Pain demands to be felt

Слеза побежала по белёсой коже, оставляя еле заметные следы сырости, поблескивающие на свете полой Луны. На глазницах, наверное, появились алые сгустки, больше напоминающие паутинку, после долгих ночей, проведённых в истерике. Все подушки давно уже были мокрыми. Буквально ежечасно они намокали, вновь высыхая через некоторое время. Алёне всё это надоело. Надоело смотреть за тем, как слеза падает с глаза, разбиваясь вдребезги на подушке, после чего впитываясь в решётки нитей тёмно- фиолетового цвета, переплетающихся с нитями розовато- серого цвета. Надоело рыдать часами напролёт. Ей надоело быть одинокой. Сегодня её день, но Соколову ничего не радует: ни поздравления, которые  "влетают" с невероятной скоростью ей на телефон, слово птицы, пытающиеся скрыться от внезапного дождя, ни цветы, принесённые курьером с запиской внутри: "С днём рождения, подруга! Не унывай:)". "Даша",- промелькнуло у неё в голове. Безусловно, девушка была рада тому, что Шишкова не забыла о ней в этот день, но сейчас Алёне хотелось лишь тишины и покоя. Она ничего не ждала. Нет. Но в глубине души надеялась на то, что тот человек, которого она так обожала, боготворила, не забыл о ней. И вот, ключи в дверном отверстии повернулись. Дверь открылась и кто- то зашёл в квартиру, крадясь на цыпочках, будто боясь разбудить девушку. Несомненно, Алёна это проигнорировала. Ей сейчас было абсолютно на всё похер. Венум рассматривала свои ногти цвета бездны. Чёрный. Этого цвета, в последнее время, стало очень много в её жизни. Как и одиночества. Они наполняли её квартиру, погружённую в полный мрак и тишину, а ведь некогда там был слышен смех, разговоры, радостные крики и смешные реплики, яркий "свет софитов" во время съёмок очередного скетча на канал Алёны и Руслана. Венум схватила наушники, лежавшие на прикроватной тумбочке, и включила ту песню, от которой у неё уже на протяжении, буквально, месяца мурашки бежали табуном по коже, а слёзы по порозовевшим щекам. Алёну накрывало этой песней с головой. Девушка вновь окуналась в те эмоции, пересматривая Memory Video, которые преследовали её долгие года, казавшиеся ей целой вечностью. Хотелось вновь утонуть в этих глазах цвета пасмурного неба, почувствовать его руки на своей спине, крепко прижимающие к себе, как будто кто- то хочет её забрать или почувствовать как земля уходит из под ног, когда их губы соприкасаются в сладостном поцелуе, сносящий крышу с основанием и Руслану, и Алёне. И сейчас в её голове, вместе с этими воспоминаниями всплывает фраза из книги "Царский недуг": "Pain demands to be felt". Это сейчас как никак лучше описывает её состояние. Слёзы вновь яро катились по щекам от нахлынувших воспоминаний. Она легла в позу эмбриона, кладя руку на небольшой "бугорок", скрывавшийся под просторной футболкой. На данный момент, не взирая на то, что прошло уже три месяца с момента появления жизни в ней, Алёна не хотела об этом кому- либо говорить: ни маме, ни Даше, ни каким- то другим знакомым или друзьям, ни Руслану. Нет. В первую очередь, Соколова не хотела об этом говорить Кузнецову. Она не хотела, чтобы он думал, что это всё спланировано ею, дабы вернуть его в семью. Вероятность того, что он так скажет конечно же невелика, но девушка не хотела чтобы Руслан возвращался только из-за того, что его бывшая жена беременна. Безусловно, Алёна всё ещё любила его до чёртиков, до мурашек по коже от каждого воспоминания, связанные с моментами, проведёнными вместе. Рука всё ещё лежала на животе, поглаживая выпуклость круговыми движениями, в то время как Соколова улыбалась сквозь слёзы, нашёптывая успокаивающие слова скорее самой себе, ежели ребёнку. Неожиданно для девушки, на её плечо опустилась тёплая миниатюрная рука, от которой пахло свежим кофе и ,кажется, круассанами. Она повернулась и увидела перед собой Гармаш, улыбающуюся ей такой весенней улыбкой. Алёна вынула из ушей наушники и набросилась на Владу с объятиями, прижимая её как можно ближе к себе. - С днём рождения, Алёнк,- прошептала Гармаш ей на ухо, целуя в макушку,- Сейчас ты позавтракаешь, а после мы с тобой пойдём обновлять твой гардероб. - Спасибо. Правда, спасибо, Влад,- произнесла Алёна, улыбаясь девушке и отрываясь от неё, дабы встать с кровати. Поднявшись, Соколова сразу же отдёрнула футболку, чтобы Гармаш не смогла увидеть некие "изменения" произошедшие с её, некогда худым, телом. - Мне кажется, или ты поднабрала за последние несколько месяцев?- спросила Влада, наблюдая за Алёной, направлявшуюся в ванну. Конечно же этот вопрос остался висеть в воздухе, оставшись без ответа. Спустя буквально полтора часа, девушки сели в такси, заказанное ранее Владой. По пути до торгового центра, Гармаш о чём-то увлечённо рассказывала Алёне, обильно жестикулируя, изредка поглядывая в телефон, на который так и приходило уведомления от её, невесть откуда взявшегося, парня. Ведь раньше Влада старалась избегать тем, касающихся её личной жизни. Она только раз это выпалила, по чистой случайности, пока успокаивала Алёну, говоря ей о том, что найдёт она себе ещё нормального мужчину. Через два часа- они попали в пробку на пути в магазин, машина с горем попадём доехала до назначенного места. Расплатившись, девушки направились в торговый центр. По прошествию некоторого времени, Алёна нашла себе ярко-алое платье, подчёркивающее её фигуру. Выложив в свой Instagram видео, где она "крутилась" в этом роскошном платье около зеркала, она переоделась в свою повседневную одежду, направилась на кассу, дабы оплатить новую вещь своего гардероба.