Потерянное счастье

Время шло. Изуку рос и становился сильнее. Стремление стать героем было все больше и он уже не так часто обращал внимания на высказывания по типу "тебе никогда не стать героем". Лишь эти высказывания его не интересовали. Наступил тот момент, когда он поступил в среднюю школу. По-началу все было хорошо, но со временем обучения в новом заведении высказывания в его сторону стали преобретать более серьезный характер. Уже тогда его начала большая часть класса сравнивать с землёй, называть никчемным и ненавидеть его даже за существование. Парень терпел, старался не обращать внимания, но когда всем надоело унижать его словами, над ним начали издеваться по-другому. Кто ему в сменную обувь заклёпки положет, кто парту разрисует и испишет неприличными словами, кто на стул жвачку приклеит, а кто попытается порвать его книжки или тетради, чтобы жизнь медом не казалась. Но никогда до побоев не доходило. Все знали, что даже такими скудными, но противными действиями, они делают Мидории больно. Темноволосый лишь улыбался и даже не говорил ничего классному руководителю. В отличии от других, душа и сердце парнишки не были настолько прогнившими. Но время шло, издеваться становились все хуже, сердцу было все больнее и психика парнишки начала медленно ломаться. Можно было сказать, что все его ненавистники уже были близки к той точке, пику, во время которого Изуку бы уже не смог себя контролировать. Стал бы совершенно другим. И вот однажды, когда был довольно таки важный праздник, день, во время которого все должны были обмениваться комплиментами, шоколадом или же валентинками, над Изуку даже не побоялись насмехаться. Ему дарили открытки, с виду такие милые, но внутрии они были наполнены некрасивыми высказываниями, которые начинали с каждым разом всё сильнее и сильнее задевать школьника. Казалось, этот день ничего не сможет испортить ещё больше, чем эти неприятные записки. Но нет. Парню, неизвестная ему девочка, подарила красивую открыточку и шоколад, который с виду был давольно таки милым подарочком и уж опасности не источал. В открытке той, на удивление Изуку, не было неприличных слов или чего похуже, там было лишь приглашение на школьный двор, после этого урока. Изуку возрадовался такой неожиданности, неужели кто-то ещё к нему нормально относится? Да ещё и девочка? Кажется жизнь стала частично налаживаться. Вот и закончился урок, после которого должна была состояться очень интересная встреча. Изуку был рад и всех это бесило. Да как он, такое ничтожество, может быть настолько рад? Слышались смешки, кто-то о чем-то шептался. Кажется над мальчишкой вновь решили подшутить за столь довольный вид. Мидория медленно вышел из класса и пошел на задний двор. Придя, он пробыл там минут пять. Пока темноволосый стоял там, он медленно поедал сладкий шоколад. Было довольно таки прохладно находиться в тени здания, но и с места уходить на хотелось. Вдруг в глазах помутнело. Изуку упал на колени, а после и отключился. Он пробыл во сне примерно часика пол, как вдруг его кто-то разбудил, сильно ударив по лицу рукой. Изу был напуган. Он находился в довольно таки темном и холодном помещении. Казалось , что все пока нормально, но вдруг во тьме он заметил до боли знакомые, ужасающие, наполненные ненавистью, злостью и желанием убить, алые глаза. Изу сразу понял, что в руки попал он не обычного задиры, а в руки того, кто ненавидел его всем чертвым сердцем. Это оказался Бакугоу. В этом помещении были только они оба, в темноте светились алые глаза и слабо светились тусклые, от страха, изумрудные глаза парня. Блондин включил свет. Взгляду темноволосого парнишки пал высокий парень, которого не было на протяжении нескольких лет. Облачен он был в школьную форму, а значит, его совсем недавно перевели в эту школу. Кажется, узнав, что здесь учится беспричудный Дэку, он сразу же решил навестить его самым первым и устроить небольшой сюрприз, который был организован через одну милую девочку, которая с радостью помогла любому красивому, по ее мнению, парню. --Ты что, уже успел забыть меня, Чертов задрот?-- С усмешкой и неприятным тоном проговрил он. --А хотяяяяяя..-- Сладко протянул блондин. --По твоей жалкой реакции сразу можно понять, что ты все также помнишь меня. Ну как, рад вновь получить от меня, уродец? Наверное заждался? Неужели жизнь стала так хороша , что ты смог повестись на милую улыбку той маленькой девчушки? Как это тупо и мерзко.-- Интонация Кач-чана менялась крайне резко и странно. То сначала он говорил с слабой печалью и кажется неким состраданием, то вдруг, последние слова, сорвались с его губ с некой насмешкой и ещё большей яростью смешанной с отвращением. -К-кач-ч-чан...прошу..не надо, я же ничего н-не с-сделал...п-плохого.- Дрожащим голосом ответил парень. Того медленно окутывал животных страх. От блондина веяло такой опасной аурой, что хотелось просто убежать, скрыться в самом неизвестном кому-либо месте. Вдруг задира разразился смехом. Он смахнул с глаз невидимые слезы и наступил на руку веснушчатого. --Да какое право ты имеешь указывать мне , что делать, чертов задрот?!-- Вдруг прокричал тот и надавил на руку, будто желая сломать кости бедного Мидории. Кацуки не устраивало все в его жертве. Его голос, повадки, движения, даже взгляд и эти чёртовы веснушки. Его хотелось просто закопать, чтобы не видеть, не беситься и не наполняться адской злостью. Кацуки убрал ногу и присел возле того, взяв за лицо и рассматривая дрожащие глаза, из которых как и в детстве, лились слезы, которыми Изуку совсем скоро будет захлёбываться, испытывая невыносимую боль. Он отпустил того и поставил ногу на бок, положив Мидорию спиной на холодный пол. Казалось, Кацуки просто попытается его напугать, даже бить не будет, но нет. Блондин резко ударил его в живот ногой и надавил на него, почти также сильно, как и на длинные пальцы Изу. Веснушчатый начал кашлять и сжал пальцами рукава пиджака. Кацуки продолжал его бить несмотря ни на что. Благо, он не пользовался своей довольно таки сильной Причудой. Он понимал, что смысла тратить силы на этого слабака нет. Поэтому блондин бил лишь ногами, не желая даже пальцем прикосаться к этому парнишке. Очередной удар, но в этот раз по лицу. Мидория уже весь дрожал, тело было покрыто синяками, ссадинами, ранами, оно все болело, болело так, словно над парнем поиздевался не один задира, а сразу несколько. Медленно избивая его, не щадя никаких сил. Бакугоу находил в этом лишь забаву. Было приятно лицезреть всю эту боль на лице этого бедного мальчика, который с самого рождения был обречён на такое отношение к себе. Вскоре Кач-чану уже надоели все эти забавы. Он наступил вновь тому на руку и что-то грозно прорычал, а после вышел из этого помещения и направился куда-то , оставив Изуку лежать на полу и содрагаться из-за невыносимой боли, попутно захлебываясь слезами. В голове был звон и казалось, что рядом кто-то есть. Кажется, эта последняя капля терпения и сдержанности Изуку. Парень уже понимал, что ему тяжело, что он чувствует себя как-то не так. Все вокруг выгялдел опасно и он был словно паранойиком. Он медленно поднялся на ноги и, несмотря на невыносимую боль отправился к себе домой, даже не заходя за учебниками и рюкзаком. Он знал, что скажет маме. Знал, что нужно сказать насчёт его психического состояния...знал...что это его пик. Пришло время, когда Мидория был окончательно сломан.