В Иверсте

Фрэн нехотя открыла глаза… Перед девочкой стоял её старый друг. Он выглядел обеспокоеным, хоть Френ и не понимала, как лицо без мышц может быть обеспокоеным. — Френ, вставай. Нам надо кое-куда сходить. — Здравствуйте, сэр Итворд. А куда? — Поймёшь на месте. Это срочно. И кота кстати не забудь. Пошли, Френ. Девочка подняла своего лучшего друга на руки и пошла за скелетом в пиджаке. Итворд чуть ли не бежал, и Френ еле успевала за ним. Так они и дошли до главного замка Иверсты. Итворд зашёл внутрь, Френ за ним. Они дошли до главной королевской залы. Девочка поставила кота на кафельный пол. Мистер полночь заспанно осматривался. Через две минуты в залу вошли король Жьяр и Палонтрас, обеспокоенность разговаривая о чём то в два голоса. За ними зашёл и великий волшебник, увлечённо слушающий их разговор. Правда, зайдя в помещение, все замолчали. Они в тишине зашли в комнату. Король сел на трон, Палонтрас остался рядом с ним. Волшебник встал рядом с Итвордом. Френ не понимающие смотрела на всех них. — Френ, нам надо кое-что тебе рассказать, — начал Палонтрас, — кое-что очень важное. Слушай внимательно, ладно? Девочка напряжённо кивнула. — Недавно мы узнали кое-что интересное, — слово взял Итворд, — ты ведь уже общалась с матерью Мабукой, так? — ещё один кивок, — и ты уж точно знаешь её сына, Ремора. Они оба, порождение тьмы и мрака, не могут заходить в Иверсту. Но, видимо, не могли, так как недавно мы видели тень чего-то, очень похожего на Ремора силуэтом. — Я немного покопался в книгах, — перехватил Волшебник, — и вот что я узнал. Как мы уже сказали, порождения тьмы не могут сами попасть сюда. Но они могут присылать своих подопечных, таких как Камаллы, или попасть в этот мир с помощью отголосков себя. Всё это может даже неосознанно, но принести с собой хранитель пяти реальностей. В глазах Френ блеснул незаметный огонёк испуга. — А теперь ответь на несколько наших вопросов. — теперь говорил король Жьяр, — Ты видела здесь что-то странное? И говорил ли кто-то тебе до этого о хранителях реальностей? — Я… Я видела. Когда была здесь ещё до конца всех тех событий, в десять лет, я видела порождение других реальностей. Себя, маму, странных детей… А ещё Камалл, да, я видела много Камалл… А о хранителях реальностей… — Девочка глубоко вздохнула, и решилась сказать то, что сказала, — нет, я ничего не слышала о хранителе реальностей. Никогда. — Ну ладно. Тогда иди.

***

Френ буквально выбежала из замка. Она саму себя ругала за сказанное. За ложь. Но она боялась сказать правду. А вдруг тогда её выгонят отсюда? Навсегда? Выгонят в обычный мир, в её, третью реальность, где у неё нет никого и ничего, кроме вечной боли и полной пустоты внутри? Кроме страданий, мучений, и вечных поисков чего то несуществуещего? Кроме гнетущего одиночества, кроме медленно приближающейся смерти, кроме погрязжих во тьме и мраке мечт и надежд маленькой девочки, которые никогда не состоятся, не сбудутся? Френ не хотела туда. Она никогда не хотела возвращаться в то место, когда-то бывшее её домом. Никогда! В это ужасное место, приносящее лишь боль и страдания, место, где она совершенно, абсолютно и точно одинока. Девочка бежала и бежала, а по щекам одна за другой скатывались солёные слёзы, оставляя мокрые, немного кровавые полоски на лице Френ. Девочка всё бежала и бежала, пока воздух в лёгких не закончился. Она села на траву, облокотившись спиной о близлежащее дерево. Рядом с девочкой лёг и её котик, её любимый котик. Слезы все не останавливались, множеством маленьких ручейков скатываясь по щекам. Девочка сидела в этой позе наверно часа два или три, а может четыре, а то и пять, она сбилась со счета времени. Френ сидела так, пока не уснула. Котик лёг к ней на колени,согревая их своим теплом. Теперь уж он точно её не бросит. Никогда и ни за то. Так и сидели маленькая уснувшая девочка и пушистый кот, охраняющий её своей жизнью, любовью, и теплом.