Reverse

Дзынь. Дзынь. Звук колокольчиков – не самый лучший выбор для будильника. Недостаточно громкий, чтобы пробудить из глубокой дрёмы, но достаточно раздражающий, чтобы захотеть пульнуть его куда-нибудь в стену. С такими мыслями Айзек Фостер, черноволосый парнишка с гетерохромией, благодаря чему один его глаз был золотисто-янтарным, а второй угольно-чёрным (хотя парня и уверяли, что это, на самом деле, просто тёмно-карий), проснулся и начал разминать шею и конечности, поскольку он, с какого-то хрена, завалился спать на стуле. На пацане были надеты чёрная майка, белая кофта, которая, по жизненному опыту Зака, к концу дня станет серой, чёрные джинсы и какая-то жуткая конструкция с ремешками, которая, по заверениям его психички-мамаши, являлась ботинками. Впрочем, стоит признать, это нечто было весьма удобным, благодаря чему Айзек до сих пор не поменял их где-нибудь в подворотне на что-то более нормально выглядящее. Оглядевшись, парень увидел, что он находится в какой-то комнате с белыми стенами (спасибо, что не обитой войлоком), серым полом и громадным окном на всю стенку (Фостер готов был поспорить, что хотя бы один человек из него да выпал). Глянув искоса на камеры в двух из где-то десяти или больше углов в этой комнате (строил её, видимо, какой-то бухой воспитатель, ибо иного смысла делать их в таком количестве Зак не видел), пацан подошёл к этому самому окну. Оттуда ему в харю светила луна. Отлично, значит уже ночь. Он не дома, ибо такую комнатушку его семейка сможет себе позволить, только если его папашка выйдет из состояния перманентного забуха, и скорее на запах перегара этого алкоголика прилетит Санта-Клаус, чем это произойдёт. На улице он тоже не может быть, потому что он, блять, в помещении. Остаётся третий вариант – он в больнице. Да и сам Айзек смутно помнит, что направлялся к доктору. На кой хер, правда, брюнет никак не мог вспомнить, ну да и насрать, не велика потеря. Спросит, если совсем интересно станет. Стоп. Какого? Посмотрев внимательно в окно, Зак заметил одну странность. Какого хуя эта ёбаная луна такая синяя? Присмотревшись повнимательнее, Фостер со всей силы долбанул по стеклу. Эта блядь ненастоящая! Что за нахер? Неужели больница, в которую он ходит, настолько ебанутая, что ставит искусственные окна? Так, надо валить отсюда как можно скорее. Предки его, конечно, те ещё мрази, но хотя бы не настолько шизануты на голову, дабы ставить ненастоящее окно размером с гаражные ворота. Накинув на плечи рюкзак, который до этого лежал у стула, на котором парень проснулся, Айзек поспешил покинуть комнату. Коридор его встретил такими же белыми стенами и белым кафельным полом, который был настолько скользким, что на нём впору конкурс по фигурному катанию проводить. Местному уборщику явно переплачивают. Однако, Зак выяснил для себя парочку вещей: первое – больница, в которую он ходил, всё же не настолько съехала по фазе, чтобы ставить ненастоящие окна. Наверное. Второе – это явно была не та больница, в которую он ходил, когда неудачно сверзивался на какой-нибудь из строек, где он порой любил погулять. И третье – он хуй вообще знает где сейчас. Решив, что тем более тогда отсюда надо сваливать, парень пошёл по коридору направо, ибо налево была стена. Спустя пару шагов он достиг разветвления, но поворот направо был закрыт железной дверью в сеточку. Подойдя поближе, парень увидел устройство, считывающее ключ-карты. Поскольку оной у него не было, а на «Сезам, откройся» дверца из железной сетки не реагировала, Айзек решил тогда пойти в другом направлении. И снова дверь. Правда, в этот раз рядом с ней ещё было что-то накарябано. «Кто ты на самом деле? Необходимо проверить лично. Первоначальна твоя суть или лишь желательна? Ангел или жертва? Все врата откроются, если познаешь себя.» Чего, блять? Заебись, кажись, он попал к ёбанным культистам. Настолько задницей к нему Фортуна ещё не поворачивалась. Если он не сможет свалить, то точно устроит на том свете такой дебош, что эти сранные ангелочки (или кто там, блять, вообще на небе находится) самолично спустятся на эту грешную землю отлавливать этих поехавших крышечкой религиозников. Плюнув на надпись, Фостер принялся за дверь. На его счастье, она оказалась открытой. Однако радость быстро сменилась разочарованием, ибо комната, что находилась за дверью, никуда не вела. Ещё и какой-то гений решил, что если увешать стены зеркалами в полный рост, то это будет хорошо смотреться. Оглядев кучку раздражённых Заков, что смотрели на него со стеклянных поверхностей, парень двинулся к столу в середине комнаты. На нём стоял ноутбук. Выключенный. Рядом лежал аппарат с вставленной ключ-картой. Однако, подёргав за злосчастную карту, Айзек ясно понял, что если вытащить кусок пластика из этой железной бандуры и получится, то только по кусочкам, и что-то ему подсказывало (наверное, здравый смысл), что в таком состоянии карта будет уже непригодна. Сделав по комнате круг почёта, парень заметил, что у одного из зеркал рамка отличается от остальных. Подойдя к нему поближе и начав рассматривать, Фостер услышал за своей спиной звук запускающегося компьютера. Какого? Подойдя к монитору, Зак увидел, что ноут запустил какую-то программу. Раздался противный писк. Жутко неприятный программный голос произнёс: «Информационный экран открыт.» Опять противный писк, от которого уши невольно сворачиваются в трубочку. «Идёт запись данных.» «Ответьте на вопросы.» Пик-пик-пик. Сука, это грёбанное пищание что, после каждой фразы будет? «Ваше имя?» - И на кой чёрт оно вам сдалось? – пробормотал про себя Зак. Пищание повторилось. «Ваше имя?» - Голосовая значит? Пик-пик-пик. «Ваше имя?» - Да Айзек Фостер я, харе пищать!!! Пик-пик-пик. Сука. «Возраст?» - А ключи от дома тебе не дать? Пик-пик-пик. «Возраст?» - Тринадцать мне, тринадцать, железяка тупая. Пик-пик-пик. «Зачем вы здесь?» - Я думал, это вы мне ответите. Пик-пик-пик. «Зачем вы здесь?» - Я же сказал, не знаю я! В больницу, вродь, шёл, и с какого-то хрена очнулся здесь! Пик-пик-пик. «Зачем?» - Зачем что? – Этот дебилизм начинал уже его порядком раздражать. Пик-пик-пик. «Зачем?» - Сука, зачем что?!! Пик-пик-пик. «Зачем?» - ДА ОБЪЯСНИ МНЕ, БЛЯДЬ, ЗАЧЕМ ЧТО? Пик-пик-пик. «Зачем?» «Зачем вы пришли в больницу?» - Здрасьте, приехали. Сверзился я, наверное, или ещё чё! Зачем ещё в больницу ходят?! Чего пристебались?!!! Пик-пик-пик. «Зачем вы пришли в больницу?» - ДА НЕ ПОМНЮ Я!!! Пик-пик-пик. «Чего вы хотите сейчас?» - УЙТИ Я ОТСЮДА ХОЧУ! СВАЛИТЬ! СЪЕБАТЬСЯ! КАК МНЕ ЭТО НУЖНО СКАЗАТЬ, ЧТОБ ОТ МЕНЯ НАКОНЕЦ ОТЪЕБАЛИСЬ? Пик-пик-пик. «Запись окончена.» - Наконец-то… - недовольно пробурчал Айзек. «Чтобы начать игру, извлеките карту.» Пик-пик-пик. Пик-пик-пик. Пик-пик-пик. - Да что ты распищалась?! Тут из аппарата справа выехала ключ-карта. - О, это уже лучше. Забрав злополучный кусок пластика, Фостер поспешил выйти из комнаты, пока тут ещё что-нибудь не запищало. Подойдя к запертой двери, парень вставил карточку в устройство. Прозвучал писк, но в этот раз чуть пониже тональностью. Заку начало казаться, что над ним издеваются. Пройдя вперёд по открывшемуся коридору, Айзек упёрся в железные двери. Рядом была кнопка «Наверх», на которую парень тут же нажал. Тут раздался звон, какой бывает у часов с кукушкой, только без этой самой кукушки. На фоне этого грохота также были какие-то помехи. А затем последовал ставший Фостеру уже родным писк и тот противный программный голос. «Жертвой становится парень на нижнем этаже.» «Участники, приготовьтесь.» «С этого момента эта игровая зона.» «Ворота открыты.» Дин-дон-дон. Пик-пик-пик. - ЧЕГОООООООООООО, БЛЯТЬ? КАКОЙ НАХЕР ЖЕРТВОЙ? ЧТО ЗА УЧАСТНИКИ? ЧТО ЗДЕСЬ ВООБЩЕ, СУКА, ПРОИСХОДИТ? Крик души Зака остался проигнорированным. Зато железные двери открылись, демонстрируя кабину, похожую на грузовой лифт. Внутри, как и снаружи, была только кнопка «Наверх». - Да какого вообще… Но выбора у парня не оставалось. Здесь больше было некуда идти. В конце концов, он и не в таком дерьме бывал. Наверное. Поправив рюкзак на плечах, Айзек сделал вдох-выдох и зашёл в лифт. Двери за ним тут же закрылись.