Жизнь преподносит приятные сюрпризы

      — Вот знаешь, что хочется? – девушка поджала колени к груди, сняв перед этим кроссовки, – хочу спокойствия, может быть дом с садом, ребёнка… – за окном тягача мелькали ночные пейзажи, которые Уильямс уже перестала различать.       — Думаю, я могу понять, о чём ты, – его голос успокаивал, синеволосая лениво прикрыла глаза, наслаждаясь его баритоном, без которого уже было невыносимо продержаться и пару дней, – но ты уверена, что спокойствие и дети могут сочетаться друг с другом? – девушка разразилась смехом, понимая, что троица повлияла не только на Рэтчета.       — Это собирательный образ счастливой семьи, но, ах и увы, сказочно всё равно так не бывает, – что ты собираешься делать после того, как война закончится? – пальцы коснулись руля, поглаживая, такой жест уже стал привычным для них двоих, он не имел никаких возражений, а она была только рада дотронуться до него. – Надеешься встретить себе пару или жить в отшельничестве?       — Я бы не стал так забегать вперёд, Невада, – голубоглазая пришла в оживление, она спустила ноги обратно на коврик и поёрзала на сидении, чтобы принять удобную позу, в которой будет донимать напарника.       — Мы и не забегаем, а фантазируем, да и у меня предчувствие, что всё будет хорошо… – под ребро кольнули недавние воспоминания про Арвиля и Нейрона, но помахав перед собой ладошкой, ни капли не удивив при этом Прайма, так как он был уже привыкшим к странным жестам, синеволосая сделала невинное личико, а лидер автоботов понял, что ему некуда деваться.       — Отдохну, – с максимальным удовлетворением ответил лидер автоботов, но его напарницу это несильно устроило. Не став дожидаться, пока начнётся новая волна любопытства и шума, он пересказал ей строчку из недавно прочитанного ей романа про любовь, страсть и прочие прелести, в которых Оптимус не разбирался, а его дражайшая подруга поглощала тоннами по вечерам, но и это был проигрышный ход, кажется, про свою книгу она и не вспомнила.       — Понятно, – синеволосая отвернулась к окну, делая вид, что за стеклом происходит что-то настолько интересное, что невозможно оторваться. Прайм не всегда понимал, что нужно делать с девушкой, чтобы у них было полное взаимопонимание, автобот старался как мог, да и открылся ей, по сравнению с другими членами команды, в гораздо большем объёме, но к идиллии это не приводило, заставляя его задуматься, а всё ли он сделал верно.       Оптимус не злился на неё в эти моменты – совершенно нет. Скорее это вызывало умиление, её надутые губки, руки, сложенные под грудью и лицо, выражающее бурную мозговую активность и придумывающее план, но какой, Оптимус никогда не узнавал, так как напарница быстро отходила.       — Ты говорила мне сама, что выходила замуж, – перевёл тему тягач, – тебе понравилось? – девушка залилась румянцем, невинные слова друга она интерпретировала не всегда с нужным благочестием, но была уверена, что Прайм не понимал ни её реакцию, ни возможную трактовку его слов.       — Я видела его единожды: перед алтарём, больше мы не пересекались, – Невада почесала голову и стала заплетать косичку из прядки волос, – вру, виделись, на его похоронах, – ей хотелось что-то добавить про супружеский долг, но людская жизнь и непростая, а половая, у неё была настолько скучная, что даже рассказы бы получились, как исповеди девственницы, из-за чего желание улетучилось так же быстро, как и возникло, – ты бы хотел иметь детей? Ну или как там у вас…       — Это большая ответственность, Невада, почему тебя стала так интересовать эта тема? Ты в скором времени собир… – не дослушав, девушка раскраснелась и подпрыгнула от возмущения, чуть не ударившись головой, благо ремни безопасности её удерживали, плотно впившись в кожу.       — Ничего я не собираюсь, просто строю планы на будущее, да и вообще, для того, чтобы мне иметь детей, то придётся искать адепта, потому что это сложный процесс… почкования, – синеволосая замолчала, но решила закончить мысль, так как он явно ждал её окончания или ей так показалось, – для другого вида это будет равносильно разбиению души, что приведёт к помутнению рассудка. Когда этим занимаются два адепта, то они порционно отдают частички каких-то воспоминаний, нивелируя их потерю друг у друга, создавая комок, который имеет базовые настройки, мы просто отдаём часть своих сил, дабы создать ещё одну копию, которая уже самостоятельно выживает и не нуждается в её создателях… – девушка снова поджала колени и прикоснулась тёплой щекой к охлажденному ночным воздухом стеклу, – я хочу чтобы было всё как… у людей, переживать вместе с любимым горе и радость, идти нога в ногу, растить беспомощное потомство, которое видит в тебе нужду и… любит, – по щеке скатилась слеза, – я не так давно стала что-то чувствовать, Оптимус, мне было хорошо, когда Мико отпускали не отчислив; у меня бурлила кровь, когда старшеклассники донимали Рафа; щекотка пробегала по моим пальцам и отчаянно билось сердце, когда мы наблюдали, как Джек приглашает Сиерру на свидание и… мне было больно, когда ты был ранен. Это бесценное приобретение и в то же время проклятие, с которым я больше не смогу жить, не откинув часть себя, – голубоглазая посмотрела на уже ставшую родной эмблему автоботов на руле, – думаю, ты понимаешь, как тяжело жить без эмоций, когда ты уже познал их, и неважно, плохие они или хорошие… хотя они может и были раньше, только я не понимала: мне было грустно, что люди не видят меня – сгусток энергии, представляешь, изначально приходилось считать, что умерла и первая встречная семья была моей, судя по речам, которые они говорили детям о покинутой их прабабушке, потом уже потихоньку начинала вспоминать базовые функции адепта, – синеволосая погрузилась в воспоминания и усмехнулась, – мне было страшно создавать первое тело, всё казалось, что оно будет страшным и отличаться от других… в общем, всё приходило постепенно, как мои навыки, так и новые, – Уильямс упала в кресло, полностью размякнув в нём, – Оптимус, пообещай мне.       — Что именно ты хочешь? – они уже приближались к базе, их патруль двигался к концу.       — Пообещай, – настаивала адепт, глядя на раздвигающиеся стены из камня – въезда на базу.       — Я сделаю всё, что будет в моих силах, – Прайм догадывался о чём она попросит, но сомневался, что сможет это воплотить.       — Если я решу забыть всех вас, то соедини мою звезду с Праймусом, пусть всё закончится там, где и началось, чтобы никто больше не помнил об этом предательстве, – девушка снова приобрела лёгкое настроение духа и оживилась, сбросив оковы серьёзности и бремени, тянувшейся за ней, – хотя, может воспоминания о вас я занесу в отдельную звезду, её не трогай, пусть горит.

***

      Школу девушка благополучно забросила и бездарно проводила время на базе, иногда стараясь поднять своё материальное состояние. Для чего? Просто ей было скучно. Время от времени она проверяла связь с «братьями», но и тут тоже не было никаких изменений.       Будни превратились в вереницу, как раз тот период выпал на каникулы детей, а дальше одного из них ждал выпускной год и экзамены, с которыми девушка обещала помочь, так как у неё был достаточно широкий опыт обучения в университетах.       Лето было особенно жарким в Джаспере, Мико проводила их где-то в Токио, Джек уехал к кому-то из друзей, имена она не запомнила, как и место, где он находился, ей тогда было совсем не до чьих-то радостей, синеволосая достаточно сильно тревожилась по поводу своих сородичей, поэтому пару месяцев ходила как не в себе, заставив переживать даже Рэтчета своим поведением, зато она помнила, что Рафаэль с семьёй были сейчас в жарких странах, за пережитые ими страдания, а точнее за вынужденное переселение его семьи, когда десептиконы засекли сигнал, исходящий из дома Рафа, мешавший их планам. Агент Фоулер проспонсировал им длительный отдых, чтобы скомпенсировать все неудобства.       Дети уже знали о том, что их подруга нечеловек и приняли это с наибольшей лёгкостью, чем автоботы, только расспросов было на полночи, вспомнив это, Невада, лёжа на диване, усмехнулась приятным воспоминаниям…       — Так, стоп, – японка сузила глаза, – ты хочешь сказать, что ты такая же, как и они? – Накадаи указала пальцем в сторону автоботов, которые как раз привезли детей на базу.       — Скорее, я могу называться их прародительницей, – синеволосая, вспомнив свои грехи в прошлом, улыбнулась былым времена, когда был ещё порох в пороховницах, но все подробности освещать не стала, – что? – на неё смотрели уже не три пары удивленных глаз, а все семеро. – Да, я присутствовала при создании планеты и вас в том числе! Ну как вас… Ваших Праймов, славные малые.       — Невада, ты говоришь о личностях, которые у нас приравниваются к божествам… – Рэтчет уже было начал свою демагогию, но адепт и слушать его не желала.       — Твои божества бы дальше не пошли без меня и Праймуса, считай, я мать-перемать твоих богов! – Уильямс опять что-то жевала, поэтому её триумфальные речи были не столь величественными, да и, по правде говоря, не совсем впечатляющими.       — То есть ты и их планета… отжигали в прошлом? – непонимание на лице Джека и его поехавший тон вверх, говорили сами за себя – пока что его разум не мог воспринимать ни одно её слово, просто-напросто всё отторгая.       — Отжигали… Ну, можно и так это окрестить, в принципе, – губы адепта приняли игривую улыбку, поддавшись приятным воспоминаниям, казалось, что тело всё ещё помнит его касание, даже несмотря на другой материал. Что-то осталось приятное о нём, этого было не отнять, в те моменты, хоть он и пытался с помощью неё воплотить свои задумки к жизни, пока она была в неведении, ей было хорошо.       Девушка выплюнула вишнёвую косточку, обглодав сочную плоть ягоды, и подняла взгляд на группу великовозрастного населения базы, которые преисполнись в своём познании намёков и аббревиатур благодаря всемирной паутине.       — Извращенцы, всегда успеют перековеркать имя светлых личностей! – тут уже и до Джека дошло вышесказанное, а остальные смутились ещё больше, наверное, кроме Прайма, тот уже привык к подобным темам, вырывавшимся из головы его напарницы, признаться даже, он догадывался об этой истории.

***

      Синеволосая который раз набрала номер Мико, но в ответ услышала лишь гудки, наверное, они куда-то уехали с семьёй, купаются где-то на пляже под палящим солнышком, греют свои косточки… Потянувшись на этом моменте и выгибаясь в пояснице, она довольно улыбнулась, представляя в голове шум волн и жаркий колючий песок. На базе было тихо, мёртвая тишина сквозила по коридорам. Невада, как послушный пёсик, ждала своего напарника, который должен был вернуться с минуты на минуту, предвкушая их встречу – один из единственных приятных моментов за день. Услышав долгожданные гудки, она рывком кинулась по лестнице вниз, спотыкаясь в собственных ногах.       — Оптимус! – тягач остановился и стал трансформироваться, в то время пока Уильямс, даже не пытаясь сдержать радости, подпрыгивала на месте.       — Неужели ты так соскучилась? – уголки его губ приподнялись, он присел на колено, чтобы быть поближе.       — А ты как думаешь, тут заняться нечем! – скрестив руки под грудью фыркнула девушка, – слушай, а у тебя нет координат на обследование территории где-нибудь… в прибережных районах? Желательно бы ещё, чтобы погодные условия обещали солнце и штиль, – уже более мечтательно добавила синеволосая.       — К сожалению, нет, Невада, в другой раз – он выпрямился и направился к терминалу, чтобы проверить состояние отслеживаемых ими объектов, – сегодня не получится, завтра я снова выхожу в патруль, если хочешь, то можешь составить мне компанию, – данная новость не особо обрадовала девушку, но это было гораздо лучше, чем валяться на диване ещё один битый день и думать о проблемах.       — А может Невада права, Оптимус? Тебе бы пора тоже передохнуть, надо же иногда расслабляться, – Арси появилась внезапно из тёмного коридора, девушка и забыла, что сегодня она осталась на базе и отдыхала.       — Арси, я не могу позволить десептиконам и… – лидер автоботов перевёл взгляд на адепта, – другим угрозам стать для нас внезапными ударами.       Спорить с потомком Праймуса было бесполезно, да и никто этим, кроме Невады, не занимался, признаться, даже девушка лишний раз не могла позволить себе беспокоить его без повода. Адепт не ощущала себя старше и опытнее своего напарника, хоть и разница в существовании у них была колоссальная, большей частью этому послужила её несчастная судьба, а также мера того, какую информацию она впитывала в себя. Уильямс была хорошо подкована в области человеческих знаний, но ничего не смыслила в кибертронских науках, не была так сильна в тактике как лидер автоботов, да и признаться, её друг был очень мудр, что вызывало в ней восхищение и трепетание в груди, когда он рассуждал на темы их разговора.       — Невада, хочешь прокатится? – фем давно замечала апатию в поведении их подруги и ей было её жаль, лазурной не хотелось оставлять синеволосую одну, когда сама алозначная прекрасно знала чувство потери и предательства.       — С радостью, заодно не буду отвлекать Оптимуса, – адепт улыбнулась своему напарнику и получив одобрительный кивок она заплела волосы в хвост, накинула шлем, и они уехали.       Лидер автоботов остался один и мог спокойно приступить к своей работе, но что-то терзало внутри его, тишина была слишком… громкой? Он не стал долго об этом думать и сразу же приступил к своим обязанностям, пока ничто не тревожило его покой и концентрацию.       В это время на скорости более ста километров в час мчали две инопланетные особи. Потоки ветра, которые создают сопротивление телам, быстрота, шум мотора – всё это придавало наслаждение, чувство свободы, заставляя забыться.       — Ты действительно думаешь, что твои братья восстали против тебя? – лазурная била не в бровь, а в глаз. Ей до сих пор несильно верилось, что перед ней такое… совершенное существо, которое может принять совершенно любую оболочку и с лёгкостью может закончить войну, хотя, это было не про их подругу, но как говорится чудес не бывает.       — Не знаю, Арси, – на выдохе произнесла синеволосая, татуированные руки крепко держались за руль, словно хотели прирасти к нему, не от страха, а из-за того, что ей нужна была поддержка, хотелось иметь тростинку, за которую можно было ухватится и не потонуть, – я не могу с ними связаться, даже просто чтобы расставить все точки, хотя, кажется, уже эта история издана в прокат, думаю, ты и сама понимаешь, как трудно терять того, с кем вы стали близки, и как предательства бьют по самому хрупкому, – Невада знала о её напарниках, с фемм они часто болтали на крыше базы, где была расположена могила Клиффджампера, девушка искренне сочувствовала.       В те моменты, когда они приходили на его могилу, она видела крохотные остатки энергии, которые тянулись к Арси, этот маленький комок увязывался у её ног и спиралью возвышался к корпусу, часто останавливаясь у лица, словно хотел, чтобы его увидели. Это не было высшим существом, просто заблудший сгусток, не имеющий мышления, который бы впитался в младшего адепта, но она каждый раз его отгоняла от себя и наблюдала, как он стремится к своей бывшей напарнице.       Больше никто не проронил не слова, каждый погрузился в свои мысли настолько глубоко, что грядущую угрозу смогли заметить слишком поздно. Надвигающиеся чёрные машины прилетели, словно шершни, окружая и атакуя. Первый удар пришёлся на заднее колесо, тогда Арси еле смогла удержать управление, вихляя по дороге, чтобы сохранить равновесие.       М.Е.Х. они узнали сразу, события из прошлого Невеллины решили напомнить о себе в будущем, несколько раз их предводитель разевал свой рот на автоботов, а после их последней встречи в поезде, когда девушка активно составляла компанию ядерной бомбе, то ценность их увеличилась в раза два. Тогда её спас Оптимус, но сейчас отсчёт шёл на секунды.       — Арси Оптимусу, нам срочно нужна помощь, на нас напали, – как бы лазурная не напрягала свой мотор, оторваться она не смогла, как и принять меры, рядом с ней был человек, может хоть и ненастоящий, но такой же хрупкий.       Невада знала, что они уже пойманы и оставалось только надеяться, что Прайм сможет помочь Арси. Стянуть незащищённое тело с мотоцикла было довольно легко, учитывая её комплекцию, в который раз она пожалела о своём выборе оболочки, но делать было уже что-то поздно, что-то ей как будто кричало на ухо, что в следующие часы ей понадобится вся её накопленная энергия, которую придётся пустить в оборот.       Уильямс не успела подготовится к своей участи, как сбоку из окна машины высунулся шокер и тело стало обмякать, не было смысла бороться с природой человека, сейчас было необходимо приберечь силы, вскоре они понадобятся и в огромных объёмах. Тело стало податливым, а руки отцепились, ещё секунду и она бы мешком рухнула оземь, но бойцы успели забрать тело в салон и нажать по тормозам, мотоцикл улетел вперед, хоть и не далеко, но этого им хватило, чтобы успеть развернуться и умчать в противоположном направлении.       Воронка портала открылась, но было уже слишком поздно. Им не так сильно нужна была Арси, как ему нужна была Невеллина.

***

      Солнце палило в Калифорнии с неистовой силой, был самый разгар августа. Блондинка с подружками отправились посмотреть на выпускников военного училища, ведь ничто так не привлекало их как мужчины в военной форме. Юные бойцы были в нескольких метрах от них, но всю картину портило ограждение, как бы им не хотелось, но приличие терять не позволяло общество. Дамы вертелись около входа в павильон, где тренировались их кавалеры, с которыми они должны будут провести весь вечер, стирая ноги новыми лакированными туфлями.       Невеллина и Лиланд уже не раз встречались, он приглашал её на свидания, а иногда сбегал к ней ночью, чтобы прогуляться под звёздами. Иными словами, он был романтиком, которого желали все девушки, включая блондинку. У него было действительно множество поклонниц, но обладая высокой самооценкой и опытом обращения с мужским полом, девушка считала, что у них нет никакого шанса. Ей было немногим больше совершеннолетнего возраста на вид, но никто и не догадывался, что это всего лишь оболочка. Было ли скучно адепту в кругу юных представителей расы? Ни капли. За года прожитые на Земле, девушка поняла, что наиболее интересные для неё собеседники находятся как раз в этой возрастной категории, поэтому следующее десятилетие, а может и чуть дольше она планировала оставаться с вечно гуляющей молодёжью. Ей надоели бесконечные правила и заботы, следование пути морали и наставлений, сейчас ей хотелось только одного – чувствовать себя живой, как люди, а не только выглядеть, оставаясь праведником внутри.       — Смотри какие красавицы нас дожидаются! – выкрикнул восторженно один из кадетов. Компания из трёх парней направилась к ним, включая и кавалера блондинки, с которым они уже пересеклись взглядом. – Давно ждёте, миледи? – он крутанул свою подружку, но адепт уже не замечала ничего вокруг, она утонула в его карих глазах и уже представляла, как они будут вальсировать сегодня вечером в медленном танце.       Это было слишком сладко и банально, признаться, по вечерам, оставшись одна, глядя на город, где никогда не гасли фонари, она задумывалась, что всё это искусственно, как дамский роман, написанный не самым квалифицированным автором. Но выкуривая сигарету, адепт не могла найти причин прекратить всё это, почему она не может найти своё счастье, построить с ним любовное гнездышко, растить детей…       Выдохнув из лёгких клубок сизого дыма, девушка грустно хихикнула в пустоту, словно снова оказалась под куполом. Табачное марево, которое должно было раствориться, стало скручиваться петлёй у шеи, словно хотело передавить ей артерии и доказать, что оно здесь руководит, но, увы, затушив окурок о железную балку балкона, она, не глядя, бросила его в банку из-под кофе. Действие, доведённое до автоматизма, не давало сбой, как и повод, по которому Невеллине захотелось выпить: она не сможет построить долгого счастья, как и иметь детей, для неё это слишком большая цена, которую ей не потянуть.       Но отказываться от мимолетных романов означало поставить на себе крест. Признаться, она иногда надеялась, что найдет адепта среди прохожих, такого же одинокого как она, но это было настолько маловероятно, что даже мечтать о такой бессмыслице было глупо.

***

      — Как давно мы не виделись, моя дорогая, – девушка находилась всё это время вне сознания, не став бороться с болью и повреждёнными конечностями, она подняла голову и увидела всё те же карие глаза, как и раньше, только, пожалуй, это единственное, что осталось от того юноши, – я и не знал, что тебя так много объединяет с инопланетной расой, вернее сказать, что ты одна из них, – девушка пошевелила кистью, которая отозвалась болью.       Она сидела на стуле, а руки были завязаны за спинкой, из-за чего её плечи быстро затекли от неестественной позы, ноги же были привязаны к ножкам, чтобы даже если у неё были бы силы, то она не ушла в позе черепахи. Всё это ей не нравилось, особенно встреча с бывшим, которого она отшила столько лет назад. Только теперь это был не юнец, а сложенный мужчина с боевым опытом и изощренным умом.       Сколько бы она не перечитала с удовольствием романов с извращённым тёмным материалом, но в жизни повторять такой опыт у синеволосой желания не проснулось, как минимум не с этим мужчиной.       — «Уважаемые братцы, можете радоваться, мне недолго осталось!» – с гневом, но без особой надежды, она транслировала сообщения сородичам, – «передайте Оптимусу, что я его люблю», – такое откровение адепт смогла позволить себе исключительно недавно, вернее сказать, что это было не откровением того, что она точно чувствовала, а лёгкой отдушкой внутри неё, которой пропитались чувства, глядя на людей и их взаимоотношения. К Прайму девушка относилась, как её бывшие подруги к своим мужьям, но быть уверенной она не могла, всё это было слишком странно и в новинку.       — Я не одна из них, – голос был слабее, чем Уильямс ожидала, – они из железа, а во мне течёт потомственная ведьмовская кровь, – шутку он не оценил, чем девушка схлопотала пощёчину. На её лице загорелся алый след от ладони, шершавой и холодной, голова пленницы повернулась в сторону от переданной ей энергии. Такого унижения она и сама не ожидала, всё это больше и больше походило на игры с концом из её романов, но, к сожалению, без толики романтики в её истории, – что тебе надо? Если спросишь, где остальные и их секреты, то я скажу, что понятия не имею, у меня проблемы с геолокацией, а из любопытного мне ничего не доверяли, – её лицо всё было так же повернуто в бок от него, а из носа потекла тоненькая струйка алой жидкости. Тело было слабое, измождённое травмами за последнее время её приключений, восстанавливать которое она не хотела до последнего, стараясь скопить энергию. Признаться, чувствовала себя финансово неграмотной, когда каждый раз у неё оставалось всё меньше и меньше сил, хотя она так старалась, но проанализировав все её поступки, девушка не поступила бы иначе.       — Ты мне расскажешь всё, даже что мне будет неинтересно, как и отдашь свой должок, – военный взял её за ворот футболки, ткань натянулась и послышался легкий треск ниток. Туловище приподнялось вслед за натянутой одеждой, немного, но этого хватило, чтобы почувствовать себя в опасности, в полном контроле, которого ей так бы сейчас хотелось избежать или почувствовать из других… рук.       Уголок её рта приподнялся от абстрагированной фантазии синеволосой, за что на этот раз голова адепта резко повернулась в противоположную сторону, звук, слов словно молния, прогремел в ушах, а в глазах полетели звёзды. Снова пощёчина, снова унижение, снова неприятное клокочущее чувство внутри.       Ради чего адепт столько держалась, когда могла пойти по стопам братьев и иметь более счастливый финал? Где в конце она не останется одна, где не будет тернистого пути для неё на этой планете, когда наконец-то сможет дожить вместе с ним и помочь не только ему, но и всем им, а не получать только шишки по своей несчастной голове от всех, кто был ей дорог и нет.       Но, избрав свой путь, она дошла до того, что получает пощёчины от призрака её прошлого. Уильямс получила ещё парочку, возможно, ему это нравилось, видеть, как ей неприятно и больно, он находил в этом некое удовольствие, было тому подтверждение в его блестящих глаз и появившемся заметном бугре на брюках. От происходящего желудок стало скручивать в рвотном позыве, эта идея стала бы хорошим вариантом остудить его пыл, если бы это начало заходить слишком далеко. Хотя понять эту грань было сложно, когда бы это закончилось? Кто ей придёт на помощь? Никто не знает где она, а кто бы мог знать, хотели сами же её прикончить.       Девушка сомневалась, что рвота на одежде смогла бы его остановить, если он всё же захотел бы над ней надругаться, скорее это спровоцировало бы новые унизительные сцены. Единственное, что ей осталось, так это разрушить своё тело, спуститься к точке начала, потерять всю накопленную энергию и надежду на помощь… любимому. Сейчас ей хотелось называть его так, и адепт не стала отказывать себе в маленьких шалостях.

***

      Тот вечер запомнился Невеллине во всех красках: танцы под джазовую музыку, симпатичный кавалер и вино, которое стало играть на её щеках и отзываться расслабленностью в теле, пропуская сквозь него ритм мелодии и настроения окружающих. Блондинка стёрла все ноги о свои новенькие туфельки, которые приберегла для сегодняшнего вечера. Признаться, она выглядела великолепно! Сверкающее платье в золотых паетках, цокающие каблучки и ярко-красная помада на губах делали её милой и в тоже время манящей. Французские духи кружили голову всем, кто был рядом с ней. Дело было даже не в вылитом наполовину флаконе, а просто тот запах, как заявляли в модном журнале, да и видимо не соврали, ассоциировался у мужчин с женственностью. Адепту не по душе был такой аромат, слишком сладкий, приторный, да и вовсе не по её вкусу, но какое было ей дело, когда цель этого мероприятия заключалось в том, чтобы вскружить голову молодому кадету?       Её план удался. Молодой парень поймал им такси, и они отправились к ней, где их ждала бутылка бренди на её ночном столике. Всё должно было быть идеально. Всё и начиналось так.       Горячие поцелуи в прихожей, переходящие в более глубокие и интимные по мере приближения к спальне, хруст ниток и ни капли сожаления о порванных вещах, круговорот, который закончился падением на мягкую перину, жалобный скрип пружин, которые не были готовы к удвоенному весу и нагрузки на их стальные тельца.       Кадет осыпал шею своей спутницы поцелуями. Одной рукой он удерживал свой вес над ней, а другой стал заводить её руки наверх, крепко сжимая кисти так, что ей стало некомфортно, девушка чувствовала давление на свои кости, которое стало отзываться болью в запястьях.       — Куколка, надеюсь, что ты любишь физическую боль, – парень придавил её, обездвижив, – прошлым игрушкам это не понравилось, – адепт попыталась пошевелиться, но он был гораздо крупнее её, почувствовав себя беззащитной, наполовину без одежды и с парнем, который был физически сильнее, блондинка стала считать себя полной дурой, – тебя украсит пару порезов вот здесь, – он провел языком по ключицам блондинки, а потом резко сжал до хруста её руки, вызвав крик от боли, – пара трещин на костях это так сексуально, милая, – он укусил её за нижнюю губу уже без церемоний, это был настоящий звериный укус, который был нацелен, чтобы рвать.       Из её губы он откусил небольшой, но заметный кусок. Блондинка кричала, слезы катились ручьём, попытки его спихнуть были лишь дёрганьем загнанной мышки в лапах у кота. В голове не было мыслей «почему», «как так вышло», остался лишь страх, дикий и необузданный, так страшно было только во время войн, когда солдаты вламывались в дома к женщинам, грязные, больные, голодные и бесцеремонные, они брали всё, что и кого хотели и сколько было им нужно.       Девушка укусила его за шею, настолько сильно, насколько позволяли её челюсти. Кожу она прокусила, догадалась по вкусу металлической жидкости во рту, на секунду он ослабил хват, не ожидая такого, но и ей пришлось не мешкать. Блондинка выдернула руки и толкнула его в грудь, заставив немного пошатнуться, но не упасть, он всё еще был сильнее и тяжелее, но рефлекторно приподнялся, освобождая сам того не понимая место для удара коленом, которое было использовано в полной мере по его паху. Била она наотмашь, но по реакции молодого человека было видно, что попала в яблочко, вернее сказать, в два яблочка. Ещё момент и она смогла выбраться из-под него, но кадет уже встал и направлялся к ней, слишком быстро он отошёл от удара, крепкий орешек. Тогда в бой вступила бутылка бренди, которая, как и ожидалось пригодилась в эту ночь, с треском стекло разбилось о голову, раня его осколками стекла, оставляя раны, которые перейдут в шрамы.       Невеллина больше не оглядывалась. Она бежала, прихватив первую попавшуюся одежду в квартире и натягивая по мере того, как приближалась к концу лестницы своего дома. Скрывалась блондинка так долго, насколько могло выдержать её тело. Адепт упала на колени где-то после нескольких улиц в парке, где уже играли дети рано утром. Этот рассвет она запомнит надолго: из-за своей дурости и подлости этой расы.

***

      Сейчас она была обезоружена. А он научился на своих ошибках. Они находились в каком-то ангаре, здесь было мрачно и сыро. Невада рассуждала, что М.Е.Х. не должны были слишком далеко её отвезти, кровь на коленке от падения ещё не запеклась до конца – значит вполне возможно, что светлая мысль о спасении могла существовать. Рэтчет вполне мог отследить их, конечно, если только они не включили какое-нибудь устройство, глушащее сигнал. Уильямс мало понимала в технике, но по умным физиономиям медика и Рафа, было ясно, что организация Лиланда имела большой прорыв в технологиях, которые они использовали. В таком случае, успеют ли автоботы найти её? Или уже будет некого искать…       Бишоп копался в это время где-то за спиной девушки, представлять, что он там сейчас достанет – было страшно, хотя, у неё была беспроигрышная карта на побег, заплатив определённую цену она могла спастись от позора или рискнуть, дождавшись команды Прайм, и суметь бок о бок пойти с ними в бой ещё до окончания войны хотя бы. В следующий момент всё это показалось сладкой мечтой, когда перед её лицом появился вполне большого размера отросток из штанин.       — Разомнись, это будет самая приятная часть программы на сегодня для тебя, – он стал водить по её сжатым губам своими гениталиям. Адепт пыталась отодвинуться назад, но чем больше она отдалялась, тем ближе становился этот мерзостный запах прелого тела. Плоть стала надавливать ей сквозь губы на зубы, казалось, что они начнут закручиваться внутрь, – я тебе непонятно дал приказ? – на этот раз обошлось без пощёчин, только хватка за волосы, в ходе которой потерялось пару прядей и звуков, пронёсшихся в темноту.       Терпеть больше не было сил, лучше она станет шарфом на ножках и будет опоясывать Прайма, чем подомнётся под него, но сомнения ещё оставались даже не для того, чтобы сохранить энергию, а ради задумки откусить ему эту вонючую конечность. Но думать долго не пришлось.       — Я сверну тебя в крендель и сам себе отсосешь, – мужчина в кожаной тёмной куртке с длинными красными волосами появился неожиданно и без звуков. Секунда – и Сайлас уже валялся с расстёгнутыми штанами на полу с помятым лицом, вторая – и сероволосый повторил удар младшей кирзовым ботинком по его яблочкам, – прости, мы задержались, – путы на запястьях спали вниз, но руки затекли настолько, что выход из нынешнего положения дался не сразу и с невыносимой болью. Девушка почувствовала, как тело снова возобновило кровоток, – будешь допинывать? – спросил мужчина в кожанке, на что получил отрицательный поворот головой от юной дамы, сейчас ей хотелось покинуть это место, – Рон, кончай с ним, быстрее! – тяжёлой рукой на спине он направил Уильямс к выходу.       — Пусть помучается подонок, – удар ногой последовал незамедлительно, а красный лишь показал палец вверх.       На выходе их ждал уже такой родной красно-синий тягач. Радость одолела боль и минутно затмила пережитый кошмар наяву, адепт, находясь под порывом эйфории и только почувствовав запах салона, захотела сказать то, что крутилось у неё в голове всё то время, пока она находилась в заточении, но голос, увы, не Оптимуса вывел её из состояния бредового счастья, спустив обратно к тяжким жизненным обстоятельствам.       — Прости, Невада, – у мужчины были красные глаза, что было так неестественно на земле, можно было бы подумать, что у него линзы, но младшая знала, что перед ней никто иной как адепт, – нам нужно многое обсудить, – последовал тяжёлый выдох, – позови нас, как будешь готова, обещаю, на этот раз тебе не придётся так долго ждать, – без прощания он захлопнул дверь грузовика и направился обратно к ангару.       — Рэтчет, нам нужен мост, Невада со мной, – потомок Праймуса двинулся с места, – Невада…       — Ничего, бывало и хуже, Оптимус, – провертев на языке его имя, ей стало приятно, – выполни мою просьбу, пожалуйста, – по привычке, девушка снова провела пальцами по рулю, ластясь к напарнику.       — Хорошо, – казалось, что он чувствовал вину, за что и адепту стало не очень удобно просить его о чём-либо.       — Расскажи, как ты их нашел, – страдальческое чувство быстро перевесило вину, Неваде срочно нужна была либо бутылка текилы, либо моральная разгрузка, – но лучше это сделать на тёплом берегу моря, хотя бы часок, казалось, что он снова откажет. Однако Прайм настоял сначала на осмотре врача, но получив твердый отказ и напоминание, что человеческий врач не особо эффективен, сдался в этом бою и пообещал сразу после того, как она придёт в себя, направить их на выбранные им координаты.       На базе их встретили встревоженные лица сокомандников. Арси, казалось, места себе не находила в их отсутствие. При этом все они принимали участие в погоне и поиски подруги, на что у адепта навернулась слеза. Ей хотелось расцеловать каждого, но свой сентиментальный порыв она сдержала.       — Арси, надеюсь, что мы как-нибудь повторим эту неудавшуюся поездку и без лишних компаньонов, – фемм присела на колено и улыбнулась, от этих слова ей, кажется, стало легче.       — Только после того, как агент Фоулер проверит местность, ну и конечно, если твой напарник не будет возражать, – они повернули голову на Оптимуса, который не то, чтобы был доволен от этой идеи, но и запрещать он не собирался, лишь слабо кивнул в знак одобрения.       Такое могло произойти с любым из их команды и неважно, кто это бы был: автобот, человек или адепт. Невада искренне радовалась, что на пути к безумному командиру М.Е.Х. угодила она, а не кто-либо другой, всё же её не убить и не сломать такими выходками. Уильямс повидала слишком много на своих веках и была физически гораздо устойчивее. Теперь оставалось надеяться на успешную операцию Фоулера, так как по возвращению детей они не могли допустить такой возможности риска для них.       Оптимус выполнил своё обещание, поэтому следующей ночью они уже сидели на одиноком белом песчаном пляже. Эти координаты он нашёл сам ещё в тот момент, когда его напарница впервые упомянула о своём желании, но воплотить идею в действие Прайм решил незамедлительно. Лидер автоботов в глубине души не просто пошёл на поводу своего обещания напарнице, он испугался, что может не успеть…       «Если ей не хватит сил, то она может больше не восстановит своё тело, потеряет рассудок после своего распада. Всё же, не думаю, что Невада сможет перегруппировать своё тело и уйти оттуда, всё-таки у неё большая дыра в знаниях адептов, молись своим богам, чтобы мы успели».       Слова Арвиля звучали у него в голове, поэтому ему ничего не оставалось делать, как следить за безопасностью напарницы тщательнее и выполнить своё обещание.       — Они появились внезапно и сказали, что знают, где ты находишься, а у нас не было иных путей, – Невада лежала на нём в одной футболке, скрывающей пока ещё сухой купальник. Его броня нагревалась под лучами Солнца, поэтому они перебрались в тень из-под огромного валуна, покрытого солью, его омывало приходящими волнами моря, – разговор наш был не долгим, мы сразу приступили к делу.       — Думаю, мне стоит с ними поговорить, нам так будет лучше, – синеволосая перевернулась на живот, лицом к лицу к напарнику, выводя замысловатые узоры пальцем на его броне, адепт посмотрела ему в окуляры, – я хочу чтобы такого зла как Лиланд Бишоп больше не существовало на Земле, я как представлю, что вместо меня… ох, Оптимус, я смогла это перенести так легко только потому, что в моей жизни уже был опыт такого и я не человек, представь, сколько невинных девушек пострадало от его рук…       Оптимус не успел ничего сказать, как синеволосая села на нём и сдернула себя футболку, хоть он и не разбирался в физиологии женского тела, но что-то было не совсем так, как обычно. С ней никогда не было так, как обычно, всегда на шаг новее и на тон выходя за предел.       — Я знаю, что ты не признаешь вреда невинным людям, но скажу тебе так, я чувствовала в нём столько порчи, что накостылять ему считается ровно так же, как сделать мир чуточку лучше, такие не меняются, Оптимус, у них сгнило нутро, – адепт покрутила на вытянутой руке футболку, как ковбои из фильмов лассо и выкинула её в сторону. Уильямс бы ещё хотелось спародировать наездника, но даже для неё эта шутка была слишком, – у нас не так много времени, не хочешь искупаться? Или ты боишься заржаветь? – её лицо растянулось в улыбке.       — Мы не заржавеем от контакта с соленой водой, но я бы предпочел остаться здесь, – его голос был расслабленнее, чем обычно и ей это нравилось. Адепт думала над своими словами, которые она ему хотела сказать, с каждым разом девушка становилась всё увереннее в них.       — Если я захлебнусь, то это будет на твоей совести, – синеволосая шагнула в воду и уверенно пошла вглубь, с берега ей донеслись слова предосторожности, но волны уже окутывали её бедра, – навыки пловца у меня присутствуют, можешь не переживать, я пошутила, что могу утонуть, – девушка засмеялась, падая в воду.       Её волосы быстро промокли и пропитались солью, тело стало расслабляться на контрасте с обжигающим телом напарника и остужающей её собственное лазурной водой. Прайм не сводил с неё взгляд, может быть, чтобы она не утонула, так как крайне сомневался в её умениях, а может и вовсе потому, что не мог оторвать взор. Об этом не знал даже он, да и незачем было ему думать об этом. У них всего пару часов на отдых, всего пару часов… друг на друга.