Дьявол на поле танца

В один прекрасный день Феликс конкретно так охуел. Не поверите, но такую реакцию вызвала его собственная мама. Он, безусловно, знал характер мамы, но, чтобы додуматься до такого, определённо требуется большой талант. — Мама, ты шутишь, да? Какие еще танцы? Мне не 5 лет, чтобы идти туда! — неожиданное заявление матери возмутило парня с необычной для корейца внешностью: с рыжими, но не менее прекрасными волосами и удивительными веснушками. — Дорогой, не сердись, а то морщинки появятся, испортишь свое прекрасное личико. Ты ведь знаешь, благодаря кому такой привлекательный, так что спокойствие и только спокойствие. — Мама! — Я уже лет как 19 твоя мама, хватит повторять одно и то же, — ответила она, невозмутимо попивая чай. Её хладнокровность до мурашек бесила Феликса, хотелось кричать, рвать всё вокруг, но здравый смысл того решил подать признаки жизни, что было явным плюсом для него. Феликсу нельзя злиться, ибо и так нервный, так что если он не хочет передать привет из психушки, то ему стоит быть терпеливым. — Просто ты ни с того ни с сего захотела, чтобы я плясал как китайский болванчик... — Китайские болванчики не пляшут, а кивают головой. И тебе бы не помешало, Феликс. Феликс вздохнул, поняв, что мама не собиралась ему уступать, поэтому он просто решил спросить у нее нормально. — Зачем ты хочешь, чтобы я танцевал? — устало взглянув на неё, интересовался Феликс. — Сынок, пора бы тебе уже заняться чем-нибудь полезным. А то лежишь как всегда, обнимая свой телефон, будто сдохнешь без него. И вот я думаю, почему бы не помучить своего отпрыска, ведь сама родила, сама решаю, что делать с ним, — странно улыбнувшись, ответила мисс Ли. — Ах, еще собирай свои вещи. Возьми всё, что необходимо: запасную, и, желательно, удобную одежду, полотенце, кеды и что-то в этом роде. Мы сейчас же едем туда. Феликс горько вздохнул, поняв, что мама не шутила, и встал со стула, чтобы готовиться к, так называемому, "важному событию". *** Все это большой пиздец. Это самый пиздецкий пиздец, который за все 19 лет его жизни случился с Феликсом. За что, жизнь? За что, мама? Она ушла, гаденько улыбаясь и не забыв добавить "удачи, сыночек". Разве нормальные любящие мамы так делают? Не мать, а Сатана настоящая. Оставила своего бедного ребенка у ворот какого-то сомнительного здания, и Феликс мог поклясться, что видел его впервые: такое тёмное, большое, и с нескончаемой толпой вокруг него. Эта постройка совсем не нравилась ему. Почему она такая черная, да и огромная? И как найти нужный кабинет? Если это кабинет вообще... Ладно, плохие мысли прочь, конечно, мисс Ли — женщина с отменным чувством юмора, но не даст же она умереть своему собственному сыну, да? Эх, мечты... Тупо постояв еще две минуты, и за это время успев нафантазировать себе очень много, Феликс вошел в здание. Не так плохо, как он себе представлял. Большое и здание, полное людьми, которые ходили туда-сюда. Интересно, куда они так спешат? Неужели в секту опаздывают? Матушка снова взбесила парня, даже не находясь рядом. Она ничего не объяснила, и Феликс без единого понятия, куда ему идти дальше. Кто его вообще будет учить танцам? Есть ли такое понятие "учитель"? Феликс успел потеряться в своих мыслях и не заметил, пока раздумывал о своей трагической жизни, что пялился на незнакомого парня, рост которого можно было сравнить с Эйфелевой башней. Это сложно назвать "пялиться", поскольку из-за мыслей он не подозревал, как в упор смотрел на него. Феликс мог бы без особых усилий отвести взгляд, однако то, что случилось потом, озадачило его: тот парень подмигнул ему, мило улыбаясь. "Это еще что за нафиг?" быстро пронеслось в голове. Может показалось, ведь незнакомец стоял далековато. Но нет, не показалось, ибо он не отводил глаза от Феликса. Даже если они находились не так близко, Феликсу особенно запомнились пухленькие губы парня. У него, конечно, зрение не самое лучшее, но не заметить их мог бы только слепой. Вернул его в реальность телефонный звонок. Взяв из кармана, тот увидел на экране того, кто испортил его весь день на все сто. — Мама, ты убить меня хочешь? — Нет, сынок, я просто забыла сказать, где будут проходить твои уроки по танцам. Кабинет 313, и да, он на третьем этаже, чтобы ты не потерялся. А это самое малое, на что способен ты. — Спасибо, однако, — с сарказмом добавил Феликс. — Ладно, пока, у меня тут куча дел. А ты почему стоишь, а? Топай уже, — сказав это, отключилась мисс Ли. Феликс злобно фыркнул, в сотый раз пожалев, что, не сопротивляясь, приехал сюда, хотя мог бы сбежать из дома, уйти к Джисону и молить его, чтобы он сжалился и позволил остаться у него на несколько дней, нет, хотя на вечность, что угодно, лишь бы не знать это странное местечко, наполненное голубизной. Феликс вспомнил, как идиот один чуть не раздел его взглядом, и съежился. В мире столько долбанутых на всю голову людей... Его больше не видно. Куда он скрылся? Проклиная все в этом мире, Феликс наконец нашел то, ради чего пришел сюда. Кабинет. Открыв дверь, он огляделся по сторонам, но кроме парня, жадно пьющего воду, никого не обнаружил. Огромная комната, почти пустая, однако с большим зеркалом, что стояло напротив него. Если поверить зрению Феликса, то тут есть что-то, смутно напоминающее радио, или как там его называют, нечто, которое выплескивает из себя мелодию. Феликс разглядел все мельчайшие детали, но забыл самую важную и большую "деталь". — И тебе привет, — раздался голос сзади. Повернувшись, Феликс увидел наглую морду, которую хотел ударить еще тогда, когда ему вздумалось подмигнуть. Феликс ничего не ответил, просто стоял, будто бы поджидая кого-то. И, кстати, ждал он никого иного, как учителя по танцам. Но почему-то его нигде не видно. — Ты так усердно кого-то ждешь, — снова ухмыльнувшись, сказал брюнет. А ответ Феликса — известный среди людей — игнор. — Эй, Феликс, не утруждай себя, всё равно никто не придет. Это я твой учитель, — заявил уж чересчур надоедливый парень. Феликс ожил: то ли от того, что именно этот губастый — его учитель, то ли от того, откуда он знал его имя. — Ты мой учитель? Не смеши меня, лучше сопли свои вытри, — чуть не засмеялся Феликс. Оказывается, он и шутник, и неважно, что шутки у него так себе. — Ого, а у тебя есть голос, и он довольно красивый, — почему-то задумываясь, сказал тот. У Феликса глаза на лоб полезли от таких слов. — Слушай, я понимаю, что твоя ориентация не того цвета, но, пожалуйста, не смущай меня. — Откуда ты знаешь, какая у меня ориентация, а? — явно веселясь ситуацией, спросил незнакомец. — Ну, знаешь, натуралы так не смотрят на парней, — подмигнул Феликс, тоже войдя в роль. Неожиданно брюнет громко засмеялся. — А, ты про это. Ну, вообще-то не я начал так страстно пялиться, будто бы прозрачно намекая на, уж поверь мне, не самые хорошие вещички. Люблю намёки, — загадочно улыбнулось губастое чудо. — Я просто задумался... — опуская взгляд, ответил Феликс. Ему не нравилось всё это. — И о чем же? — наигранным любопытством поинтересовался парень. Но, заметив, что Феликсу стало не по себе, он решил отложить свои драгоценные шуточки на потом. Неловкое молчание. Необщительному Феликсу заметно не до разговоров было, а парень, стоящий напротив него, не знал, о чём говорить. — Меня зовут Хван Хёнджин, — внезапно заявил тот. Да уж, у Хёнджина не самые лучшие отношения со словарным запасом. Красавчик, нечего сказать, молодец. Феликсу захотелось добавить "неужели не башня?", но сдержался от такого сильного желания. Всё-таки надо сохранять рамки приличия. И снова гробовая тишина, но в этот раз Хёнджин не сдержался. — Может, уже начнем? Какой жанр танцев нравится тебе больше? — Балет, — сухо ответил Феликс, показав, что танцы ему совсем не по душе. — Балет? Ого, у меня как раз есть платье для тебя. Просто представить его на тебе приносит одно удовольствие, — открыто ржал Хёнджин. Если честно, это совсем не смешно, но он продолжал смеяться, будто смешнее ситуации у него за всю жизнь не случалось. Хотя почему будто? Феликс стоял, терпеливо ждал, когда этот идиот перестанет издавать звуки тюленя. И, о чудо, это сбылось. — Ладно, пошутили и хватит. Феликс... — хотел был он что-то сказать, но его прервали. — Кстати, какая фея прошептала тебе мое имя? — подняв одну бровь, спросил тот. — Не поверишь, но мистер Квон, когда проводил перекличку. Феликс не верил своим собственным ушам. Неужели они вместе ходят на социологию? Бред какой-то. — Не ври, тогда почему я тебя не знаю, а? Неужто сталкеришь меня, психопат? — Ой, да иди ты. Держу пари, что кроме своего Джисона никого не знаешь, ибо дрыхнешь почти каждый урок. Феликс в миллионный раз офигел. Не хватало ему этого учителя по танцам, так еще они учатся под одной крышей. Как же мир тесен, однако. Он не заметил, как снова глубоко ушел в свои мысли, пока Хёнджин не щелкнул прямо перед его глазами. — Знаю, что я прекрасный, но отложи свои фантазии до того момента, когда будешь дома один, — опять подмигнул эта мудила. Феликс захотел послать его не в самое приятное место, но понял, что такими темпами они так и не начнут заниматься танцами. — Вообще-то, хип-хоп ничего такой. Вариант, который подходит мне больше всего, — более спокойным тоном сказал Феликс. — Вау, круто, что наши вкусы сошлись. Хип-хоп — это моя жизнь, и знаешь, он стал частью меня. Когда наступают не лучшие времена, танцы вытаскивают меня из дерьма. Сливаясь с музыкой, забываешь обо всем на свете. Хорошо, что ты попал именно ко мне, ибо я с удовольствием научу тебя, — искренне и с теплой улыбкой ответил Хёнджин. Феликс пытался всеми силами отрицать тот факт, что искренность этого парня поражает, но не смог... *** — Знаешь вот это движение? — начал Хёнджин одновременно двигать руками и ногами. Прошло уже два часа с тех пор, как пришел Феликс, и за это время он понял, что танцы — очень даже замечательно. Ага, думаете, с чего это ему вдруг приспичило хвалить танцы, когда до этого душу был готов продать, лишь бы не слышать это слово? Но если перед тобой находится очень красивый парень, танцующий просто потрясающе, движения которого можно сравнить с эстетикой (Феликс не знал конкретное значение этого слова, но разве это важно?), то некоторые мнения могут меняться на 180 градусов. Уж тем более, когда у этой шпалы такое красивое тело. Будто назло снимал футболку каждый раз, когда уставал, открыв вид на красиво подтянутую грудь и живот с не особо выраженными, но кубиками. Феликс чуть не облизнулся, благо сдержал себя. Скорее бы свалить отсюда, а то он и сам кажется подхватил любимый цвет Джисона. А его любимый цвет — голубой. — Эй, Феликс, ты вообще слушаешь меня? Тот пришел в себя, несколько раз моргнув. Хёнджин смотрел на него удивленно, массажируя свою шею (Феликс не хотел думать, что так он выглядел ещё лучше). Наверное, побаливала. Если ты учитель Феликса, тебе придется немало постараться, чтобы научить его простому движению, даже если потребуется сломать вытягивать шею несколько раз. *** Хёнджин, то скрещивая руки, то резко разводя их в стороны, показывал всё больше новых и сложных действий в такт музыке. Ему временами приходилось вставать ближе к Феликсу, смотря тому в глаза и прикасаясь к его локтям, изгибая их, чтобы показать, как нужно сделать: — Ты умеешь выгибаться, Феликс? — ладони парня легли на позвоночник ученика, а взгляд медленно поднялся на него. Хёнджин лишь усмехнулся. — Что ты стоишь, как бревно? Здесь нужно выгнуться, чтобы плавно откинуть руки назад, — в очередной раз ругал его старший, обламывая все фантазии. День близился к вечеру. Солнце уходило за горизонт, освещая оранжевыми бликами танцевальную комнату, где эхом отражался каждый отголосок скрипа обуви. Песня наконец закончилась, парни встали в нужную позу, а Хёнджин устало выдохнул: — Фел, не хочешь по дороге сходить выпить? Ты сегодня хорошо постарался, — улыбнулся уголками губ Хёнджин, накидывая на плечи спортивную сумку. Хёнджин укоротил его имя до Фела, иногда, даже поддразнивая, звал "мелкий с апельсиновыми волосами". Он обожал апельсины. — За мой счет, разумеется. Если бы Феликс только умел предсказывать будущее, он бы не раздумывая ушел, не согласившись на предложение Хёнджина и даже не взглянув на него, но, к сожалению, он не ведьма, или хотя бы Ванга...