Укрась мой завтрашний день своим пребыванием

Ох, семейный ужин — это прекрасно, особенно, когда в ресторане, — проговорил мужчина, подробнее разглядывая меню. — Пап, а по какому поводу мы тут собрались? Поужинать можно было бы и дома, — интересовался Тревис, кося взгляды по сторонам. Юноша рассматривал сам ресторан и официантов в рабочей форме, чувствуя, как давно он не находился в подобных местах. — Просто кое-кому не нравится, как я готовлю. У нас это в привычку вошло: каждый месяц устраивать семейный ужин вне дома, — мама оскалила зубы и возмущалась с правил мужа. Тревис мгновенно замолчал, не найдя верного ответа на возмущения матери, ведь он понимает, насколько плохо знает родителей. Юноша смотрел по сторонам и пытался понять хоть что-нибудь из беседы родителей, но оказался лишь помехой. Отец заметил уныние сына и не слагал больше слова. Он лишь встал с мягкого стула и постучал кулаком три раза по голове Тревиса. — Дурные мысли, раз, два, уходите, — мужчина припевал, словно для ребёнка. В последний раз он так говорил только на пятилетие сына, когда тот расстроился, что «папа больше не будет играть с Тревисом за поцарапанную машину самокатом». — Папа, ты чего? — сын удивился, но в глубине души искренне был рад за поддержку отца. Мама положила локти на стол и умилялась с взаимопонимания её парней. Когда отец присел на стул, он заказал любимые блюда для каждого члена семьи и четыре десерта. «Четвертым», станет добавкой Тревиса, так произнёс он. — Тревис, я виноват перед тобой больше всего, ведь это я не мог тебя уберечь, — мужчина раскаялся, почувствовав дрожь в коленках. — Мы не смогли уберечь, — добавила матерь, положив свою ладонь на кисть мужа. — Родители, давайте только не об этом! — воскликнул школьник, опровергая все слова родителей, признавая собственную вину. — Я виноват, что не послушался вас, я виноват, что полез на ту стройку и упал. Разве не я остаюсь тут главным придурком? — Ты потерял память тогда, чуть не лишившись жизни, а кто ещё за это должен был отвечать? — разгневался отец. — Папа, я сейчас тут и все прекрасно понимаю! — продолжал Тревис. — Замолчите оба! — зловеще произнесла мама, что остальных страх схватил. — Тревис, ты наш сын, мы не можем не волноваться за тебя. Тем не менее, мы гордимся тобой за то что… — на этом моменте женщина замолчала, так и не закончив предложение. — А давайте больше времени проводить вместе, — мальчишка успокоился и выдохнул, — я больше не стану решать все свои проблемы в одиночку. Вы мне поподробнее покажите этот новый город, да и я вам много всего расскажу из пребывания в колонии… ой, у бабушки… — запнулся Тревис, вспомнив всю зловещую сторону бабули. — Да тёща такая, — добавил отец, поедая спагетти. — Кстати, пап, ты мне никогда не говорил… Где моя вторая бабушка? Точнее твоя мама, да и дед тоже. Я их даже в лицо не видел ни разу, — перейдя в расслабляющий вид, спросил парень, что отец тут же подавился. — Кхе-кхе, я думал не спросишь, они это… На мальдивах… — протирая лицо салфеточкой, тихоньку заявил мужчина. — Пятнадцать лет? — Путешественники, понимаешь… — Ты бы хоть фотографию показал. Я уже давно понял, что бабушка — не девочка-путешественница, а дедушка — не обезьяна. Хм… А может они секретные агенты… — задумался Тревис, держась за подбородок, в его воспоминаниях сверкал вчерашний, просмотренный фильм. — Или маги, нет колдуны. Чародеи? — уже с усмешкой говорил юноша, что папа от удивления искал вилку под столом. — Сынок, ну ты и фантазёр, — протирая вилку, брыкался отец. — Ваш счёт, — джентльменской походкой официант предоставил закрытую книжечку. — Милая, ты заказывала трюфели? — напряжённо задал вопрос мужчина у своей жены, видя счёт. — Понимаешь, наш семейный бюджет не позволяет их пробовать. — Но тебе ведь моя еда пришлась не по вкусу, ахах, — задиристо ответила она. — Ахах, — прищуриваясь, засмеялся отец мальчика. — Ахах, — продолжала матерь. Тревису уже было страшно находиться рядом с этими двумя, они словно прожигали друг друга взглядом и зловещим смехом. Отец аккуратно вложил деньги в книжку для счёта, беря из своей заначки. — А я ведь хотел тебе купить ювелирное украшение на твой день рождения, — вздыхая, произносил мужчина. — Оно через полгода. А ты случаем не на новую машину копил? — Может, лучше пойдём? — взяв родителей за руки, предложил мальчишка и старался сторониться от посторонних глаз.

***

Семья находилась уже внутри дома. Родители немного не рассчитали время, ведь ранним утром уже стоило вставать с кровати и направляться на работу. В это время они завидовали парню, что у того всё ещё действовали летние каникулы. Тревис направился в комнату и рухнулся на кровать, не успев переодеться. Сейчас он думал о ситуации, произошедшей не так давно, но и не вчера. Он не успел ещё сомкнуть глаз, как в комнату ворвалась мама и присела рядом. Лицо у матери задумчивое и казалось, что она хотела что-то рассказать. Женщина не стала тянуть и начала вести рассказ: — Тревис, мы с отцом не считаем тебя глупым в том, что ты нас не послушался и направился на стройку, где там и чуть не погиб. Мальчишка промолчал и продолжал вслушиваться в рассказ матери. — Мы считаем тебя героем. Ведь, если бы не ты, то один бы человек лишился жизни, — женщина до последнего не хотела говорить, из-за чего она сжала губы. — В детстве ты любил играть с одной озорной девочкой, о которой мы ничего не знали. Она была странной, никогда не говорила про родителей. Да и что-то волшебное в ней веялось. И в тот день вы оба оказались на стройке и вместе упали. Девочка отделалась лёгким ушибом, а ты… Тревис сидел никакой. В его голове часто что-то наподобие этого мелькало, однако никогда не воспринимал всерьёз и думал, что это всё выдумки собственного воображения. — Мам, тогда почему скрывали? — обыкновенно ответил он. — Не хотели загружать твоё подсознание. Но, почему ты никак не удивлён? — мама всполошилась. — Чему удивляться? С самого начала было понятно, что найдётся что-то, чего я не помню. Да и какая разница теперь. Мы с этой девочкой теперь разные люди, вот если бы ты раскрыла правду, где она и кто. Вот это уже другое дело! Школьник внезапно перешёл в оптимизм и поцеловал маму в щёчку, выгоняя её из комнаты и желая сна. Женщина немного возмущалась и рассуждала о поведении сына. Тревис оставался в таком же состоянии, что и с матерью, но ещё он начал кое-что понимать. Парень засмеялся и приготавливался к завтрашнему дню.