Я принимаю тебя, Кен Канеки

- Хайсе Сасаки… Ну и дурацкое же имечко они тебе выбрали. Нам выбрали. Опять этот кошмар. Неужели этот монстр с белыми как снег волосами действительно старый я? Нет, не хочу в это верить. - Хайсе. Хайсе. Хайсе. Хрусть. Опять хруст пальцев. - Эй, Хайсе, считай. Сколько будет 1000 - 7? Я сплю? Я без сознания? Да что же со мной такое? Этот Канеки точно не может быть мной. Он же чертов псих. Монстр. Нет, это не я. - Хайсе, 1000 - 7? Пощечина. Раньше в моих видениях он был прикован к железному стулу. Тогда он лишь разговаривал со мной. В моем подсознании. А теперь прикован я. Даже пошевелиться не могу. Почему? Что изменилось? - Мне не нравится твоя игра в молчанку, Хайсе. 1000 - 7? Пощечина. Удар в живот. Он берет со стола щипцы. О нет, нет, нет. Он же не собирается вырывать мне ногти? Или собирается… Боль пронзает невероятная. Почему же я чувствую её, если всё происходит в моей голове? Почему же так больно? Почему я не могу это остановить? Это ведь мое подсознание! Моё же? Или может все-таки его? - Хайсе, 1000 - 7? Хрусть. Опять этот характерный жест пальцами. Хруст костей. Я начинаю ненавидеть этот звук. Снова приближается. - 993. – Я отвечаю, чтобы хоть как-то оттянуть момент и, наверно, чтобы заглушить бешенный стук собственного сердца у себя в голове. Только это не помогает. - Молодец, Хайсе. А теперь считай дальше. Опять кричу от боли. Кричу, что есть силы. За что мне это? - 993 - 7, Хайсе… Не могу сказать точно сколько это продолжается. Он вырывает ногти. Бьет. А я считаю. До меня не сразу доходит, что он говорит мне считать, потому что это помогает не сойти с ума. Ногти отрастают. Раны заживают. И тогда, все начинается по новой. Я уже не уверен так, что это лишь мое собственное подсознание. Все кажется слишком реальным. Не сойти с ума, да? Смешно. Похоже, что я уже давно двинулся крышей. Он приходит, издевается и уходит. Возвращается, когда все заживает и все по новой. Из раза в раз. Сколько раз уже это повторяется? Сколько раз я уже досчитал до 0 и начал новый отсчет? В какой-то момент я спрашиваю: - Чего ты добиваешься? - Чтоб ты принял меня, Хайсе. – Шепчет на ухо. И когда только успел оказаться за спиной? Только что ведь перед лицом стоял. - Ни за что. Удар. Затем хруст. Все по новой. Даже когда он уходит, мои собственные крики продолжают звучать у меня в ушах. А еще это тихое, шипящее «Хайсе, Хайсе, Хайсе» где-то внутри черепной коробки. И в нем миллиард интонаций одновременно. И, кажется, нотка укора? Да, что этот Канеки такое? Сказать честно, чем дольше продолжается этот кошмар, тем больше я склоняюсь к тому, что он действительно бывший я. Сам не знаю почему. Рационального объяснения у меня нет. Он ведь… Псих? Точно. Монстр? Несомненно. Садист? Ага. Гуль. Убийца. И список можно продолжать. Но тем не менее в каждом слове, в каждом взгляде читается что-то такое, необъяснимое, но такое знакомое. Я словно смотрю в зеркало, но оно искажено. И это не из-за почти одинаковой внешности. Все больше мне кажется, что, если я узнаю его историю, я пойму и приму её. Но пока-что я не собираюсь сдаваться. И снова. Хруст. Удар. Порез. Вырванный ноготь. Кровь на полу. Хруст. Удар. Кровь. Крик. Шепот. Крик. Кровь. Удар. Хруст. Снова и снова. Боль. Бесконечная, глубокая и вязкая боль, затмевающая все. Часы? Дни? Недели? Сколько времени прошло? Канеки Кен опять заходит в зал, по середине которого я прикован к железному стулу. Но теперь он не берется за инструменты. Идет прямо ко мне сразу. - Ну, что, как дела, Хайсе? Предпочитаю отмалчиваться пока есть такая возможность. Ожидаю удара. Плевка в лицо. Да чего угодно, кроме того, что он в действительности делает. Канеки садится ко мне на колени и берет моё лицо в руки. Ошарашенно смотрю на него. И тогда он приоткрывает рот и начинает приближаться к моему лицу. Все ясно, меня сожрут в моей же собственной голове. Круто. Прикрываю глаза, смиряясь с неизбежным, но тут же ошарашенно открываю их, чувствуя влажные теплые губы на своих сухих и потрескавшихся. Что за черт устроил Канеки? Он гладит меня. Целует как-то даже страстно. Прикусывает губы. Затем кожу на шее. Но он явно не собирается меня жрать. Скорее оттрахать? Да ну нет, господи, что же тут происходит? Он ёрзает на моих бедрах, попутно срывая одежду. - Существует много способов разговорить тебя, Хайсе. И пытки, пожалуй, веселый, но далеко не самый действенный из них. Мало того, что Канеки заговорил впервые за последние 10 минут, так еще и такой длинной фразой. Кен вылизывает и выцеловывает мою шею, затем спускается на ключицы и грудь, в то время как, я уже остался в одном нижнем белье. Чувствую ни разу недвусмысленное напряжение в том самом месте, которое так нескромно соприкасается с пятой точкой парня. Наблюдаю за происходящим со мной ошарашенно и словно со стороны. Словно не меня сейчас оттрахает собственное второе Я, словно не я веду себя так, будто совсем не против. А против ли? Это все так ненормально. Канеки раздевается полностью. И снова я могу ожидать чего угодно, но не того что происходит на самом деле. Отстегивать меня конечно риск, но… Канеки облизывает собственные пальцы и заводит за спину. Похоже, что он растягивает себя. Буквально через минуту он уже опускается на мой член, стоящий колом, к слову. Я смотрю на него широко открытыми глазами, а он закидывает голову и улыбается, в этот же момент опускаясь до конца на мой член. Прерывисто выдыхаю. Прикрываю глаза. Пытаюсь расслабиться. Мне ведь нечего бояться, по крайней мере сейчас. Это куда лучше, чем пытки. Пусть и трахаться со своим альтер эго - занятие максимально странное. Канеки двигается размашисто. Оба тяжело и громко дышим. Не смотря на дикий кайф, который приносят движения восседающего на мне парня, в голове продолжают происходить сложные мыслительные процессы. Почему это происходит? Что такого случилось в прошлом? И кто я на самом деле? В общем-то я уже знаю ответы на свои вопросы. Бешенный стук сердца в висках. Без понятия, сколько продолжается этот безумный секс прежде чем, помогая себе рукой, Канеки первым кончает и забрызгивает наши животы спермой. Продолжая двигаться позволяет мне кончить следом буквально через пол минуты. Он устало встает с меня и становится за спиной. Обвивает руками мою шею. А я чувствую, что оков больше нет. Однако, я не собираюсь вскакивать и бежать или еще чего доброго драться. Нет. Я получил ответы на свои вопросы. Бежать больше некуда. - Хайсе-кун, хочешь сказать мне что-то? Горячее дыхание на щеке, он прижимается к ней своими губами. Нет смысла больше отмалчиваться. Он добился своего. - Я принимаю тебя, Кен Канеки. В момент весь мир вокруг словно трескается и превращается в миллионы, нет, миллиарды алых лепестков, вихрь из кровавых лепестков. Я просыпаюсь в собственной комнате. Аккуратно встаю с пола и иду к зеркалу. Из отражения на меня больше не смотрит Хайсе Сасаки. Теперь я вижу там Кена Канеки. Тяжелый взгляд. Тысяча эмоций в нем. Даже корни волос вновь побелели. Теперь я точно знаю кто я и зачем существую, кто мои друзья и кого на самом деле я должен защищать. Вся жизнь сложилась словно пазл. Псих? Да. Монстр? Пожалуй. Гуль? Несомненно. Но теперь я точно уверен, у меня есть дорогие мне люди и они нуждаются в защите. А защитить кого-то можно лишь будучи сильным самому. Хруст пальцев. Выдох.