Jak nie trzeba

      На кухне сейчас сидят двое совершенно одинаковых мужчин. Ну, почти: тот, что слева, одет в рыжую толстовку, а длинные волосы завязал в высокий хвост. На кружке, из которой он пьет написано: «ПЭЙ», а рука, державшая горячий от содержимого предмет, вальяжно оттопырила накрашенный чёрным лаком мизинец.       Второй же, слегка съежившись, одет в красный свитер. Рука сжимает кружку с надписью «ПАТ», а сонный взгляд направлен в никуда. Каштановые волосы беспорядочно раскиданы по плечам.       — Эй, — старший Швиц немного обидчиво пихнул младшего брата в бок, словно недовольный ребенок, на которого не обращают «должного» внимания. Просто Пэй понял, что его близнец слепо пялился куда-то в угол кухни, перестав слушать пламенные речи поляка, и, наконец, допирая причину: он с мужем ещё ни разу не пересекся за день, — что с Полом? Он зол на тебя?       — Да, — не задумываясь отвечает Патрик, хмуря брови. Будь он в другом состоянии, обязательно пустился бы в разъяснения. Но сейчас он слишком расстроен и…смущён?       — Вау. — действительно удивляется старший, поставив кружку на стол. Та неприятно звякнула, — Чёрт, это чё-то новенькое, — удивление Пэя быстро сменяется неподдельным любопытством. Обычно любовные отношения между двумя военными были образцом идеальной семьи латентных геев. Швиц даже не мог вспомнить случаев, когда сладкая парочка ссорилась. Что довольно удивляло и казалось странным: обычно, когда конфетно-букетный период заканчивается, всё это сюсюканье перерастает в петушиные бои. Однако., — Чё случилось-то?       Младший медленно потягивает кофе из своей кружки, после так же поставив сосуд на стол. Кружка звякнула так же противно, это раздражало. Патрик изогнул одну бровь.       — Ты будешь смеяться?, — вопрос или утверждение? Интонация младшего была непонятна.       — Ч-чего?, — вот тут старший близнец действительно охуел. Произошло что-то действительно стоящее внимания, раз его просят об этом, — Нет! Просто расскажи мне.       Патрик заметно дернулся, обернувшись по сторонам. Слава богу. Вурде изволил покинуть комнату, и теперь точно их не услышит. Пэй заметил, что щеки близнеца заметно покраснели за малый период времени.       — Я д-делал ему минет… — дрожащим голосом произнес поляк, взяв кружку в обе трясущиеся руки.       — Оох, как далеко зашло, — младший близнец, кажется, хотел провалиться под землю от стыда. На лице Пэя мелькнула довольная улыбка. Кто бы мог подумать! Его дохуя-правильный-братик-и-пример-для-подражания даже научился трахаться! ДА БЫТЬ ТОГО НЕ МОЖЕТ! На подобные ранее вопросы Патрик отвечал довольно сбивчиво и смущенно. Мол, давай поговорим на эту тему в другой раз? Но на самом деле это выглядело примерно как отойди от меня поехавший извращенец или я достану перцовый баллончик, — хорошо. А потом?~       — А потом… — Швиц нервно сглотнул, снова оборачиваясь. Удостовериться, что его никто кроме брата не слышит сейчас было самым разумным в его понимании решением. Он в жизни ещё так не волновался, — потом я чихнул…

ЧТО?

      — ПФФФ-, — Пэй не смог сдержать смеха. Чёрт, как?! Ему хотелось бы увидеть это, лицо охуевшего Вурде, смущение его супруга. Боже, это лучшая история, которую он когда-либо слышал, — т-вою мать...       — Да пошел ты!..