Бей прямо в сердце

Больно. Адски больно. Огнестрел, сука, не шутки! Я лишь сказала, что он мразь и убила бы его! Сам же правду хотел. А теперь мне приходится стоять тут, перед этим уродом, и скрипеть зубами от боли в правом бедре. Главное, не свалиться на колени. Терпи Викки, терпи. Хрен он увидит твою слабость. Хэ Чэн. Урод, проверить меня решил? А вот хрен тебе, мудила, в эту игру я не проиграю.

***

Предчувствие недоброе. Стою в охренительно-дорогом красном платье

перед зеркалом. Разрез до самого основания бедра — папа не теряет надежды на внуков. Перчатки. Волосы собраны в прическу, а красные пряди даже сочетаются с платьем. Перевожу взгляд на туфли с огромным каблуком… — Да, папа, я — гном, что поделать?! — закатив глаза, побрела к гардеробу, там вроде были красные балетки. Вот знаете, кто такие лепреконы? Так вот. Я — неправильный лепрекон в красном. У меня, как мечтает любой маленький и стрёмненький гном, имеется горшочек золота — целая комната, отделанная под гардероб －, но мне не интересен. Кстати, регулярно пополняется платьями, юбками, украшениями и разными сумочками и часиками. Стразы, пайетки, бабочки, цветочки － отец явно думает, что у него растёт феечка Винкс. Только вот я бракованная — вся моя используемая одежда умещается на кресле около кровати. А ещё, я не исполняю желаний. С самого детства иду наперекор отцу, мечтающему о доче-принцессе — спортивные костюмы, кроссовки и лексикон, как у отматавшего несколько сроков зека. Сколько помню себя － занималась разными видами единоборств, постоянные соревнования и, как следствие, синяки по всему телу. Как-то раз, даже пришлось с фингалом идти на важную встречу отца по бизнесу. Он тогда выкрутился, сказав, что я защитила его от напавшего грабителя, чем вызвал не меньший шок у своего партнера. Позднее, не без моего косяка, я перевелась в другую школу и это не была девчачья гимназия, как хотел отец. Не, там не было смешанного обучения, но папа долго отпирался от моего выбора. Отвязная Частная Старшая школа — школа для бойцов. Девушки, закончившие её с отличием, выходили на профессиональный ринг или становились высококвалифицированными телохранителями. Не оправившись от поражения в прошлом, в этом году я отказалась элитного бойцовского чемпионата старших школ － «Лиги Отвязной». Ну, и в виду того, что отец решил «влить меня в семейный бизнес». Плюс, следующий год обучения последний и восемнадцатилетние не за горами － в общем, не до тренировок. — Ты готова? — вырвал из размышлений голос отца. Я надела балетки и вышла из комнаты.

***

Как обычно, на подобных вечерах, я сидела у бара и попивала содовую. К счастью, мой папá не таскал меня за собой и всё шло гладко до самого глубокого вечера. Гости уже почти разошлись, а родитель попивал рядом какой-то голубенький коктейль и что-то рассказывал, когда в главный зал ворвались ребятки в масках. Отец запаниковал, а я недолго думая, обрываю подол платья － теперь я лепрекон в офигенно удобном красном платье: — Так-то лучше. Хорошо, что не надела каблуки, — я повернулась к отцу, — пойдём. Нужно скорее выбираться отсюда. На пути мне попался какой-то дрищ в кепке и с пистолетом. Резким движением ноги выбила оружие, присела. Подсечка. Взяла ствол и рукоятью оглушила противника, пока тот не опомнился. Папа уже не офигевал от моих действий, а просто следовал сзади, подпинывая падающих «злодеев» и кричал вслед что-то вроде: «так тебе, гадёныш». Я улыбаюсь и открыто веселюсь — вне школы драться запрещено, и на ринг выходила давно. А тут такой повод — грех не позабавиться. От развлечения меня отвлёк громкий выстрел за спиной. Обернувшись, увидела упавшего отца. «Черт», — подумала я и начала стрелять папе за спину. Несколько выстрелов － два тела. Подошла к получившему огнестрельное куда-то в спину родителю, подняла его и, подхватив под плечо, помогла идти. Он был в сознании, по всей видимости, жизненно важные органы не задеты. «Ну, всё, пиздец», － с этими мыслями я, вместе с раненым, выскочила из черного входа наружу. На удивление тут никого не было и такси остановилось сразу, мы двинулись в ближайший госпиталь. Вид крови меня не пугал — на ринге это дело обыденное, но другое дело, когда это кровь твоего папы. А на панику не было времени и, по приезду, отца сразу отправили в реанимацию. Операция длилась вечность. Плюс ко всему, ни с одной карточки снять деньги не удалось, а работник банка услужливо сообщил по телефону, что все наши счета заморожены. Пиздец. Неужели придётся звонить Инги?! Она моя одноклассница и та, кто отнял у меня титул «Чемпионки Лиги Отвязной». Я ведь не общалась с Королевой с того самого матча, в котором я с треском проиграла ей. Но выбора не было. Она единственная, с кем я близко общалась, помимо Ли Мун-Ён, и у неё были деньги и власть. Много денег и власти. — Алло, Юн Инги? Это Сон Викки. Мне нужна твоя помощь.

***

«И как, блядь, этот человек обо всём пронюхивает так быстро?» — думаю, пока директор Отвязной отчитывает меня в своём кабинете за вчерашнюю выходку. — Двойное убийство － это не шутки! Мисс Сон, Вы хоть понимаете, что именно произошло?! Единственное, что Вас спасло － отсутствие отпечатков. Ещё и Вашего отца подставили. Его бизнес прогорел, а все счета заморожены до выяснения обстоятельств. Мисс Юн сообщила мне о ситуации. «Охрененно», — думаю, — «эта сучка уже всё успела слить». — Я могу помочь, мисс Сон. Одному влиятельному человеку нужен телохранитель. Вы сможете таким образом заработать немаленькие деньги за время летних каникул и помочь отцу. Ограничение на бои, естественно, снимается. Уху! Хоть какая-то хорошая новость. Впереди отпадные каникулы! — Его имя Хэ Чэн. Чтоооо??? Нет. Хэ, мать его, Чэн? Это как включить в душе приятную тёплую воду, дать офигенно пахнущий шампунь, а потом, как ёбнуть кипяченым дермецом! Вот и я стою, обтекаю. Но приходится быстро прийти в себя. — Вы смеётесь? Да этот ублюдок сам себе охрана! Я могу только гильотину для него подготовить. Ну, намыть там, наточить! — специально сделав акцент на последнем слове, протестую я. — Не выражайтесь, мисс Сон! Другие способы для Вас неприемлемы. Чёрт, а я только подумала, что всё наладится.

***

Пока ехала в машине, вспоминала последнюю встречу с этим Хэ. Он «крупно опрокинул» моего отца на деньги. А когда я попыталась «отомстить» － получила нехилых люлей. Он и Королева — люди, до которых по силе мне не дотянуться. Чёрт! А теперь мне придется его защищать? Да его бизнес явно не чист, не удивлюсь, если там замешаны наркотики или что-то подобное. Наверняка, желающих свернуть ему шею ооочень много. Двухэтажное обшарпанное здание на окраине города. «Впечатляет», － с сарказмом думаю, приняв во внимание, что это явно не офис. Помещения темные. Воздух влажный. А когда здоровый амбал с татухой на руке завёл меня в нужную комнату, мне открылся прекрасный вид: Хэ Чэн собственной персоной, сидящий на стуле, сложив руки на груди. Серые классические брюки, чёрная футболка, убранные назад волосы. Словно с обложки журнала. Красавчик. Я бы клюнула, если бы не знала, какой он козёл. Поэтому я только сплюнула и насмешливо, задрав нос выше Эвереста, сказала: — Ха! Пижон! — усмехнулась, глядя на него, а затем перевела взгляд на чувака, что стоял на коленях перед Хэ, ожидающий приговора.– Неугодный? — кивком указала на бедолагу. — А что не в юбке? В прошлый раз прям в платье кинулась на меня, — окинул взглядом мой «прикид Умы Турман», и явно не оценив мой любимый желтый спортивный костюм, продолжил, － убей его. — Указал на урода, истекающего слюной и соплями, стоящего, все так же, на коленях перед Хэ, но смотрящего уже на меня. Фу. Противно. Подождите-ка… Что? Что, блядь? Убить?! Да вы, сука, издеваетесь. То есть мне сейчас нужно пальнуть в безоружного человека? Нет, у чувака на лице прям красным мигает «мразь», но лично мне ничего плохого он не делал. Что ж… Нет времени самой себе мозг выносить. Я подошла к амбалу, протянувшему мне оружие. Взяла предложенный Вальтер. Сняла с предохранителя и направила дуло… Прямо в сторону Чэна. — Не боишься, что тебя застрелю? — говорю с покер фейсом, а внутри всю трясёт. «Хьюстон. Хьюстон. У нас проблемы», — говорит мой собственный мозг и пакует вещички. А хули мне? Отец, в больнице при смерти, мамы давно уже с нами нет, а я в большем дерьме в жизни не была. Вне этих стен — директор, прикрывший меня от двойного убийства, совершённого вчера вечером, а внутри — Хэ Чен предлагающий совершить ещё одно. И выбор у меня явно не велик: его шавки, уже с трёх сторон, направили на меня свои стволы. — Опустите оружие. — Скомандовал Хэ. — Убей его, че ты медлишь? — дёрнулся ко мне червь, стоявший на коленях справа от меня. — Стреляй, трусиха. Действительно. Какого хрена я мнусь? Недолго думая, опустила руку с оружием к голове парня. В упор. И нажала на курок, не сводя глаз с Чэна. Проверяешь, сволочь? Думал, откажусь? Грузное тело упало рядом со мной. Кровь потекла по полу. Я посмотрела в сторону трупа и закрыла глаза. «Прости парень». И снова открыла. Лицезреть истекающее кровью тело на ринге доводилось. Но не убить безоружного человека, которого ты видишь впервые. В голове до сих пор шум, то ли от выстрела, то ли от ситуации в целом. Не знаю. Я подошла к Чэну и протянула ему Вальтер, который только что стал орудием убийства. — А в меня бы смогла выстрелить? — ехидно улыбаясь, спросил он и забрал ствол. — Выстрелить в мразь, которая руками девушки совершила грязное убийство? Дайте-ка подумаю, — я приблизила своё лицо к нему, стараясь показать максимум отвращения, — да без б! В следующее мгновение Вальтер дулом смотрел в моё правое бедро. Выстрел. Да, я с головой, наверное, совсем не дружу. Хотя, нет. Не наверное, а совершенно точно. Ебанутая! Сначала лёгкое жжение, спустя секунд десять — боль, при чем такая, что ни словами описать, ни в сказке сказать, ни матом сформулировать. Она разрастается по всей ноге и отдает в правый бок. Стоять на ноге невозможно и я, стараясь сделать это незаметно － долбанная гордость － перевела вес своего тела на левую. Хотя, если быть честной, хочется сесть, прижаться к ране руками и взвыть. Но нельзя, передо мной хищник и он в ожидании — упасть, значит умереть. А я ещё пожить хочу. — Звиняй, была неправа, — сказанные мной слова вызвали улыбку на лице Чэна. Ага, щас тебе! Мысленно показываю ему комбинацию из пальцев с эпичным средним пальцем выставленным вверх, — об такого мудилу пачкать руки не стоит. В миг, красавчик оказался возле меня. Схватил за волосы и с силой опрокинул назад мою голову, чтоб он мог особо не нагинаться, а я могла видеть его. Ну точно. Мудак. — Выбора нет, малышка. Либо тюрьма. Либо, под статусом моей девушки, не отходишь от меня ни на шаг. Твои способности не вызывают сомнений — три года «Победительница Лиги Отвязной». Ну, и кто ж учил? Я, в свою очередь, даю тебе жильё, оплачиваю лечение отца и помогаю разобраться с подставой… — Ты что-то знаешь, твааарь! — не дослушав и сморщившись от боли, прошипела я. — Нет. Я сказал помогу, дура! — дернув меня за волосы, приблизился к уху и прошептал, — но твоя дерзость мне по душе. Всегда была. — Повернулся в сторону перекаченного амбала с платиновыми волосами и татухой, что притащил меня в этот «рай для психов», в который я, кстати, охуеть как гармонично, вписалась, — Би, отправь ко мне врача. Остальные, уберите тело и покиньте помещение. — Понял. — Отчеканил здоровяк, взял в руки телефон и вышел. Остальные тоже последовали приказу. Как только мы остались наедине, Хэ принялся снимать футболку. Ааа. Его тело прекрасно: четко очерченные рельефы мышц, широкие плечи, пресс и, о, эти косые мышцы живота, уходящие прямиком в… кхм… — Можешь не хвастаться, я на ринге видела и покруче. — Стараясь делать непринужденный вид, я откровенно пялилась на его тело и уже подпрыгивала на левой уставшей ноге, вторая до сих пор адски горела и болела одновременно, истекая кровью и пачкая желтенькие спортивки. — Рану нужно перетянуть, идиотка. — Как только он потянулся ко мне, я сразу же оттолкнула руку с футболкой и принялась расстегивать ремень на брюках. — Прямо тут? А как же кровотечение? — улыбаясь во все тридцать два, говорил он. Я же, сняв ремень, принялась перетягивать им ногу и, ехидно улыбаясь, взглянула на него: — Майку то накинь, у меня нет денег тебе на лечение, дорогой бойфренд. Чэн хмыкнул, но футболку надел. Потянулся, видимо, взять меня на руки, но я то не принцесска. Мун-Ён, Чемпионка страны по боксу и моя подруга по совместительству, и та засмеяла бы меня, потому что на руку я ему всё-таки повисла. И, стараясь не наступать на правую ногу, поковыляла к выходу с новоиспеченным боссом и псевдо парнем. Интересно, а Мун-Ён получала хоть раз подобные ранения? Блин, нашла о чем думать в такой момент.

***

Очнулась я уже в постели. Мягкая такая, вкусно пахнет свежим бельём, повернулась на бок, зарылась в подушки. «Ну и приснится же», — подумала я и наткнулась на широкую спину, лежащую на другой половине кровати. — Фак! Какого чёрта, Хэ Чэн?! Я, ёб твою мать и всё генеалогическое древо, тебя спрашиваю! — истерила я, пиная его здоровой ногой. Вторая, кстати, почти не болела и была перевязана. — Какая же ты громкая. Что не так? — с недовольным лицом повернулся он. — Какого чёрта тут происходит? Почему я… с тобой? Да ещё и одной постели? — Ты одета, идиотка. Ничего не было. — Всё равно! — сложила руки на груди и отвернула обиженно голову. Я уже поняла, что вела себя сейчас неадекватно, но отступать — это не про меня. — Можешь идти спать на пол, — недовольно ворчал он. Я резко бухнулась на подушки, по пути ударившись о спинку кровати. «Ай!», — шёпотом произнесла я, почухивая место удара и спустилась на подушки. Сбоку раздался тихий смешок. — Спи уже. Я ничего тебе не сделаю, — тихо произнёс Чэн, накинул на меня одеяло и… обнял?! Я боялась пошевелиться. Но мне не было неудобно или мерзко. Наоборот. Его объятия были властными и ласковыми одновременно и это, чёрт возьми, было так приятно. Перед тем, как заснуть, я вспоминала те времена, когда я ещё не ненавидела его. Его и мой отец были партнерами по бизнесу. Когда я только перевелась в Отвязную, Чэн с Тянем частенько бывали у нас дома. Младший вечно играл с нашей собакой, а старший учил меня драться. В то время, он часто обнимал меня, под предлогом нового движения. До сих пор помню его тепло. Такое же окутывающее, как и сейчас. Я, конечно же, в шутку говорила, что стану его женой и буду защищать его. Но так было до того, как Хэ старший передал часть бизнеса Чэну. Последний обманул моего отца, а когда я пришла к нему, пытался вышвырнуть ничего не объяснив. Хэ Чэн стал моим врагом. Верно. Он предатель. И я отодвинулась от него. Заснула я уже в холоде одиночества края постели, на которой спал ОН — мужчина, которого я когда-то любила.