Ошибка

Революция. От одного слова неприятно трещит в голове. Коннор разрывался между двумя мнениями: «они сделали все правильно» против «это было худшей ошибкой, которую только можно было совершить». Как бы они не пытались, люди все равно одержали верх. Коннор часто думал: что было бы, если бы он стал девиантом раньше. Смог бы он оказать сопротивлению большую помощь, дало бы это результаты? Девиантов продолжали повально уничтожать, а те, кому удалось скрыться, жили в страхе перед неминуемой смертью. И вот он, RK800, андроид-переговорщик, предавший систему и замененный другим, более продвинутым «Коннором», так же прячется, поджимая хвост и вздрагивая от каждого громкого звука с улицы. Иногда андроиду казалось, что все это было частью чьего-то сумасшедшего плана. Будто вовсе не Маркус начал эту революцию. Будто все девианты на самом деле так и остались рабами, сами того не осознавая. Ты тоже раб. Коннор взялся руками за голову и протяжно простонал. Ему не хотелось думать, не хотелось больше бояться. Ты жалеешь, что стал девиантом? Его мысли звучали голосом Аманды. Может быть это не твои мысли? -Коннор? Детектив вскочил и стал озираться по сторонам. Хэнк держал его за плечо и непонимающе вглядывался в лицо напарника. -С тобой все нормально? Какой-то ты нервный. Андроид взглянул на часы: три часа ночи. Хэнк уже должен был спать, но вместо этого он сидел и наблюдал за Коннором. Коннор дрожал. Он не мог объяснить эту дрожь, так как не мог испытывать ни холода, ни боли. Парень сложил руки на груди, но дрожь все не унималась. Будто он был готов вот-вот взорваться. Уровень стресса явно был близок к ста процентам. -Да что ты, - брякнул Андерсон, охватывая плечи андроида рукой и притягивая его к себе. Парень наклонился, и мужчина обнял его обеими руками. Коннор уткнулся лицом в его широкое плечо. Он чувствовал его вьющиеся волосы на своей щеке. Юноша придвинулся ближе и нерешительно коснулся напарника. Когда их объятия замкнулись, дрожь вдруг утихла, голова перестала гудеть, а голос Аманды больше не твердил ему, что он должен исчезнуть. -Я не понимаю, что с тобой происходит, парень. Будь ты человеком, было бы проще догадаться, но в нашем случае… Полицейский понял, что сказал что-то не то, и осекся. -Ничего, лейтенант, я понимаю, - тихо сказал Коннор, и его голос уже не казался таким неприятным, как прежде, - Я не человек и никогда им не стану. Не почувствую холода или тепла, вкуса пищи, опьянения, бодрости или усталости. Но почему тогда… - он замолчал, ощущая, как тяжело вдруг стали даваться ему слова. Они застревали где-то на пути к выходу и свербили в речевом аппарате. Глаза стали влажными. Это слезы? Хэнк крепче прижал парня к себе и пустил пальцы в его волосы. -Не важно, как и откуда ты появился: из утробы матери или с конвейера. То, что ты осознаешь все это, уже делает тебя человечным. К тому же, быть человеком тоже не особо завидная участь. Коннор не отвечал. Свернулся в крепких руках лейтенанта и не мог сдержать странных коротких хныканий. -Ноешь ты как девчонка, - усмехнулся Хэнк. К тому моменту, как Коннор вышел из спящего режима, Хэнк уже ушел. Андроид сел и мягко улыбнулся: лейтенант укрыл его пледом, зная, что в этом нет никакой необходимости. Сумо лежал на его ногах, свернувшись калачиком, храпел и периодически дергал ушами. Детектив осторожно вытащил ноги и встал. Если подумать, он еще ни разу не был в доме Андерсона при свете дня. Впрочем, разница небольшая: бардак днем и ночью выглядит абсолютно одинаково. Дожидаясь Хэнка, андроид сделал небольшую уборку, приготовил завтрак и изучил последние материалы по делу о девиантах. Никто и не сомневался, что лейтенанту удастся их скопировать, несмотря на то, что, по его словам, он едва управлялся с собственным телефоном. Кэра и Маркус все еще числятся в розыске. Почему-то от этого Коннор испытывал некое облегчение. Хлопнула входная дверь. Хэнк громко топал, отряхивая снег с ботинок. -Андроидов они придумали, а как сделать так, чтоб снег не лип, нет! – возмущался полицейский. Коннор выскочил ему навстречу, забрал у него два больших пакета и отнес их на кухню. -Ты теперь домохозяйка? – ухмыльнулся Хэнк, отряхивая куртку и вешая ее на крючок у двери. Андроид насупился. -Тут домашней едой не пахло с тех пор, как...- Хэнк опять сказал то, чего не следовало. Коннор хотел полюбопытствовать, но воздержался. Благо, теперь система не требовала у него лезть в каждую трещинку. Андерсон улыбался, уплетая теплые блины, щедро политые сиропом. Андроид мог по пальцам одной руки пересчитать его улыбки, а такую он и вовсе видел впервые. Как будто Хэнк…счастлив? -Черт, зачем тебя послали в полицию, если ты прирожденная кухарочка! – лейтенант отклонился на спинку стула и довольно поглаживал живот. Детектив цокнул языком и забрал его посуду. Ему на самом деле было интересно, могут ли андроиды чувствовать вкус. В его комплектацию входит компонент для различения запахов, ведь это могло помочь при расследованиях, а вот насчет вкуса он не был уверен. -Что-то ты непривычно тихий, - подметил Хэнк, потягивая кофе, - Совсем сломался. Его усы были перепачканы сиропом, но он либо не замечал этого, либо просто не торопился его убирать. У Коннора это почему-то вызвало раздражение. -Спасибо тебе, Хэнк, - Коннор мыл посуду, - Если бы ты прогнал меня, наверное, я уже был бы деактивирован. Мужчина рассмеялся. -Как будто у меня был выбор. Для Андерсона эти слова – шутка, но Коннора они почему-то ранили. С самого начала их совместной работы RK800 только и делал, что нарушал личное пространство лейтенанта. Он знал, что неприятен ему, и от этого кололо в груди. -Когда ты только появился, мне хотелось разобрать тебя маленькой отверткой и выбросить к херам, - Хэнк налил себе еще кофе и встал, опершись бедром о стойку, - Когда ты болтал без умолку, доставал своими вопросами, когда доказывал, что машины не могут чувствовать, я думал, что когда-нибудь подожгу тебя. После случая с Трейси во мне что-то щелкнуло, понимаешь? – лейтенант смотрел в свое отражение на темной поверхности напитка, - А когда я приставил ствол к твоей башке, увидел, что на самом деле ты не хочешь, чтобы я спускал курок. Андроид молчал. Ему нечего было добавить. Несмотря на то, что для него Хэнк был совершенной неизвестностью, Андерсон видел его насквозь. -Я надеялся, что ты проснешься, Коннор. Детектив закончил с посудой и повернулся к напарнику. Тот смотрел на него влажным и печальным взглядом. -А потом нас сняли с дела. Я вроде был рад, а вроде бы и нет. Я думал, тебя отправят в стойло к другим «Коннорам», - он выпрямился и осторожно подошел к андроиду, - Если бы я знал, что тебя хотят убить, сделал бы все, чтобы этого не случилось. Эмоции. Химические реакции в человеческом мозгу. Андроиды не испытывают эмоций. В груди Коннора словно что-то шевелилось. Ноги стали ватными. Он пошатнулся и упал на Хэнка, обхватив его плечи руками и вжавшись лицом в его волосы. Хэнк всегда пах алкоголем и жареным маслом. -Прости меня, Коннор, я просто не знал.