Тень

Первый раз, когда Питер замечает тень, он идёт домой один, потому что родители забыли забрать его из школы. Когда он прошёл черту города, уже было темно, а деревья не давали пробиться луне, как только он ступил на территорию Заповедника. Ему тогда было всего семь, но достаточно хорошо контролировал себя, чтобы пользоваться волчьим зрением во время прогулки. Тени справа двигались странно, и Питер не мог не остановиться, склонив голову и пытаясь сморгнуть слёзы. Ничего хорошего бы не произошло, если бы он устроил сцену перед семьей. Его отец ненавидел, когда Питер становился слишком эмоциональным, а мама была слишком занята Талией, чтобы обращать на него внимание. Тени остановились вместе с ним, скручиваясь и образуя форму, в которой не было ни капли света. Тень была ростом с Питера, и он гадал, было ли это его тенью, но, так как деревья блокировали весь свет, этого просто не могло быть. - Привет? – Сомневаясь, спросил Питер, протягивая руку в сторону тени. Его рука дрожала, но он сжал челюсти и упорно делал вид, что ему не страшно. Тень была мягкой под его прикосновением, и там определённо была некая форма. Питер отпрянул от страха, но тень повторила его движение. Это было странно. - Привет? – Не понимая, снова попробовал Питер. – Что ты? Тени приближались, и Питеру многого стоило не побежать. Чёрная форма провела по руке, ощупывая, будто ей тоже он был интересен. Питер перевернул руку, подавая ладонь, и тень спустилась чуть ниже, а затем он почувствовал ответное прикосновение. Он бы сказал, что это была обычная рука, но он был уверен в том, что видел: тень, окутанная дымчатыми завитками, почти щекочущими его. - Ты можешь говорить? – Спросил он снова, смотря туда, где, как ему казалось, была голова. Тень провела по его боку, и это прикосновение было почти вибрирующим, но вокруг него всё ещё была тишина. Питер нахмурился, заинтересованный в руке тени, но больше не был так напуган. - Всё хорошо. Нам не обязательно говорить, - решил Питер, глядя в сторону дома и сжимая руку тени. – Пройдёшься со мной? Тень оставалась близко, спокойно провожая его. Она не отошла от него, пока он не дошёл до поляны перед домом, залитой светом. - Спасибо за то, что проводил меня, - прошептал Питер ускользающей тени. Он улыбнулся, махая рукой. – Ещё увидимся.

***

Питер стал видеть тени везде, где он был. Они появлялись, когда вокруг была кромешная темнота, но он всегда мог почувствовать их прикосновения. Он копил на чёрные шторы, чтобы он мог видеться с тенью каждую ночь. Тени были весёлыми, игривыми, и Питеру нравилось проводить время со своим молчаливым другом. - Как тебя зовут? – Тихо пробормотал Питер, лежа в постели. Тени же были перед ним. Ему было комфортно с ними, когда их форма окутывала его ноги и прижималась к его лицу. Как обнимающий друг. Питер ткнул «лицо» и темнота, кажется, завибрировала, будто наполняя его статическим электричеством. Тени никогда не говорили, не издавали ни звука, но Питер привык к тишине своего друга. Но на следующее утро, включив свет, Питер уставился на корявую надпись на его доске: «Меня зовут Стайлз» Питер расплылся в улыбке, быстро стирая надпись с доски, чтобы родители не увидели ничего, когда зайдут проверить его сборы в школу. - Стайлз, - поприветствовал Питер своего друга, когда тот появился на следующую ночь. Тени обхватили его, приветственно обнимая, и мальчик улыбнулся, обнимая в ответ.

***

Питер не знал, каким существом был Стайлз или что тот делал днём, но его друг всегда приходил ночью и уходил до рассвета. Питеру теперь было пятнадцать, и ему нравилась темнота, следовавшая за его другом. Ему было всё равно на то, что семья не уделяла ему внимание, потому что у него не было на них времени. Он и Стайлз не спали, тихо играя. После этого Питер лежал в кровати с закрывающимися глазами, но отказывался лечь спать. Стайлз лежал возле него, поглаживая его лицо мягкими завитками теней и вызывая улыбку. Стайлз так сильно любил прикасаться к нему, но Питеру это даже нравилось. Комфортно закутавшись в тени, Питеру совсем не хотелось двигаться. Это была пятница, так что ему можно было поспать завтра допоздна. Он просто хотел провести ещё чуть-чуть времени со своим другом. Внезапно, дверь с грохотом раскрылась, и его отец включил главный свет. - Питер— Последовало ужасное шипение – единственный звук, что Питер когда-либо слышал от тени – и запах гари, и его руки опустели. Питер моргнул, в шоке, утопая в волнении за друга. - Ты слушаешь меня? – Кричал его отец, будто не слышал этот страшный звук. - Нет, - рыкнул Питер, наполняясь злостью. – Почему ты врываешься в мою комнату в два тридцать утра?! Глаза его отца сверкнули красным, и тот зарычал. Питер не мог не открыть горло перед Альфой, хотя его лицо было наполнено отвращением. - Осторожно, мальчик, - предупредил его отец. – Завтра тренировка, и я хочу, чтобы ты встал рано. - Тогда зачем будить меня, только чтобы сказать это? – Рявкнул Питер. Он хватал воздух, когда встретился лицом со стеной. Шокированный, он даже не почувствовал кровь на щеке. - Следи за своим тоном, - приказал ему отец. – Тебе лучше быть внизу к шести. Ты не хочешь, чтобы я пришёл будить тебя. Когда отец захлопнул за собой дверь, Питер встал, чтобы выключить свет. Осмотрев темноту комнаты, он снова начал волноваться. - Стайлз? – Сомневаясь, позвал он, но ответа не последовало. Питер не спал этой ночью. Спустившись вниз к пяти, он уставился на своего отца пустым лицом, когда тот спустился в 5:45. Его отец насмехался над ним, сидя за столом напротив и хлебая свой кофе. - Я передумал, - сказал он Питеру. – Но, раз ты уже встал, можешь заняться садом. - Сегодня очередь Талии. Его отец посмотрел на него, сузив глаза: - Ты уже встал, так что сделаешь что-то хорошее для своей сестры. - Я встал только из-за тебя, - зло рыкнул Питер. – Если тренировки не будет, я пойду спать, а Талия может заняться садом, потому что это её очередь. Его отец ударил рукой по столу. - Это не обсуждается. А теперь выметайся отсюда и займись чёртовым садом! – Его глаза сверкнули, делая слова приказом Альфы, и Питер почти опрокинул стул, вставая. Он пошёл и хотел хлопнуть дверью, но отец поймал её, оттягивая его за рубашку другой рукой. – Ты научишься уважать меня, мальчишка, или пожалеешь, - прошипел он ему на ухо. Затем он выпнул за дверь, скатывая по ступеньками. Питер ощущал растущую ненависть, хватая садовые ножницы.

***

Прошло почти две недели до того, как Питер снова увидел Стайлза. Он вяло просочился в его комнату, и Питер почувствовал слёзы в глазах. - Стайлз, - прошептал он, вытягивая руку. Тени окружили его, опуская голову на плечо Питера. Он обнял своего друга одной рукой, утыкаясь ему в шею, даже если он и не мог пометить его своим запахом. - Я так волновался, - цепляясь за фигуру в его руках, сказал Питер. Тени прижались ещё ближе, и Питер засопел. Они не говорили этой ночью, просто обнимали друг друга. «Прости, что меня не было так долго. Отец не хотел, чтобы я возвращался, но я не послушался» Питер уставился на эти слова следующим утром, чувствуя боль в сердце. Почерк Стайлза становился лучше с годами, и он часто оставлял ему записки, которые Питер мог увидеть лишь утром. Особо разговаривать не получалось, но было приятно вести хоть какой-то диалог. Этой ночью Питер обнимал Стайлза ещё крепче. - Я съеду, - упёрто пообещал он. – Как только получится. И тебе всегда будут там рады, даже днём. Я могу жить в темноте, если ты будешь со мной. Стайлз завибрировал, и Питер улыбнулся. Утром на доске для него было ещё одно сообщение. «Тебе не придётся жить в темноте всегда. Я становлюсь сильнее.»

***

Питер брался за любую работу, где могли нанять ребёнка. Он приходил домой только спать. Он поставил замок в свою комнату и делал всё возможное, чтобы избегать отца. - Я твой Альфа! – прорычал его отец, когда Питер вернулся домой с работы в одну из ночей. Была уже почти полночь, но Питер давно перестал бояться темноты. Питер невпечатлённо посмотрел на отца, приподнимая бровь. - Ты будешь слушать меня! – Проорал его отец снова. Питер зло оскалился, когда отец бросил лампу в его сторону. Лампа разбилась, но Питер даже не моргнул. - Я съезжаю, - спокойно сказал Питер, чей голос сочился презрением. - Ничего подобного! - Ты не можешь остановить меня, - просто сказал Питер, направляясь наверх за собранной сумкой. Это случилось немного раньше, чем он планировал, но он не мог больше так жить. У него были деньги, да и он мог остаться на ночь у друга, а завтра решить, что делать дальше. - Вернись! – Отец погнался за ним по лестнице. У Питера было несколько важных вещей, которые он хотел сохранить и сложил, ожидая чего-то подобного. Перекинув сумку через плечо и проскользнув под рукой отца, он пошёл назад. - Я ухожу! Я ухожу из Стаи! – Крикнул Питер. - Ещё чего! Столкнув Питера с лестницы, его отец смотрел, как он приземлился и застонал от боли в сломанной ноге. - Ты думаешь, я позволю Омеге жить на моей территории? – Рявкнул его отец, спускаясь. Питер заметил движение сбоку и повернулся, увидев выглядывающую из кухни Талию. У неё в глазах были слёзы, и она дрожала от страха. Питер встретился с ней глазами, и она отвернулась, рыдая. - Иди нахер, - рыкнул Питер, наполняясь яростью. Опираясь на косяк, он едва смог открыть дверь, перед тем как отец ударил его в ногу, заставляя его упасть на землю. Гравий поцарапал его ладони и колени, но регенерация была сфокусирована на ноге. - Я лучше убью тебя, чем дам тебе уйти, - сказал его отец, наступая ему на ногу. Питер закричал, пытаясь оттолкнуть его здоровой ногой. Внезапно, тени зашевелились в саду, собираясь в единое целое: злее и больше, чем Питер когда-либо видел. - Стайлз, - выдохнул Питер. Свет от дома не был ярким, но казался достаточным, чтобы держать теней подальше. Тени остановились в своей ярости, и разъединились, открывая взгляду бледную кожу. Питер в удивлении смотрел, как гибкое, покрытое веснушками, как созвездиями, тело выходило из теней. Глаза мальчика были полностью чёрными, пустыми, и он смотрел на отца Питера с разъярённым выражением лица. Его отец провокационно зарычал, а мальчик поднял руку, и тени закружились от его безмолвного приказа. - Ты ему больше не навредишь, - заговорил мальчик, и Питер почувствовал вибрацию электричества в воздухе. Его отец был поглощён тенями, и никакая сила не могла бы помочь ему. Он кричал, а запах гари забивал нос Питера. - Стайлз? – Поражённо произнёс Питер. Стайлз улыбнулся, сверкая своими чёрными, как ночное небо, глазами. - Мой волк. Стайлз стал на колени рядом с ним и откинул его волосы, приподнимая лицо. Питер дрожал от электричества, пронизывающего его с каждым прикосновением. - Стайлз, - повторил Питер, убеждая себя, и подтянулся, чтобы обнять его. Стайлз уткнулся ему в плечо, и Питер не мог не сделать того же. Стайлз пах, как воздух перед штормом. Он пах электричеством и дикой природой. Питер чувствовал, как тени мягко окружали его, но не смог сдержать шипение, когда те прижались к его ноге. Стайлз нахмурился, отстраняясь и исследуя повреждения. - Питер? Питер поднял взгляд, увидев потерянную и заплаканную Талию. Его мать же стояла в проёме, выглядя шокированной. Глаза Талии сверкали отцовской искрой Альфы. Питер хмыкнул, признавая этот факт, но не чувствовал ни одной причины обнажить горло. Она стала Альфой, но не для него. - Кто этот человек? – Спросила Талия в ужасе, но с толикой любопытства. Никто не будет скучать по его отцу. Питер, может, и был его любимой мишенью, но точно не был единственным. - Я – Стайлз, - ответил мальчик, кидая на неё быстрый взгляд. Он направил тени к ноге Питера, глядя на него взволнованно. - Болит? – Тихо пробормотал Стайлз, приподнимая его лицо за подбородок. – Подожди чуть-чуть, скоро пройдёт. Питер не знал, на чём ему сфокусироваться, когда чувствовал исцеляющуюся ногу от электричества, прошедшего через ногу. - Что ты? – Не веря своим глазам, спросила Талия. Стайлз проигнорировал её, слегка нажимая на рану Питера, чтобы убедиться в том, что всё исцелилось. Он поднял взгляд на Питера, и тот подумал, что может видеть отражение звёзд в глазах Стайлза. Он потянулся к щеке парня, шокировано проводя пальцами по мягкой коже. - Так вот, что ты имел в виду под «становлюсь сильнее», - пробормотал Питер в осознании. - Я хотел быть с тобой и на свету, - улыбнулся он. Его зубы были слишком яркими, слишком острыми. Весь он кричал о силе, заставляющей Питера дрожать. - Что ты? – Повторила Талия, сверкая новыми Альфа глазами. Стайлз раздражённо взглянул на неё, и его глаза опустели. Талия отступила от этого взгляда, почти падая на свою мать. - Я – Пустота, - сказал Стайлз. – И Питер – моя пара. Ты мешаешь. Сердце Питера ускорилось от этого заявления, а глаза расширились. Стайлз посмотрел на него и ухмыльнулся, проводя пальцами по его лицу. - Ты не знал, мой дорогой волк? – Низко спросил он, проводя своими искрами по коже Питера. – Ты не знал, что принадлежишь мне? Питер вздрогнул, когда тени закружились вокруг них. - Я больше не дам никому обидеть тебя, - пообещал Стайлз, и тени скрыли их. - Питер? – Голос Талии позвал, но они были будто под водой. – Питер! Вскоре тени полностью окружили их, и он больше не слышал крики своей сестры. Стайлз улыбался, поглаживая его щеку. - Теперь будем лишь мы вдвоём. Глаза Питера сияли золотом беты в темноте, отражаясь от кожи Стайлза. Парень хмыкнул, вопросительно посмотрев на него: - Ну, что скажешь, Питер? Пройдёшься со мной? Питер засмеялся, растягивая губы в улыбке. Переплести пальцы со Стайлзом было обычным делом, так же как и прижаться нему. Он шёл с ним в темноту и не боялся.