сочинения почти всегда были забракованы учителями как нежизнеспособные и откровенно бредовые, издатель был в полном восторге от сюжетов, приходящих в его голову. Многочисленные читатели – подростки и ровесники Тсуны, в основном, – завалили редакцию письмами: «Это был великолепный роман!», «Я прочитал его всего за сутки и с нетерпением жду новый!», «Поразительно, мне казалось, что это всё написано именно про меня! Как будто автор заглянул мне в голову и понял, о чём я переживаю». Тсуна никогда не задумывался, откуда приходят его сюжеты. Просто видел – и писал: о мальчике, который нежданно-негаданно стал наследником мафии, о гении, пытавшемся изменить мир, о фантастическом мире, где жили существа, похожие на людей, но владевшие странной мистической силой и обречённые поддерживать Равновесие. Он писал всё что угодно – от приключенческих романов до детективов, никогда не обращая внимания на жанр. Но не в этот день. Тсунаёши ненавидел такую погоду – холод и сырость. С утра на город наполз туман, а к вечеру обещали дождь. Он тоскливым взглядом смотрел в окно. Мучительно хотелось что-то написать, но в голову ничего не приходило, и это угнетало ещё больше. Мысли носились по кругу, и парень напрасно пытался выжать из них хоть какую-то свежую идею. – Ладно, – вздохнул Тсуна, прикрывая глаза и вслушиваясь в шум дождя за окном. – Пойдём по другому пути. Итак, дождь. Главный герой – Тсуна спишет его с себя – невероятно одинок и не знает, чем заняться в пустой квартире. Он никого не ждёт. Однако его жизнь скоро изменится. Как? Допустим, в ней появится новый человек. Да. Определённо. Кто-то, кто идёт к его дому прямо сейчас. Мужчина. Нет. Молодой человек. Высокий, худощавый. Он одет в плащ, мокрые длинные волосы разметались по спине. Тсуна хмыкнул. Из тумана воображения медленно проступала фигура пока ещё незнакомца. Пусть у него будут европейские черты лица, очень бледная кожа, будто никогда не видевшая солнца, искушающе-порочные губы, – девушки любят подобные типажи. У него будет необыкновенный взгляд – пронзительный, выдающий много повидавшего человека. Возможно, гетерохромия? Это будет действительно необычно. Кто он, зачем он пришёл, герой будущего произведения пока не знает. Он вообще ни о чём не подозревает и просто ждёт, когда закончится этот чёртов дождь, а в это время пальцы в перчатках уже готовятся нажать… Внезапная трель дверного звонка чуть не заставила Тсуну упасть с подоконника. – Кому я мог понадобиться в такой день? – проворчал парень. К нему редко заходили без приглашения, и он уже собирался высказать незваному визитёру, что тот может убираться обратно, когда заготовленные слова застряли в горле. – Ты?.. – прохрипел парень, растерянно глядя на гостя. Перед ним, чуть склонив голову, стояла его воплощённая фантазия. С длинных волос на пол капала вода, и этот факт был слишком реальный для иллюзии или внезапного сумасшествия. – Ку-фу-фу, впустишь меня, Тсунаёши-кун? На улице страшный ливень. Тсуна посторонился, не вполне понимая, как он должен отреагировать. Придуманный им парень прошёл с невозмутимой улыбочкой в квартиру и небрежно сбросил мокрый плащ. «Это нереально. Это нереально», – стучало в висках у Савады. – Полотенце, Тсунаёши-кун? – попросил-приказал парень. Тсуна повиновался, чувствуя, как странно пошатывается пол под ногами. Отброшенное небрежным жестом полотенце было влажным (Савада потыкал его пальцем, чтобы убедиться), а значит, гость всё-таки был реальным. Или Тсуна окончательно сошёл с ума. – Кто ты такой? Зачем ты пришёл? – Хм… тебе виднее, Тсунаёши-кун, – парень улыбнулся, щуря хитрые глаза – синий и красный, как Савада и представлял. – В конце концов, это ведь ты меня позвал. – Я не… я никого не звал! Просто думал о новом романе… – Поверь, этого вполне достаточно. А если ты хочешь получить хоть какие-то ответы, тебе придётся придумать их самому. – Бред! Бред! – Тсуна вцепился руками в волосы. – Откуда ты взялся? – Боюсь, я не могу тебе ничего сказать, Тсунаёши-кун, – ласково протянул парень, подходя ближе и вытаскивая пальцы из вечно непослушной копны волос Савады. – Почему бы тебе не продолжить придумывать дальше? – Ты шутишь. Точно! Это какой-то розыгрыш! Хорошо, я купился. Ха-ха! А теперь убирайся. – Нет, – просто ответил парень. – Куда я, по-твоему, должен пойти? – Не знаю. Может быть, домой? Это совершенно не моё дело. – Ты не прав, Тсунаёши-кун, – вкрадчиво отозвался парень. – Ведь это ты придумал меня, разве нет? А теперь тебе нужно взять на себя ответственность. У меня нет больше ничего и никого, кроме тебя, ведь остальное ты не воображал. – И что, – нервно рассмеялся Тсуна, – станешь кем угодно, если я так скажу? – Кем угодно, – согласился парень. – Но не забывай, что не только события влияют на человека, но и человек влияет на события. И не в моём характере просто мириться с тем, что меня не устраивает. Что там он думал о характере, Тсуна не очень хорошо помнил. В мыслях отложилось только то, что парень с такой внешностью должен быть высокомерным засранцем… ой. Нежданный гость ухмыльнулся: – Продолжай, Тсунаёши-кун, мне нравится направление твоих мыслей. – Какого чёрта ты вообще припёрся ко мне, вместо того, чтобы ждать пока я закончу тебя придумывать, как все нормальные персонажи? Парень посмотрел на него лукавым взглядом, прищурив алый глаз. – Может быть, потому что ты этого хотел? Тсуна вздохнул. Абсурд происходящего странным образом заставлял воспринимать заявления гостя серьёзно. В голову даже не приходило ничего вроде идеи позвонить в полицию и заявить, что в его дом проник посторонний. Шестое чувство шептало, что этот парень сумеет вывернуть всё в свою пользу. – Правильно мыслишь, Тсунаёши-кун, – ухмыльнулся тот, салютуя невидимым бокалом, будто произнося тост. – И когда ты, в таком случае, уйдёшь? – Видимо, когда ты закончишь роман. А пока ты думаешь, Тсунаёши-кун, я, пожалуй, приму душ, – и гость, помахивая полотенцем, направился в нужную сторону, даже не засомневавшись, куда идти. Похоже, он и без того знал, что и где находится в квартире его… создателя. Тсуна пощипал переносицу, чувствуя, как нарастает головная боль. Что-то подсказывало, что с этим персонажем всё будет очень и очень непросто. И уж точно – нестандартно. – Тсунаёши-кун! – высунулась из-за двери душа растрёпанная макушка. – Я забыл сказать, что был бы не против перекусить. Если ты не планируешь закончить свою историю в ближайшие полчаса, будь добр, учти это. Определённо, вечер переставал быть скучным.