Устами младенца

      — Секретарь Сон, подготовьте отчёт на завтра и можете быть свободны, — командует Чон и отпускает кнопку вызова.       Рабочий день наконец-то закончен, а это значит, что мужчина может позволить себе немного расслабиться, прежде чем заскочить в детский сад за своим младшим братишкой. Он впервые за очень долгое время уговорил родителей отдохнуть от обыденных дел, заботе о детях, и подарить себе небольшой отпуск, который они заслужили уже давно, поэтому все обязанности по уходу за Хосоком легли на его плечи.       Альфа потянулся, сцепив руки в замок над собой, и поднялся с кресла, тут же замечая горящий индикатор на телефоне. Во время работы мужчина ставит его на беззвучный, чтобы не отвлекал, поэтому к концу дня вечно натыкается на целый список из недовольных и, за редким исключением, милых замечаний в свой адрес.       Мистер умник: Надо встретиться и обсудить твоё вчерашнее заявление по поводу акций. Напиши.       Папа: Сынок, мы с отцом заселились. Ты подобрал для нас чудесное место, спасибо. "фотография"       Папа: Это ужин на двоих или мы ждём гостей? \о/ "фотография" Кстати, сынок, ты ведь не забываешь правильно питаться?       Ворчун: Ты забыл у меня свою папку с документами. У тебя есть сутки, чтобы её забрать, иначе она окажется в мусорке. Я не шучу.       Папа: Не забудь забрать Хосока из садика. Целую, папа.       Улыбнувшись последнему сообщению, Чон поставил телефон на блокировку и снял с вешалки пальто. Всё-таки, у них с братом лучшие родители на свете. Не доставучие, нет. Заботливые. Для его тридцати с хвостиком лет он получает слишком много любви от папы. Он объясняет это тем, что не успокоится, пока Чон не приведёт в их дом своего спутника жизни для знакомства и полной передачи прав над заботой о его сыне.       Не успел мужчина выйти за дверь, как та с грохотом открылась, пропуская встревоженного альфу средних лет, а за ней и мельтешащего секретаря, беззвучно, как рыба, открывающего и закрывающего рот. Вероятно, он хотел оправдаться перед своим начальником за столь неожиданный визит одного из сотрудников, но не мог вымолвить и слова. Хм, надо будет его сменить, и чем скорее, тем лучше.       — Видимо, придётся задержаться, господин Чон, — не медля, произнёс мужчина, выкладывая на стол недавние распечатки. — Это важно.

***

      — Хорошего вечера, господин Мин, — вежливо поклонился Тэхён отцу Сонуна и помахал рукой самому мальчику, который никак не желал уходить из садика. — Иди отдыхай, малыш. Завтра мы увидимся снова, хорошо?       — Обещаете? — спросил мальчик, лишь вызывая улыбку умиления.       — Конечно, я обещаю. Разве я могу тебе врать? — натурально возмутился Тэ.       Сонун шмыгнул носом и доверчиво кивнул, всё же убедив себя в том, что это правда. Он схватил папину руку и потащил её к выходу, желая как можно скорее оказаться дома. Дом ассоциируется с тем, что скоро надо будет ложиться спать, а сон это хороший способ побыстрей оказаться в завтрашнем дне. Мальчик делает так каждый вечер и каждый вечер Тэхён даёт ему это обещание, ни разу не сославшись на усталость или на то, что это глупо. Наверное, за это его и любят дети, а о большем он и не мечтает.       Вернувшись в комнату отдыха, омега застал там последнего ребёнка, за которым ещё не вернулись родители — Хосока. Мальчик сидел и рисовал что-то на бумажке, кажется, совсем не расстраиваясь, что его ещё никто не забрал.       — Ну и где же твой папа, зайчонок? Обычно, он никогда не опаздывает, — не то спрашивает, не то размышляет про себя Тэ, присев рядом и погладив ребёнка по светлым волосам.       — А меня не папа будет забирать, — гордо выпятил грудь колесом Чон. — Я жду брата.       — Вот же безответственный. И ты совсем не расстроен, что он опаздывает? — удивлённо спросил воспитатель. Остальные детки, как правило, если такое случается, закатывают истерику, что их забыли здесь навсегда и они никому больше не нужны. Но этот солнечный малыш, видимо, был исключением.       — Нет, — мотнул головой Хосок, при этом совершенно не отрываясь от рисунка. — Мой брат самый главный на работе, он мне сам рассказывал, поэтому у него много дел.       Тэхён тяжело вздыхает и уходит на кухню ставить чайник. Все повара уже разошлись по домам, и, по-хорошему, ему самому тоже время идти на заслуженный отдых, оставляя садик на охранника, да вот только не привык омега перекладывать ответственность за "своих" детей на кого-то другого, поэтому и сидит до последнего.       — Воспитатель Ким, — кричит Хосок из соседней комнаты, и Тэхён вдруг думает, что что-то случилось, поэтому в мгновение ока оказывается рядом с ребёнком.       — Что? Ты упал? Поранился? Что случилось? — спрашивает старший, присаживаясь на колени и вертя в руках Чона, проверяя на наличие травм. Но он никак не ожидал, что Хосок прижмётся к нему всем телом, обвивая маленькими ручками шею, и повиснет, заставляя взять на руки.       — Я боялся, что вы ушли, — тихо признаётся мальчик, прижимаясь ещё сильнее. — Я боюсь оставаться один.       — Ну что ты маленький, — Тэ даже сначала растерялся от таких слов, но быстро взял себя в руки. — Я буду здесь, с тобой, дожидаться твоего непутёвого брата.       — Он хороший, — сразу же изменился в лице Хосок, ярко улыбаясь. — Правда. Он вам понравится.       Расстраивать ребёнка тем, что его брат омежке уже не нравился своей пунктуальностью, Тэхён не стал. А вдруг что-то случилось по дороге? А он тут человека ни за что уже невзлюбил, даже ни разу с ним не общаясь. Первое впечатление, как говорится, всегда обманчивое. Тэ посмотрит, что покажет время.

***

      Прошло где-то два часа до того момента, как входная дверь громко хлопает, оповещая о прибытии гостя, и Хосок тут же вскакивает со своего места, чуть не опрокидывая стаканчик с карандашами.       — Хён, — радостно кричит он, повиснув на шее брата, и заливисто смеётся, потому что вместо извинений старший решил применить щекотку.       — Мистер Чон, — в коридор выходит довольно сердитый омежка, что не утаивается от Гука: комната медленно, но верно наполняется запахом вишни. — Вы хоть знаете, сколько сейчас времени?       — На пару часов позже, чем должно быть? — неуверенно спрашивает Чонгук, опуская на пол брата. Он не может сдержать улыбки на лице, потому что воспитатель так забавно дуется, оттопырив нижнюю губу, что невозможно оставаться серьёзным, даже не смотря на жуткую усталость. — Не представляете, на улице ужасная погода, еле добрался.       — Неужели? — скрещивает руки на груди Тэ, невольно засматриваясь на альфу. Как успел поведать за разговором Хосок, у них с мистером Чоном большая разница в возрасте, но вряд ли младший дал бы и лет пяти. Если так, то он хорошо ухаживает за собой. — Весь день светило солнце.       — Вы о моём брате говорите? — хохотнул Гук, оголяя свои кроличьи зубки, милые даже в тридцать лет, чем невольно вызвал улыбку и у молодого воспитателя. — Простите, я знаю, что поступил ужасно, но я исправлюсь. Может, вы дадите свой номер телефона? Я бы предупредил в следующий раз, если у меня возникнут неотложные дела.       — Было бы намного лучше, если бы вы больше не опаздывали, — с укором указал на ошибку Тэхён, но ему всё же пришлось полезть в карман за телефоном, потому что "воспитатель Ким, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста", наглый маленький манипулятор.