Не мой выбор/ Not my choice

Пришло время вам поведать свою историю, длинною в жизнь. Возможно, станет легче. А было ли когда-нибудь сложно? Поддержка близких безгранична. Просто однажды, проснувшись достаточно обыденным серым утром, я поняла, что было бы неплохо поделится накипевшим. Никто не знал, чем обернется последняя пятница апреля месяца.

*** Чем ближе близилось лето, тем теплее становились вечера. Не переношу духоту, но обожаю тепло. Поэтому не было еще ни дня, чтобы светило солнце, а я – в горизонтальном положении. Движение – это жизнь. Такого девиза придерживаются родители, что и навязали мне одну из немногих хороших привычек. Пожалуй, единственное, что перешло по наследству. В остальном – полная противоположность, начиная от характера, заканчивая принципами. Иногда навевают мысли, что мы из разных миров. Когда сидишь утром в столовой за столом, завтракаешь приготовленными мамой блинами, которые, как всегда немного подгорели (есть дела поважнее кулинарии), и сама не понимая того думаешь о том, что все это лишь иллюзия. Сейчас, в сию же минуту, я поднимусь с места и пойду «домой». Не натурально как-то, слишком много недоговоренного между нами и скрытого. Я не виню родню, а может, просто внушаю себе, что это так. Каждый раз как можно глубже пряча обиду; рот на замок – лучше, чем попусту отстаивать свою точку зрения, позже, пятью минутами вперед, оказавшись невменяемой в воспитании и неправой. В очередной раз. Никогда не была наказана, не страдала от морального насилия и бесполезных криков. Скорее, беседы проходили спокойно, но стоит отметить, насколько богат у отца словарный запас, и как красиво можно заставить человека почувствовать себя дном парой-тройкой фраз. Хотя всегда получала то, что хотела, а просила немного и не часто. - Дочь, сегодня придут Лайтвуды,- мужчина отодвинул пустую тарелку, не упустив взглядом мое отчужденное состояние. Небольшие морщинки прорезались у него на лбу, которые не скрывала даже блондинистая челка. Дыхание слишком медленное, умиротворенное. - Я им всегда рада, вы же знаете,- наконец то перестав ковырять резко ставший таким неаппетитным завтрак, отложила вилку в сторону. Мама тяжело сглотнула, отпив немного воды из стакана. - Мы бы хотели обсудить кое-что важное,- подала она голос, нервно откинув мешающую прядь темно-рыжих волос назад. - Не обещаю, что успею, но постараюсь,- пришло время закругляться. Встала из-за стола, не забыв отнести посуду на кухню, в раковину. Мать что-то хотела сказать, но я перебила попытку поцелуем в щеку и благодарностью за еду. - Это важно!- Кинул отец вдогонку, но я уже скрылась по другую сторону входной двери. Достав наушники с нагрудного кармана обожаемой джинсовой курточки, разряжая настроение любимыми треками. Думаю, за пятнадцать минут пути в голове проясниться. Не стоит меня грузить с самого утра. *** - Идешь, как на верную гибель, Сиджей*!- Слышу за спиной ни с чем несравнимый крик подруги, что своей силой переплюнул песню. Неспешно поворачиваюсь, тут же столбом застывая, заключенная в неожиданные объятия. Какое-то сомнительное проявление нежности. Либо Моника что-то хочет, либо выиграла миллион долларов. Одна из теорий, несомненно, сравниться с фактом существования потустороннего мира. Нереальная. - Задумалась,- вырываюсь из цепких рук, проверяя остались ли живы наушники. На первый взгляд хрупкая…на первый взгляд. Стоит, улыбается, казалось, не моргая вовсе, - ты чего такая радостная? Марк одумался и все же предложил переехать к нему? - Сбрендила?- Заталкивая в излюбленное кафе, девушка вдыхает приятный запах сладковатых специй, осторожно пробираясь к столику в углу. Нашему. То место, где зимой в камине потрескивают дрова, а в более теплые времена года чувствуется легкий, трепещущий волосы ветерок из приоткрытого, встроенного в крышу панорамного окна. Открывая взгляд на голубое небо, пуская солнечных зайчиков в такое маняще домашнее, уютное заведение. - Тогда что есть причиной столь приподнятого настроения с утра пораньше?- Взаимно натягиваю улыбку. Решая пока что оставить разговоры по душам о извечных проблемах семейства Эрондейлов. - Мою заявку одобрили. Я поступила,- так тихо, боясь спугнуть удачу. А в дорогих сердцу зеленых глазах застыли слезы счастья. - Неужели? Лондон? Академия искусств? - Да,- голос дрогнул. Монни опустила взор в меню, переворачивая страничку. «Горячие напитки».- Я не знаю,- её пальцы сжимают краешек листа. Свободная рука покоиться на лбу, прикрывая половину лица. Предательская капелька катиться вниз по щеке девушки. Отгоняю мысли, что так и «кричат», дергают за рычажок сентиментальности. Мысленно настраиваюсь на лучшее.- Я не хочу терять связь с любимыми, понимаешь?- Киваю головой, когда подруга, «срываясь», ладонью вытирает излишнюю влагу, отворачиваясь к окну. Дабы хотя бы на секундочку прийти в себя, унять бушующий ураган в душе. Не видеть моего озадаченно-расстроенного выражения лица. Моих больших золотистых глаз, на мокром месте, как витрина на солнце поблескивающих в приглушенно-темной обстановке. - Не думай о плохом, уверенна, что наша связь крепка, а Марк,- плечи Моники содрогнулись, я прикусила свой порой слишком длинный язык. Рано было заводить разговор о её парне и моем друге в одном лице. Стояло больше времени выделить на «подготовку почвы». Все же, три года взаимных любовных отношений. Образца для подражания моего, и мысли о скорой помолвке на уме родителей обоих. - Знаю, и, надеюсь, что вы безболезненно примите это. - Ты уже говорила с ним? – Отрицательный мах головой. Пальцы зарылись в волосы цвета крови, зачесывая их назад. Открывая виду влажные дорожки на загоревшей коже, видимые круги под глазами, нетронутыми косметикой. Как будто она заранее знала, как отреагирует. Понимаю. - Хэй, жаворонки, солнце вышло – и вы уже здесь!- Усмешка на все тридцать два, каштановые кудрявые волосы в бесподобном пучке на затылке, открывая взор на мастерски заплетенные колоски над ушами, по паре с каждой стороны. Яркие зеленые глаза искрятся счастьем, как вай фай, раздавая по кусочку позитивного настроя каждому присутствующему. Марк во всей красе шел в нашу сторону. С подвязанным средней длины фартуком – одной из деталей формы официанта и небольшим блокнотом, крепко зафиксированным в руке длинными аристократическими пальцами. Он, как ожившая статуя бога, приковывает довольно таки много заинтересованных взглядов. - Я уже говорила, как обожаю твои прически?- Он лишь небрежно провел ладонью по волосам, едва ли заметно подмигивая мне.- Ты не изменим. - А ты сегодня подозрительно доброжелательна,- мое равнодушие скоро скушает меня – так в последний раз во время разговора выразился в мою сторону этот парниша. Сказать, что я соглашусь полностью – нет. Скорее это что-то подобно синдрома скупости на эмоции. И не по жизни, а в определенные моменты; вынуждая закрываться в подобающих этого, для меня, ситуациях. Перевожу взгляд на подругу, что в немой просьбе просит оставить их на несколько минут. Понимаю без слов. - Я к Рону,- встаю с места, продвигаясь меж столиков к небольшой барной стойке, где во всю усердно протирал бокалы и стеклянные кружки бармен-бариста. Высокий широкоплечий брюнет с обворожительной заразной улыбкой. - Какие люди в нашем заведении,- смешинки во взгляде, и едва заметные мимические морщинки вокруг глаз делают этого человека довольно милым и совсем непохожим на ту категорию парней, о которой отзываются – ветер в голове. А ведь, на деле, так и есть. Достаточно своеобразное восприятие противоположного пола и нестандартное мышление. Наверное, второе меня и зацепило, раз сегодня я согласилась с ним вечером (опять) сходить на свидание. Не в первый раз, если говорить о таких встречах, в общем, а говоря о Рональде – с толикой сомнения согласилась, авось, впечатление изменится. – Не передумала? - Нет,- смотрю на вывеску в виде небольшой доски, исписанной мелом, тут же подмечаю новую добавку в латте. Напиток, созданный ангелами.- Новинка?- Киваю наверх, парень, понимая намек, принимается исполнять мой каприз. Не уж-то так угодить старается? - Прекрасной фее напиток за счет заведения,- сама того не желая усмехаюсь (скорее – едва ли уголки губ приподнимаются) молча благодарю, и отпиваю вкуснейшее кофейное творение, что дается этому ходячему милахе лучше всех. И это я не утрирую. Поворот на сто восемьдесят, дабы разведать обстановку за оставленными ранее голубками. Вроде спокойный разговор. Слегка подаюсь вперед, подмечая, как Марк аккуратно убирает руку со стола, освобождаясь от нежного жеста Моники. Секунды хватает, чтобы понять - она опять роняет слезы. А шатен разочарованно вздыхает, бросает взгляд сочувствия на любимую, да так, что она и не замечает этого, пряча лицо в ладонях. Встает и уходит. Стоит ли тревожить её? Отсеиваю мысль, когда красноволосая встает, накидывает бобку, собираясь. Забирает сумочку. Спрыгиваю с барного стула, не забыв отставить напиток. - Монни,- зову, она застывает на месте, оборачивается, нехотя поднимая полный боли взгляд, отрицательно качает головой и уходит, оставляя напоследок звон колокольчиков при входе. *** Порой кажется, что я чуток странный человек, любящий проводить время в кафе. Да и не только. Где-нибудь, лишь бы не в четырех стенах родного дома. Ощущать вокруг себя скопление людей, как протекает жизнь, наблюдать за проявлениями различных эмоций, правдивых и лживых. Раскладывая по полочкам все выводы. Это глупо в понимании других, но интересно для меня. Но, и не скажу, что отношусь к классификации своеобразных задротов, могу побыть и душой компании, когда того душенька пожелает. Поддержать разговор – нет проблем, начитанная девушка. - Идем?- Даю положительный ответ, и мы с Роном, захватывая по пути кофе в стаканах, выходим из заведения, в сторону парка; у него закончилась смена. Это не первая встреча; скажу даже, что общаюсь более месяца с баристой любимого кафе, а свидание на счету уже третье. Правда, слишком растянуты они в днях. Рональд занятой, да и я не хотела бы торопиться. - Ты чем-то встревожена?- Прервал тишину парень, едва ли касаясь рукой моего плеча. - Марк, небось, уже все рассказал.- Собеседник, без сомнений, соглашается.- Глупо, но я переживаю за них больше, чем за себя,- делаю глоток напитка, что так согревает и продолжаю дальше,- а еще, не знаю, чем хочу в дальнейшем заниматься. Предки понемногу наседают. - Мне стоит переживать о твоем душевном состоянии?- Смеюсь, находя забавным его мнимые слова. Но, тем не менее, спешу успокоить, говоря, что не зачем столь серьезно воспринимать близко к сердцу фразу. Мы долго еще прогуливались просто так, по извилистым улочкам парка. Максимально медленно сбавляя темп, ведь времени еще предостаточно, а вот приближение моего дома не за горами. Живу по другую сторону озера, что расположилось в самом эпицентре сквера. Это еще один большой плюс к моей активной жизни. Пешие вылазки на природу. Уже виднеются кованые ворота и старые многоэтажные дома в ряд; тяжело вздыхаю, припоминая сегодняшний запланированный ужин. Опять мама будет настаивать, чтобы дядя Алек поговорил о их предпочтениях (это мягко сказано), от которых, могу предположить, я и стала столь неординарной и неопределенной, но об этом потом. Дует ветерок, приподнимая волосы от резко потока. Рон улыбается, убирая мои пряди со своего лица. - Я обожаю длинные волосы, но не в таких ситуациях,- взрывается смехом, таким заразным, что не могу не хохотать в ответ. Слышу в стороне шуршание, обращая внимание на высокие кустарники и одинокий фонарь, только-только загоревшийся от наступающих сумерек. Подавляю веселье. Ком в горле, отчего-то застрявший так неожиданно. Идем дальше; делаю вид, что слушаю Рональда, который, казалось, зациклен на разговоре о работе и способах расслабиться, предпочитаемые им, не замечая ничего вокруг. Как только нога переступает «порог» парка, ступая на асфальт, успокаиваюсь. Не понимаю, что за чувство посетило. Одновременно дико и что-то напоминает. Что-то, что ранее уже было. Не сказала бы, что тревога, но близко. - Ну что ж, до встречи, очаровашка,- мы остановились под моим домом, на первых ступеньках, прощаясь. Подавшись вперед, парень заключает в нежные объятия,- а знаешь, я бы мог попробовать измениться ради тебя.- Неужто чистосердечное признание? Легко касаюсь пальцами его скул, в легкой улыбке намекая о том, что слова пришлись по душе. - Я…- фраза обрывается, подметив я резко округлившиеся глаза парня. А у меня аж живот скрутило от тревоги, затошнило, в глазах туман откуда не возьмись.- Рон,- шепчу, когда его губы окрашивает зеленая жидкость. Убираю руки с плеч брюнета, вновь произнося имя, медленно ступая ногой назад. Единственное «Беги» звучит так отстраненно и я, как от порыва ветра отлетаю назад, больно ударяясь спиной о дверь дома. На месте, где стоял мой новоиспеченный молодой человек – в воздухе висело отдаленно напоминавшее его существо с розоватого оттенка кожей, длинными, собранными в хвост волосами и острыми ушами. Нечто мутное возвышалось над ним, а на месте, где красовался рисунок человека паука на футболке, виднелась окрашенная в зеленый цвет рваная ткань и непонятная широкая колючка, что прошла сквозь парня. Немой крик, прикрываю рот рукой; не могу сдвинуться с места, потому что сродни ледяной воде окутало с ног до головы. Так страшно, что отобрало дар речи, дабы банально позвать на помощь. Не верю своим глазам. Хватаюсь за дверную ручку. Закрыто. До ушей доноситься тяжелое дыхание, вперемешку с хлюпающим рыком. Несколько раз моргаю, когда вижу, как тело отлетает на несколько метров от темной туши, которую едва ли видно, потому что, по иронии, фонарь перестал гореть. Светящиеся вдали огоньки хоть немного давали возможность видеть очертание того, что сложно было представить. И, если раньше я могла сослаться на обман зрения, то сейчас понимаю, что существо не от мира сего. Напоминает гигантского черного богомола. Срываюсь криком, окончательно приподнимаясь, в сто раз настойчивей дергая ручку двери. Черт. - Мама!- Кричу, стучу, но реакции никакой. Мало того в окнах не горит свет. Помню, что ключ под цветочным горшком. Но это насекомое ближе.- Господи, помогите!- Вновь кричу, находясь в какой-то непонятной прострации между реальностью и чем-то необъяснимым. Черт, и соседей дома нет, что ли? А тем временем, ЭТОМУ стояло сделать один прыжок, и огромное острое подобие руки зарядило по двери рядом со мной, вырывая с горла новую порцию криков и громкого шипения с его стороны, потому что конечность застряла. Тяжело дышу; не могу сдвинуться с места, и когда только ногу охватывает судорогой, прихожу в себя. Все еще жива. Срываюсь на бег, но тут же лечу с порога вниз, в цветы, когда конечности не вовремя, как будто отказывают. Переворачиваюсь на живот, ползу куда-то вперед. Только не оглядывайся. И когда это потекли слезы? Все же смотрю назад. Существо вырвало «руку» из тисков двери, вместе с куском дерева. Плачу взахлеб, так как не могу встать, от осознания всего ужаса тело не слушается. Он, блядь, так близко. Не слышу, уши как будто заложило. Ничего перед собой не вижу, когда руки нащупывают что-то теплое, вязкое и мокрое, подобное… крови. Мертвое тело Рональда и рык неизвестного существа – последнее, что помню перед тем, как потерять сознание. /*Сиджей - сокращенно, смесь двойного имени - Селина Джослин Эрондейл (да, у меня блядь пиздец какая фантазия); SJ (Selina Josalin)- так думаю понятней, почему Сиджей./