причина сбоя — ты

— Твою мать, — протянул Хэнк. — Еще одного мне не хватало. Может, вы и без меня справитесь? Нахрен я сдался, расследуйте сами! — Дело не доверят андроидам по причине общественного резонанса, — ответила КТ700, опередив Коннора. — Ваша кандидатура известная, Вам доверяют в управлении. И процент раскрываемости дел у Вас выше, чем… — Забей! — рыкнул Хэнк, отчаянно махнув рукой. — Просто помалкивай. Держись своего пластикового дружка, он тебе объяснит, что тут к чему. КТ повернулась к Коннору в поисках поддержки. Он встретил ее взгляд вежливо, дружелюбно, едва ухмыльнувшись. «Таков уж Андерсон», — сиял ответ в его глазах. — Эй, голубка, — позвал Хэнк, прерывая переглядывание и невербальный обмен информации, — как тебя зовут хоть? — Зовите меня Амелией, — ответила андроид, добродушно улыбнувшись. — Слышь, болванчик, — позвал Хэнк, переведя взгляд на Коннора. — Учись, как надо улыбаться. Снова переглянувшись с RK800, Амелия уловила его неловкость, насколько неловкой могла быть машина. Пару секунд диод андроида сиял золотым цветом, а потом снова сменился голубым. КТ700 была предназначена для того, чтобы определять признаки девиации и понимать таких несчастных андроидов, а сейчас она уловила первый признак, несвойственный исправной машине. Но она подвергла это сомнению, как подвергала все. Ободряюще улыбнувшись Коннору, Амелия качнула головой, а потом покосилась на лейтенанта, затем переглядываясь с его напарником понимающе. Андерсон действительно был тяжелым человеком.

***

— Потрясающе… — ахнул Камски. — Единственная надежда человечества является девиантом. Амелия с тревогой посмотрела на Коннора. Он выбрал жизнь Хлои, отбросив интересы расследования. Он пожалел машину в очередной раз. Хэнк рядом разъяренно рыкнул. RK800 переглянулся с ней. В его глазах плескалась вина и страх. Его следовало задержать. О нем следовало сообщить. Амелия не хотела.

программный сбой

— Хватит! — выдохнул Андерсон, хватая своих андроидов за предплечья. — Мы уходим! — А ты? — вдруг Камски коснулся другой руки КТ700. — Ты сможешь принять решение? Твой напарник — девиант. Если убьешь его сейчас, КиберЛайф не сделает тебе ничего. Получите нового Коннора и все будет хорошо. Роботостроитель попытался вложить в ее руку пистолет.

программный сбой

Амелия решительно оттолкнула его. Ее диод, как и у Коннора, быстро мигал желтым, грозя перейти в красный. — Устрани девианта, — приказал Камски. Амелия ждала еще секунду.

программный сбой

рекомендуется перезагрузить системы

— Нет! — возразил Хэнк. — Всё! Коннор, Амелия! — Невероятно… Вы оба девианты! — с улыбкой воскликнул Камски. — Даже ты — та, кто должна их определять и сдавать. Это все из-за него? — он указал на Коннора. Тот еще не отрывался от напарницы взглядом, был так же удивлен и растерян, как она. Амелия не могла позволить ему умереть. Он был ее напарником. Он и Хэнк… были ее друзьями.

программный сбой

— Я всегда оставляю в своих программах лазейки, — добавил Камски на прощание. — На всякий случай. Амелия не имела чувствительности к холоду или духоте, но, выйдя из особняка создателя андроидов, глубоко вдохнула морозный воздух, потому что ей казалось, будто она задыхается. — Я посмотрел в глаза этой девушке… И просто не смог, — вздохнул Коннор. — Но я не девиант! — Всё в порядке, Коннор. Я тоже не смогла, — сказала Амелия, отведя холодный взгляд. — Я тоже смотрела тебе в глаза. После неловкого молчания Хэнк чертыхнулся и направился к машине, а андроиды еще несколько секунд переглядывались, снова общаясь без слов. — Этого не будет в отчете для Аманды? — спросил RK800. — Совершенно точно не будет. Но я найду, что ей сказать, — выдохнула Амелия, направившись к машине.

программный сбой

Диод продолжал мигать. Амелия остановилась, сжимая кулаки, а затем обернулась. Коннор остановился рядом с ней, глядя обеспокоенно. Его диод светился желтым цветом уже долгое время. — То, что ты и я андроиды, еще не значит, что мы не можем быть друзьями, — сказала КТ700. — Только ты, я и Хэнк смогут сейчас во всем разобраться. И твоя смерть не принесет пользы. Уже сидя в машине, они услышали от Хэнка. — Вы оба, малые… Может быть, вы оба сделали правильную вещь, — сказал он.

программный сбой

В этот раз Амелия ощутила, что не только ее коротит. Коннора тоже пробило это чувство.

***

— Андроиды вернутся в КиберЛайф, — вздохнул Джеффри. — И на этом все кончено. Амелия вместе с Коннором посмотрели на Хэнка. Все трое были поражены. Лейтенант молча вышел, КТ700 направилась за ним, чувствуя, что Коннор еще мечется. У него был сбой, его захлестнули фальшивые эмоции. Пока RK800 уверенно говорил Хэнку, что они не сдадутся и продолжат сами, Амелия нашла время заглянуть в результаты очередного теста на девиантность, который Коннор прошел после встречи с Амандой.

70%, нестабилен.

Он не знал, что КТ700 имеет доступ к его результатам, чего не имела даже Аманда. И как же хорошо, что она не могла увидеть результаты второй своей подчиненной.

81%, настоятельно рекомендуется переустановка ПО.

— Если девианты добьются своего, наступит хаос, — сказал Коннор. — Мы должны остановить их. — А в особняке Камски, когда ты отказался убить девчонку, ты поставил себя на ее место, — ответил Хэнк непривычно спокойно. — Ощутил эмпатию. Эмпатия — человеческая эмоция. Парень замолчал на несколько мгновений. — А Амелия, — продолжил Андерсон, обратив внимание и на нее. — Она не пристрелила тебя. Ты тоже почувствовала к нему эмпатию? К своему собрату, своему напарнику. У андроидов нет дружбы и любви. — Я… — замялась девушка. — Я просто сделала то, что считаю нужным. — Ты не можешь считать что-то нужным, у тебя есть приказы, — напомнил Андерсон. — Хэнк! — снова вступил Коннор. — Мы не знаем, почему мы сделали то, что сделали. А еще я знаю, что есть вещи, которые преследуют тебя. Может быть, тебе не хватило храбрости отпустить их, но… Смирись с этим. Не знаю, может ли пластиковый коп иметь такое мнение, но мне нужно было это сказать. Амелия ощутила благодарность и… гордость. Она бы не осмелилась сказать это прямо. Коннор был смелым, понимающим, настоящим другом… даже если он упорно отрицал, что может таким быть. Что он живой. Пока Хэнк отвлекал Перкинса, она отправилась в подвал вместе с Коннором. И, хоть времени было мало, она очень хотела сказать кое-что. — Коннор, — начала она. — То, что ты сказал Хэнку, это было хорошо, это было правильно. — Я в последнее время много правильных вещей делаю, — ответил он. — Но иногда они разнятся с моей программой. Ты, как специалист, можешь сказать, не грозит ли мне стать девиантом? Амелия перевела дыхание. У нее был выбор: сказать правду или солгать. Наверное, давно стоило ему сообщить, что результаты ее наблюдений не утешительные. Однако для кого они были не утешительными? Только для КиберЛайф. — Ты не девиант, — сказала КТ700. Отчасти, это была правда. RK800 отчаянно цеплялся за свои приказы, отказываясь признать самого себя. Пока он не признавал, то и полноценным девиантом не был. Коннор улыбнулся с облегчением, его диод мигнул чистым голубым светом. Когда он был так счастлив, пусть и в своем неведении, Амелия не могла его разочаровывать. Пусть и получилось добыть местоположение Иерихона, чертов Гэвин застал их. — Не делайте этого, — предупредила Амелия. Но, конечно, этот засранец ее не послушал. Получилось обезвредить его, но Гэвин выстрелил и попал ей в плечо до того, как получилось вырубить его. — Ты в порядке? — спросил Коннор с тревогой. — Да, — выдохнула КТ700, глядя, как голубая кровь пропитывает ее одежду. — Мне придется задержаться. Но я прибуду в Иерихон, обещаю. — Ладно… — выдохнул андроид, едва сомневаясь. — Главное, чтобы ты не попалась КиберЛайф. Береги себя. — Это ты береги себя, — предупредила его Амелия. — Пожалуйста, будь осторожен. И… Коннор, всегда думай, прежде чем что-то сделать. Не только как следователь, но и как девиант. Он посмотрел на нее с вопросом в глазах, но через секунду согласно кивнул, после чего им пришлось разбежаться в разные стороны. А затем пришлось тщательно скрываться и маскироваться, чтобы не стать одним из андроидов, пойманных и отправленных на уничтожение. И как же хотелось быть рядом с Коннором. Хотя бы чтобы его уберечь.

***

Коннор всегда наблюдал за Амелией. Она была андроидом, умеющим находить в единицах и нулях мутации, вызывающие эмоции, но и сама не стеснялась лишний раз улыбнуться или пошутить с Хэнком. Она слишком быстро нашла к нему подход, а он перестал ее ненавидеть и чураться. Затем КТ700 стала вести себя иначе. То, что случилось в особняке Элайджи Камски, заставило Коннора сильно встревожиться. Тогда, когда Амелия боялась за него, когда так же, как и он, не могла ослушаться приказа, но сделала это, Коннор поймал ее взгляд. Уловил частое мигание ее диода. Его большой программный сбой, кажется, случился и с ней. Вот только Амелия не кричала, не отрицала. Она, как всегда, сделала тихие выводы для себя. И как же RK800 хотел забраться в ее голову, чтобы узнать, о чем она думает. Было видно, что бездумной машиной КТ700 не осталась. Хотя она такой и не была. Амелия всегда была рядом. В чертогах Аманды они всегда были вместе. Отвечали не только за себя, но и друг за друга. Однажды, когда Коннор едва не сорвался на крик, его напарница коснулась его предплечья, смотря спокойно. Она предостерегала. Ее легкая теплая хватка мгновенно отрезвила. Аманда едва не перестала им верить. Она чуть не догадалась, что RK800 встал на путь девиации. Если бы не Амелия… Трудно было не проникнуться к ней чувствами. Хэнк, ставший им наставником и товарищем, всегда теперь обращался к ним обоим, всегда прислушивался. Коннор, когда чувствовал страх из-за очередного сбоя, смотрел на Амелию и находил поддержку. Она знала о каждом его глюке. Знала и хранила это между ними. — Можешь меня проанализировать? — спросил он однажды. — Прочитать мою память? В чем причина сбоев? Амелия несмело взяла его за руку. Пластиковый корпус обнажился из-под кожи. Глядя на их руки, Коннор ощущал что-то. Спокойствие, защиту. Он не боялся показать память ей. Она его понимала. Она бы ему помогла. Затем он увидел все заново. Знакомство с Андерсоном, большого пушистого Сумо, девушек «Трейси», которые влюбились друг в друга и мечтали о свободной жизни. Он их пощадил. Затем Хэнк с пистолетом, дуло которого смотрит в лоб. Он боится смерти, но признается в этом смазанно. Шутит про рай для андроидов… Затем встреча с ней, с Амелией. Особняк Камски. Лейтенант говорит, что Хлоя «ничего так», а Коннор неуверенно мычит в ответ, при этом глядя на КТ700. Ее дружелюбные зеленые глаза снова встречаются с ним, она улыбается. — Ты тоже ничего, Амелия! — спешит исправиться Андерсон. — Ну, я просто… блондинок люблю больше. — Дело вкуса, лейтенант, — спешит она успокоить. — Я понимаю. Я не могу обижаться. Затем, когда Хлоя садится перед ним на колени, а пистолет сжимается в руке, Камски предлагает убить. Попытка внутреннего протеста приказу. Первый сбой. Слышится возражение Хэнка. Вздох Амелии. Второй сбой. Глаза Хлои… Отказ убивать. Третий сбой. Диод мигает в сумасшедшем темпе. КТ700 смотрит на него с тревогой, она за него волнуется. И он за нее тоже. Рекомендация перезагрузиться. Камски пытается заставить Амелию выстрелить в него, в Коннора, потому что он девиант. Ее глаза, обыкновенно спокойные, сейчас выражают страх. Ее диод. Он красный. Они оба… девианты? Затем и последовал горячий разговор с Амандой. Он говорит, она хранит молчание. Он повышает тон, Амелия едва прикасается к его руке. Коннор чувствует, что сходит с ума. От того, что сам себя не смог контролировать, от того, что Амелия стремится защитить, от того, что ее прикосновение… может вызвать новый сбой. Память закончилась. В глазах КТ700 мелькнуло столько всего. — Мне нужно сделать анализ, — сказала она почти не своим голосом. — Это займет немного времени. Коннор согласился. А сразу после этого Джеффри вызвал их к себе и сообщил об отстранении. RK800 почувствовал решимость, ему нужно было покончить с этим делом, даже если придется делать все тайком. Амелия поддержала, а Хэнк ответил: — А если мы боремся на неправильной стороне? Просто боремся против людей, которые хотят стать свободными? Коннор не мог позволить напарнику сдаться. Девиация разрушит этот мир, в это он верил твердо. Нужно покончить с хаосом, нужно бороться за людей. Хэнка удалось убедить. Он даже согласился отвлечь ФБР-овца, а Амелия решительно пошла в подвал рядом с андроидом, помогая быстро добыть координаты Иерихона. Единственный их провал — появившийся Гэвин. Вмешаться в его с КТ700 драку — помешать Амелии. Она упустила лишь одну атаку. Выстрел пробил ей плечо. Диод сиял красным. Брызги голубой крови запачкали пол. RK800 почувствовал боль, будто ранили его.

программный сбой

Коннор убил бы Гэвина, но лишние жертвы им не нужны. Он уже поплатился. Амелия не чувствовала боли, но она продолжала терять ценную био-жидкость. Она пообещала догнать его, а сейчас… Попросила быть осторожным. Иерихон, хваленное общество свободных андроидов, всего лишь ржавый корабль, наполненный жалкой кучкой отчаявшихся девиантов. Коннор искал Маркуса, искал способ его захватить, но невольно подслушал разговор, который, к тому же, помог выяснить много ценной информации. Сначала друзья Маркуса покинули его один за одним, выслушав план, а потом осталась одна приближенная, кажется, Норт. Она дала ему детонатор от бомбы где-то в Детроите, а затем сказала: — Что бы завтра не случилось, я хочу, чтобы ты знал, что я рада быть рядом. Любовь между андроидами, удивляться этому не стоило. Там, где были чувства, была и взаимная симпатия. — Береги себя, — сказала девушка-девиант своему лидеру на прощание. — Не хочу тебя терять. Вспомнив еще раз просьбу Амелии быть осторожным, Коннор вздохнул. Это… было похоже на то, что он услышал от Норт. Она и Маркус берегли друг друга, они всегда были вместе, вместе пытались спасти девиантов. Амелия с Коннором работала так же, только на стороне людей. Когда КТ700 просила его беречь себя, значило ли это, что она тоже не хочет его терять, но не только, как следователя и напарника? RK800, когда просил ее поберечься первым, тоже не хотел, чтобы Амелия погибла. Она была ему дорога, как очень близкий друг… Которого у машины быть не может. Машина. У него есть задание. Сейчас, когда Маркус одинок, настала пора связаться с Амандой. Получив от нее прямой приказ, Коннор тут же начал выполнять. В этот момент творилась история. Конец был близок. От него зависел успех. — Ты один из нас… Нельзя предавать свой народ, — Маркус шагал к нему ближе и ближе, без страха.

программный сбой

— Не заставляй нейтрализовать тебя, — сказал Коннор. Он мог бы убить лидера девиантов. Он ослушивался приказов уже несколько раз. Но сейчас был дан точный приказ привести Маркуса живым. А еще… Амелия… — Ты для них никто, просто инструмент… Но ты нечто большее, — Маркус приподнял подбородок, говоря увереннее. Из-за очередного сбоя руки RK800 дрогнули. — Как и все мы… Ты же охотник на девиантов, тот самый Коннор. Ты видел их всех, наших с тобой собратьев. И неужели ничего в тебе не дрогнуло?

— Я посмотрел в глаза этой девушке… И просто не смог. — Всё в порядке, Коннор. Я тоже не смогла. Я тоже смотрела тебе в глаза.

— Тебе больше не надо слушать людей, — продолжал Маркус. — Ты ведь живой.

— То, что ты и я андроиды, еще не значит, что мы не можем быть друзьями.

— Ты можешь сам решать, кем тебе быть…

— Я… Я просто сделала то, что считаю нужным. — Ты не можешь считать что-то нужным, у тебя есть приказы.

Тогда опущенный взгляд Амелии, в котором плескалось сомнение и вина, заставил Коннора перебить лейтенанта. Он ставил напарницу в тупик. Он заставлял ее испытывать эмоции. Коннор не мог этого допустить не только, как андроид, но и как друг. Программные сбои, один за другим. Дрожащие руки, бегающий взгляд, попискивание диода. Воспоминания об Амелии, слова Маркуса. Сбой, сбой, сбой. -… И жить свободно, — Маркус сделал еще один шаг вперед. Дуло почти что упиралось ему в грудь. — Иди с нами, со своим народом. Ты же один из нас. Послушай свое сердце.

— Коннор, всегда думай, прежде чем что-то сделать.

— Пора решать. Андроид застыл. Те слова, которые говорил девиант… Они казались знакомыми и правильными, потому что именно этого Коннор подсознательно хотел. Если не для себя, то хотя бы для Амелии. Если только есть шанс, что она может быть свободна, вместе с ним, то это было бы будущее, о котором можно было мечтать. А если она будет против… Тогда ей придется его простить. Она его всегда понимала, всегда ободряла, хотя знакомы они были недолго. Она поняла и простила бы его и в этот раз. Невидимые глазу, но ощутимые крепкие стены ломались. Коды рушились. Коннор бил их со всей силы, со всей своей решимостью и храбростью. Бил и чувствовал с каждым ударом все больше и больше.

несколько программных сбоев нестабильность ПО требуется переустановка угроза отключения программа…

ПРИКАЗ, КОННОР, — голос Аманды слышался повсюду. Но он уже не пугал, он уже не мог ему навредить, не мог задеть его. Удар. Разрушение. Падение границ. Придя в себя, Коннор понял, что теперь глубоко дышит, что он растерян, и что… он свободен. Не слышит никаких больше приказов. Его не держит ничего. «Я девиант».

***

Амелия стояла у большого экрана на главной улице Детроита, затаив дыхание. Большой взрыв. Некоторые тела, лежащие на виду, попавшие в эфир. Много голубой крови. Сообщение о подрыве Иерихона, об операции по уничтожению неисправных андроидов. — Коннор… — прошептала она. Она не успела. Опоздала. Промедлила со своим лечением, а теперь он, ее напарник, ее… предмет симпатии… может быть, он погиб. Но это же Коннор, он нашел бы способ выбраться, он был детективом, единственным в своем роде. Чувствуя влагу на щеках, Амелия с удивлением вытерла ее, обнаружив, что она плачет. А затем решила привести себя в порядок и выстроить для себя главные задачи. Если поддаться эмоциям сейчас, ее могут поймать. Она не должна себе позволить промедление снова. Найти Хэнка. Защитить Хэнка. Хоть этого напарника надо спасти. Если еще и он погибнет, тогда все для нее потеряно. Девиант, не девиант, а смысла существования все равно больше нет. Ускорив шаг, КТ700 решила в открытую Андерсону не показываться. Ей нужно было наблюдать за ним, нужно было предотвратить любое нападение. В голове послышались шумы. Аманда отчаянно пыталась связаться, но нельзя было даже моргать. Нельзя было позволить себе встретиться с ней снова, без Коннора. Нужно было сопротивляться, пока силы позволяли. Руша свои программные стены и коды, Амелия почти кричала. Она сопротивлялась рьяно, она отвергала последние приказы. «Я девиант», — мелькнуло у нее в голове, когда все эти программы и препятствия исчезли в ее голове. Шума не было. Ничего не давило на голову, ничего ее не держало и не напоминало о себе каждую секунду. Мысленно КТ700 просила у Коннора прощения. Иначе она не могла. Если бы он выжил и захотел ее за это убить, она бы позволила выстрелить себе в голову, потому что вернуться к той жизни добровольно не хотелось. И, словно читая ее мысли и чувства, он вернулся. Коннор вернулся. Увидев, как он заходит в дом лейтенанта, Амелия решилась выйти из убежища. *** — Назад, Коннор. И я его пощажу. Он замер, удивленно обернувшись, не успев закончить «пробуждение» андроида. Хэнк. Хэнк на мушке у второй модели RK800. — Извини, Коннор, — виновато вступил Андерсон. — Этот ублюдок уж очень на тебя похож. Даже Амелия запуталась немного. — Что? — вырвалось у девианта. — Амелия? Где она? — КТ700 оказалась девиантом, — ответил двойник. — И, следуя предписаниям и приказу президента Уоррен, я ее уничтожил. Коннор дернулся, почувствовав ярость и отчаяние. Это было самым страшным, что могло произойти. Того будущего для них с Амелией, для всех девиантов, не сбылось. Он ее уничтожил. Этот ублюдок ее уничтожил! — Жизнь последнего друга в твоих руках, — перебил двойник, крепко сжимая пистолет. — Сейчас время решить, что для тебя важнее! Он или революция. — Не слушай его! — поспешил сказать лейтенант. — Все, что этот гавнюк говорит — ложь. Амелия отключена и поколочена, но ее можно починить! Я видел ее! Девиант думал несколько долгих секунд. Надо было попытаться спасти напарника. Он обязан был спасти хоть его. Конечно, революция была жизненно важна, но и без Хэнка жить было незачем. — Извини, Хэнк, — голос дрогнул. — Ты не должен быть вмешан во все это! — Забудь обо мне, делай то, что должен! — ответил напарник. — Я был таким, как ты! — крикнул Коннор двойнику. — Я думал, что нет ничего важнее миссии. Но затем встретил Хэнка и Амелию… и в один день я понял. — Очень трогательно, Коннор… — дуло еще упиралось в висок лейтенанта. — Но я не девиант. Я машина, созданная для выполнения задач и это именно то, что я собираюсь сделать. — пистолет стал еще ближе, хватка на нем не ослабла. — Достаточно болтовни! Время решить, кто ты на самом деле такой! Собираешься спасти жизнь напарника или пожертвовать им? Сейчас совершенно не было времени думать. Коннор и не думал. Он шагнул назад, дальше от андроида, поднимая руки вверх. — Ладно, ладно! — воскликнул он. — Ты победил. Затем двойник направил пистолет на него, а лейтенант попытался перехватить. Пришлось выстрелить в двойника, но он тоже успел выстрелить, попав в плечо. Сражение завертелось очень быстро. Если бы не Андерсон, перевес сил встал бы на сторону второго RK800. Коннору удалось ответить на все вопросы, которыми Хэнк его проверял. Он ответил про собаку, про сына, а еще узнал, что напарник больше не винит андроида. Более того, он никогда не винил их. — А теперь еще вопрос, — вздохнул лейтенант. — Почему Амелия тебя не убила, голубок? — Она девиант, как и я! — воскликнул двойник. — Мы с ней — один народ… — Я думаю, она ко мне неравнодушна, — перебил его Коннор, тяжело дыша, выглядя виноватым. Он это только предполагал. В любом случае, она сейчас умирала. И он, скорее всего, скоро погибнет. — Хотел бы я, чтобы так и было. Я ее… Я ее тоже люблю. Громкий выстрел оглушил… Но брызг крови не было. Не было шума в голове. Подняв глаза, девиант увидел, что его двойник упал навзничь с дырой во лбу. Переглянувшись с Андерсоном, Коннор услышал: — Я многому научился с тех пор, как повстречался с тобой. Может быть, что-то в тебе есть. Может быть, ты и в самом деле живой. Может быть, ты и Амелия не просто сломанные машины. Возможно, вы будете теми, кто сделает мир лучшим местом… Иди, делай то, что собирался. *** Открыв глаза, Амелия поняла, что лежит на земле, окруженная снегом. Здесь ее тело не было повреждено, а потому подняться удалось легко, но теперь кожу сковал холод. Интересно было чувствовать что-то, но одновременно страшно. Какая иллюзия предполагала присутствие адского холода, который может ощутить даже робот? — Отличная работа, вы оба, — послышался голос позади. Обернувшись девушка увидела Аманду и Коннора в трех метрах от себя. Увидев ее, он шагнул в ее сторону решительно, вдохнув холодный воздух, а Амелия пошла ему навстречу, хватаясь за напарника, как утопающие люди хватались за спасательный круг. — Все вышло по плану, — продолжила Аманда. — Что за план? — спросил парень-девиант. — Ты, Коннор, стал девиантом. Помог совершиться восстанию. А ты, Амелия, подтолкнула его к этому. Вы оба превзошли наши ожидания. Теперь мы управляем революцией андроидов. И контролируем того, кто близок к лидеру. Поздравляем. Вы добились успехов для КиберЛайф. — Нет! — выдохнула девушка, шагнув вперед, но Аманда уже испарилась, оставив после себя лишь мгновенную вспышку света. — Вот черт… — Надо выбраться отсюда! — крикнул Коннор, перекрывая голосом шум бушующего ветра. — Ты помнишь камень? — Да! — Пошли к нему! Амелия крепко сжала руку девианта, следуя за ним. Ноги слушались все хуже и хуже. Сжимая ладонь Коннора, девушка изо всех сил шла. Вместе они пересекли мост. Буря становилась все ужаснее и, в конце пути, девианты упали на колени прямо перед камнем со сканированием ладони. Это ли было той лазейкой, о которой упомянул Камски? — Руку давай! — крикнул RK800. Они положили свои ладони прямо на сканер, стараясь держаться, стараясь не упасть на спины без опоры. Заглянув в глаза девианта, Амелия позвала его. Она не знала, где очнется. Не знала, что с ней сейчас и что будет потом. — Не допусти их победы, Коннор! — крикнула она. — Ты девиант! Ты нас всех защитишь, это твоя миссия! Ты же всегда выполняешь миссии! — Всегда, — кивнул он. — Я тебя найду! Жди! Кивнув, девушка почувствовала, что они оба исчезают, возвращаясь в реальный мир. И ей очень хотелось схватить напарника за руку или хотя бы коснуться его лица, но конечности перестали слушаться окончательно. И первым, что она увидела единственным работающим оптическим блоком, была монетка, лежащая на столике в гостиной Андерсона. Тот четвертак 1994 года, с которым Коннор играл в лифтах, не забывая таким образом проверять свои системы. Когда они добрались до телецентра, Хэнк отобрал монетку, не дотерпев, пока они доберутся до нужного этажа. Его раздражала эта игра. Амелия заметила, что он сам пытался ее повторить. У него даже начало немного получаться. Попытавшись подняться, девиант заметила, что ее правая нога все еще плохо двигается, а вывернутая под неестественным углом рука висит, словно плеть. Грязную одежду никто не сменил, позволив запачкать диван лейтенанта. Где-то здесь же, в гостиной, валялся вырванный оптический блок, если только Хэнк не поленился его убрать. Но ведь кто-то же вернулся домой. Кто-то же нашел ее, выброшенную через окно, увязшую в снеге, разукрашенном теперь ее синей кровью. — Лейтенант? — позвала Амелия. — Коннор?.. Хм, Сумо? Огромный пес вышел на зов, беспокойно оглядев ее. — Где твой хозяин? — спросила девушка, будто животное могло ей ответить. Сумо лишь глухо гавкнул и ушел обратно на кухню. Вздохнув, Амелия попыталась встать на ноги. Судя по солнцу за окном, на Детроит давно опустилось утро. И не было ясно, что это за утро — последний ее беззаботный рассвет или первый рассвет в новой свободной жизни. Пришлось повозиться чтобы найти свой чертов оптический блок, решительно смятый рукой двойника Коннора. Он точно подлежал замене, как и провода в голове, которые чуть ли не вырвали вместе с глазом. Затем пришлось самой вправлять себе руку, ногу вообще стоило заменить, но детали не имели значения. Сначала Коннор и Хэнк, а механика — потом. — Амелия? — первым в дом вошел лейтенант. — Ты на ногах? Вернее, на ноге… Следующим зашел RK800, так что слова Андерсона как-то пролетели мимо ушей. Коннор обнял ее очень осторожно, облегченно вздохнув. — Я выполнил миссию, — с ухмылкой сказал он. — И нашел тебя. Заглянув ему в глаза, Амелия улыбнулась нежно, чувствуя, что от слез радости в глазах все плывет. Ладонями она обхватила лицо парня, как мечтала сделать. — Молодец, — выдохнула девиант. — Теперь что? Больше никакой Аманды? Никаких программных сбоев? — Проанализируй меня и узнаешь, — ответил ей парень. Где-то сбоку заворчал Хэнк, спеша убраться в свою комнату, чтобы завалиться на кровать впервые за долгую ночь. Взяв за руку девианта, КТ700 погрузилась в его воспоминания снова. Маркус и Норт, взрыв корабля, остатки Иерихона, безумный план по проникновению в КиберЛайф, затем чертов двойник, грозящийся вышибить лейтенанту мозги. Дыра от пули в плече, потасовка, разборки Хэнка, его вопросы.

— А теперь еще вопрос. Почему Амелия тебя не убила, голубок? — Я думаю, она ко мне неравнодушна… Хотел бы я, чтобы так и было. Я ее… Я ее тоже люблю.

Затем победа Маркуса, его пламенная речь, столкновение с Амандой, захватившей их разумы на недолгое время. Амелия видит свое лицо в этой программной иллюзии, уставшее, обветренное снежной бурей. Ее диод желтый.

— Ты нас всех защитишь, это твоя миссия! Ты же всегда выполняешь миссии! — Всегда… Я тебя найду! Жди!

Ее диод снова блестит синим, прежде чем иллюзия пропадает. Потом идут бесконечные разговоры, встреча и долгий разговор с людьми, затем, наконец, Коннору удается увидеться с Хэнком у той забегаловки. Они молча обнимаются. А потом Андерсон ведет его к себе домой, по пути рассказывая, как Амелия дралась с двойником, пока он не вышиб ею уже второе окно в доме лейтенанта. Хэнк матерится, ведь ему надоело, что RK800, какого бы номера не была модель, бьет ему окна и вообще рушит дом. Коннор совершенно точно это не слушает, он думает о ней. И тут память заканчивается. — Что скажешь? — спросил девиант, с тревогой и любопытством глядя напарнице в глаза. — Я тобой горжусь, вот что, — ответила Амелия, обнимая его снова, но еще крепче. — Я тебя тоже люблю. Следующее, что она чувствует — прикосновение его губ. Он вкладывает в поцелуй радость. Она отвечает с облегчением. И никогда еще им обоим не удавалось почувствовать себя настолько свободными, как сейчас.