Шава моего сердца

Вечерняя прогулка была лучшим занятием, на которое был способен Славик. Редкие моменты, когда он не тусил со своей гоп-компанией и не бухал, никого не задирая и не отжимая мобилки и прочее, можно было смело назвать «вечер добрых услуг на благо человечества». Славик шел по улице не спеша, вразвалочку, и думал о том, чем бы ему сейчас заняться. Было скучно. Пацаны куда-то ушерстили, пока он отсыпался после предыдущего гуляния, и это было стремно. Даже позвать забыли. Но, не отчаявшись и не теряя возможности хоть чем-нибудь себя развлечь, Славик искал хоть каких-нибудь приключений, чтобы не подохнуть от скуки. Он запустил руки в карманы своих спортивок и что-то нащупал. Хмыкнув, он извлек оттуда пятьсот рублей и расплылся в улыбке. Это были деньги, которые он с компашкой отжал вчера ночью у какого-то хмурого пацана. Пацан был… ничо такой. Симпатичный, вполне во вкусе Славика. Петушиная стрижка черных волос была скинута на бок и зачесана, темные мешки под глазами смотрелись так, будто бы он подводит их сверху какой-то херней, а излишняя худоба всегда нравилась гопнику, так он чувствовал свое превосходство над партнером в плане фигуры, ведь сам он был подкаченным. В общем, полный типаж Славки, даже слюни побежали. Правда, при пацанах он озвучивать это, конечно же, не стал. Но по причинам того, что он понравился Славику и даже как-то заинтересованно на него посмотрел, отпиздить его не дал, отшучиваясь и жадно впитывая очертания лица и фигуры. Выглядел он откровенным пидорасом, в отличие от латентного Славы, который скрывался по понятным причинам — пидором стал, район потерял, да еще и пизды регулярно приходилось бы получать. Видал он таких. Плохо кончили. Самому такой участи не хотелось. Так вот, обшарив парнишку со всех сторон, чем занимался Славик и никто другой, он пролазил все его тело раз двадцать, не меньше, и столько же раз проверял задние карманы штанов, что было самым интересным. Все, что было у парня: деньги, смарт, гондоны и плеер — благополучно отжали и поделили на троих. Славик, как самый борзый, отжал пятишку из пары тысяч и смарт. Было интересно, с кем переписывался этот пидор, а так же прочекать про него инфу. А в том, что он был петухом, Славик не сомневался. Норм пацан так выглядеть не может. Хотя… В случае с самим Славой, это еще спорный вопрос. Гопник хотел еще спросить номер телефона, но вспомнил, что отжал смарт и решил — не судьба. Ну что поделать? Хотя бы крупицы инфы будут, и найти парня, скорее всего, получится. Вернувшись домой глубоко за полночь, он сразу же полез в смарт. Пароля не было, что не могло не радовать. На заставке был перевернутый белый крест на черном фоне. Не обратив на это внимания, Славик первым же делом полез в соцсети. Ничего особенного кроме желания помереть, он не увидел ни в «Твиттере», ни в «Инсте», вообще нигде. Это настораживало. Зато теперь он примерно знал (но это не точно), что парня зовут Влад, а еще удалось выяснить, что Влад жил через пару домов от Славика, благополучно найдя адрес в сообщениях с каким-то Григорием. А вот в галерее было немало фотографий, причем некоторые были довольно откровенные и показывали полуголый торс с выпирающими ребрами и сутулыми плечами. Пришлось дрочить. «Интересно, — подумал Славик, — кому это он шлет подобные фотки? Бесит!» — в таком ключе и прошла вся ночь, и он уснул только под утро, благополучно все просрав. Думая о вчерашнем парне, Славик решил сходить за шавой, а после пойти караулить Влада, если его, конечно, так зовут. Шавучная как раз была недалеко. И вот, когда пройти осталось метров двадцать, Славка увидел ее… Шаву своего сердца! Огромная, не меньше двух метров, она ходила из стороны в сторону и раздавала листовки. «Вот бы сожрать такую», — все, что пришло ему на ум. Славка остановился и услышал музыку, играющую из шавучной. Я остаюсь верен себе, Пусть иногда бываю грубым. Я не боюсь быть в тишине, Быть незаметным и ненужным. Медленно приближаясь к своей мечте, Слава затаил дыхание и лыбился, как идиот. В момент, когда до шавы оставалось всего лишь пара шагов, она развернулась. Из желтого костюма с элементами помидора, листа салата, капусты и прочего, торчало лицо, которое, наверное, символизировало мясо в данной композиции. Но это лицо было именно тем, которое Славка хотел увидеть. Это была комбо-идеальная шава его сердца! — О, ты тот, вчерашний, — безразличным голосом сказала шава и подкрепила свой голос безэмоциональным выражением лица, но в глазах появился заинтересованный блеск, что не осталось без внимания. — Да, вчерашний, — сказал Славик, завороженно смотря на парня в шаве. Это казалось мечтой. Даже в каком-то смысле, это можно было бы использовать в форме секс-игр «Шава и ее пожиратель». Да, Славик бы в такую поиграл. Измазав всего парня в соусе для шавы и вылизав. Можно было бы и с него пожрать, и косточки погрызть… — На, — Влад протянул Славику купон со скидкой на шаву, — пожри. — Ага, — Славику казалось, что он проглотил язык. В голове был целый рой мыслей, которые терялись на языке и не хотели изливаться даже в нечленораздельные звуки. Он молча взял купон и направился в шавучную в каком-то контужено-счастливом состоянии. В голове то и дело отдавались слова из динамиков: Времена идут, а я не тороплюсь, Коротая дни у подножья ночи. Если кто-то, вдруг, твой выключил звук, Посмотри в глаза и сделай громче! Сделай громче! Сделай громче! Сделай громче! Пусть запомнят звук! Сделай громче! Сделай громче! Сделай громче! Никого вокруг! Заказав шаву жестами, Славик приземлился возле окна и наблюдал за своей мечтой. В голове ясно и четко билась мысль: «Хочу эту шаву. Мне нужен этот парень». Гопник пошел забирать свой заказ и решил уточнить, когда «Шава» заканчивает работать. Как оказалось, через час. Вернувшись на пункт наблюдения, он не сводил глаз с Влада и думал, как бы его притащить к себе и сделать атата. Почему именно атата — Слава не ебал. Но это казалось именно тем словом, которое он хотел. Можно было бы поступить как пещерному человеку: схватил шаву, перекинул на плечо и понес восвояси. Хотя, другого метода Слава не знал, а импровизация не его конек. Шаурма оказалась безвкусной, и он ел чисто на автомате. Вдруг к Владу подошел парень, и они о чем-то разговорились. Его очертания казались смутно знакомыми, и Слава вспомнил, что это тот самый Григорий. Как он его узнал? Посмотрел фотки. Такое себе волосатое чмо, похожее на тарантула с помесью мохнатой ветоши и волос с расчески его мамы. Его появление взбесило, и, посмотрев на время — оставалось пятнадцать минут до конца работы Влада, — Славик подскочил, оставив недоеденную шаурму, и вышел на улицу, хватая шаву своего сердца за руку и не обращая на матерки со стороны «мохнатки», как про себя прозвал Григория Слава, потащил парня в сторону своего логова. Все. Терпение лопнуло. — Э, але, долбоящер, — возмущался Влад с тем же лицом «мне похуй», — ты куда меня тащишь? — В пещеру, будем мини-шаву мутить, — хмыкнул Слава. — Ты совсем что ли шифером уехал? — теперь Влад был удивлен. Такой хуйни он в своей жизни еще не слышал. Всякое бывало, но вот мини-шаву его мутить еще не звали. — Уехал, тебя в костюме увидел, и поебошила крыша в дальние дали, — заводя Влада в квартиру, Слава проверил, есть ли кто дома. Оказалось — никого. Идеально. — Я ведь тоже тебе понравился. — Ну, допустим, — хмыкнул Влад, складывая руки на груди. — Но это не отменяет того факта, что ты вчера у меня все отжал. — Че отжал — я все прощаю, — Слава начал подходить к Владу походкой крадущегося тигра, который вот-вот бросится на свою жертву и уже не выпустит — сожрет. Влад поджал губы и слегка скривил их в усмешке. Русый, щербатый гопник был отличным вариантом для развлечения. По меркам Влада он был очень красив. В отличие от самого парня, который был специфическим и ни рыба ни мясо. Ну, так казалось ему до тех пор, пока он не увидел горящие желанием глаза Славика. Тут уже шифер поехал и у самого Влада. Помахал ручкой и съебался в далекие дали, только его и видели. Не став ждать никаких действий, Влад начал стягивать с себя этот ужасный костюм шавы, в котором было пиздецки жарко. Славик словно вырос рядом за секунду и решил помочь освободиться от оков, которые вряд ли еще сегодня пригодятся. Как только шава была снята, взгляды парней встретились. У обоих в глазах плескалось желание и, не устояв, они в одно мгновение потянулись друг к другу, касаясь губ. Сначала поцелуй был осторожным, постепенно перерастая во что-то невообразимое. Горячие, влажные языки переплетались в непонятном танце и борьбе за инициативу. В момент, когда Славик укусил Влада, тот понял, кто в их сегодняшнем тандеме лидер и даже не расстроился. Славик дернул Влада за пояс штанов и потянул в комнату, следом усаживаясь на кровать и сажая парня сверху на себя. Вещи беспорядочно летели в разные стороны, но парни не обращали на это внимания, не отвлекаясь друг от друга ни на секунду, и старались прижать партнера ближе. Слава целовал шею, плечи, ключицы Влада, покусывал острые и выпирающие косточки, оставляя полукруглые отметины от зубов на бледной коже, сопровождая периодическими засосами. Таким образом он пытался заявить свои права на парня, которого видел второй раз в жизни, но от которого рвануло тормоза, чего не было никогда. Влад же, в свою очередь, не хотел оставаться в долгу и царапал спину и плечи Славы своими черными ногтями, которые были слегка длинными. Он впивался ими и раздирал кожу до крови, наслаждаясь мурашками на теле парня и крепкими руками, которые с силой сжимали его, стараясь не выпускать ни на мгновение. Поцелуи становились жарче, и Слава потянулся под матрас, доставая смазку и презервативы. Заметив это, Влад усмехнулся в поцелуй. Ему хотелось этого не меньше, чем самому гопнику. Он привстал на коленях, позволяя Славику приспустить свои штаны вместе с бельем и быстро снять их, возвращаясь в исходное положение. Через секунду во Влада проникли сразу два смазанных пальца, от чего он шикнул и сильнее вцепился в широкие плечи Славы, остервенело целуя парня в губы. Пальцы внутри двигались резко, грубо и желанно. Влад привстал и, после того, как после двух и третий палец двигался свободно, повалил Славу на спину. Высвободив из спортивок и боксеров колом стоящий член Славы, он быстро натянул на него презерватив, следом резко насадился, причиняя себе боль, но получая долгожданное ощущение заполненности. Славик улыбнулся. Такая активность парня его порадовала и он, с силой сжав бедра, приподнял Влада и резко опустил, одновременно с этим вскидывая таз и толкаясь на встречу. Влад охнул и наклонился, ища губы Славы и кусая их до крови, благодаря за эти действия. Их секс получался странным. Диким и жестким. Однако, непонятно почему, оба хотели именно такого. Резкого и болезненного. Такого, который бывает раз в пятилетку, если не больше. Славик продолжал вскидывать таз, а Влад резко и нетерпеливо насаживаться, вызывая хриплое рычание партнера, постанывая в такт движениям. По лицу у обоих стекали солоноватые капельки пота, а тела покрывались испариной, но это только заводило сильнее. Грубые толчки становились настолько сильными, насколько вообще могли быть, и Влад почувствовал приближающийся оргазм. Славик заметил, как у Влада в немом крике приоткрывался рот, делая его губы более соблазнительными. Он опустил руку на член парня, грубо сжимая, а после лаская в такт движениям. Постепенно внутри Влада становилось все жарче. Стенки стали сокращаться, сжимая сильнее, а дыхание становилось поверхностным и Влад, громко крикнув, выстрелил вязкой струей, пачкая живот Славы. Сам же Славик двигался во Владе еще с минуту и кончил с гортанным рыком. Влад, после таких бурных скачек, буквально рухнул на грудь Славика и тяжело дышал. Гопник поглаживал спину Влада, пересчитывая позвонки и ребра, рисуя одному ему известные незамысловатые узоры. — В следующий раз будут ролевые игры. Ты, — Славик поцеловал Влада в макушку, — будешь шавой моего сердца, а я буду тебя есть. — Хорошо, тогда после этого ты, — погладив грудь Славика и поцеловав грудину, ответил Влад, — будешь жертвой, а я воздам тебя во славу Сатане! Так и началась история отношений двух парней из разных субкультур, которую приходилось тщательно скрывать от братвы и «мохнаток», как впоследствии Слава называл всех друзей Влада. Но главное, что им нравилось быть шавой сердца и жертвой Сатаны.